Победитель
Шрифт:
– Тогда кто?
– Не знаю, – пожал плечами король Кманта. – Если это не он, то либо кто-то из числа его врагов, либо из числа наших друзей. Это уже совершенно не имеет значения.
– Наших друзей?! – Иногда Гношт просто не понимал своего союзника.
– Это нелепое покушение выгодно в первую очередь нам, – пояснил Раст. – Если подумать, то нам самим следовало его организовать. Теперь у нас есть повод не только выдвинуть ультиматум, но и напасть на Раниг. Фегрид даже не пикнет после этого. К тому же мы обладаем свидетелями и доказательством –
Словно в подтверждение его слов, прояснилось, и луч солнца осветил труп молодого человека. Луч быстро исчез, а тучи продолжали перемещаться на юг, сгущаясь над Ранигом.
Возвращение Маэта и Иашта в Парм нельзя было назвать триумфальным. Направляясь во дворец, они столкнулись с Ронелом. Встреча не улучшила настроения молодого Ферена.
Поэтому Михаил услышал неприятные известия, рассказанные самым подавленным тоном.
– Да… интересно, – произнес король, машинально сворачивая и разворачивая свиток, который он держал в руках. – Скажу, что ты не мелочишься с выбором противника. Надо же – убить племянника императора.
– Иашт сказал, что все было подстроено, – пробормотал Маэт.
– Конечно, подстроено, – согласился собеседник. – И даже понятно кем. Предполагаю, что Миэльс наконец лишился реальной власти. Всем начали управлять советники. Иашт, у тебя есть идеи, как избежать проблем?
– Увы, твое величество, – развел руками ишиб. – Мне ничего не приходит в голову.
– Почему ты не остался и не потребовал немедленного расследования?
– Не было смысла. Очевидно, что ишибы-свидетели работали против нас, – пояснил Иашт. – Как доказать, что Маэт не нарушил условий дуэли, воспользовавшись амулетом? Невозможно доказать! Все видели, что он якобы жульничал.
– А если попробовать захватить ту девушку и заставить ее признаться?
– Твое величество, я думал над таким поворотом дела. Но это бы тоже ничего не дало, даже если бы и получилось. Ее слова, полученные под давлением, против слов многих других… Ни ей, ни нам просто бы не поверили.
Михаил был очень недоволен ситуацией. Он, конечно, ожидал, что рано или поздно противник проявит себя. Но чтобы так! Возможно, ему не нужно было посылать молодого Ферена в Фегрид. Но, с другой стороны, послать просто некого! Кто же мог знать…
Что оставалось делать? Поговорить с послом Фегрида до того, как тот получит указания от императора? Но что бы это дало? Если удастся убедить посла, тот, конечно, по-человечески будет на его стороне. Но в данной ситуации от посла мало что зависит. Чтобы отклонить угрозу, нужны доказательства… только доказательства. А где их взять?
– Ну, а с женой Ксарра что? Вы ее освободили?
– Да, твое величество. – Маэт был рад, что хотя бы здесь справился. – Она прибудет в Парм через некоторое время. Всех рабов бывшего посла в Фегриде сопровождают наши солдаты.
– Что ж, наш казначей будет счастлив. Два пустых свитка с личной печатью ти Миэльса,
– Думаю, да, твое величество, – с недоумением ответил ишиб. Он не мог понять, чем вызван такой странный вопрос. Какое дело королю до гипотетической награды лживой авантюристки?
Михаил не стал откладывать встречу с послом Фегрида. Он пригласил его в тот же день.
Если Гирун Пелан и был удивлен этим вызовом, то не подал виду. Он не беспокоился о себе. Во-первых, вряд ли кто-либо мог точно знать о его попытках украсть тайну амулета Террота; во-вторых, даже если бы его и разоблачили, он был неприкосновенным лицом; в-третьих, Нерману было бы гораздо выгодней спустить дело на тормозах, чем раздувать из него шумиху: хорошие отношения с Фегридом дорогого стоили.
Но истинная причина приглашения к королю Ранига превзошла все ожидания. Новости из собственной столицы еще не успели достигнуть Гируна, поэтому с выражением глубочайшего интереса он внимал рассказу Маэта. Король Нерман присутствовал при этом, но не перебивал неудавшегося посла и даже не пытался остановить потока вопросов, которыми того забрасывал Гирун.
Бедный Маэт взмок, пытаясь опять и опять в мельчайших деталях описывать знакомство с даллом, проведенное вместе время, поведение девушки – уру Аннеты Шендел – и, наконец, злополучную дуэль.
После почти часового допроса Ферена-младшего Гирун глубоко вздохнул:
– Твое величество, – начал он. – То, что я услышал, несомненно, очень важно. И конечно же способно надолго испортить отношения между нашими странами. Лично я склонен верить господину Ферену, но в данной ситуации это не играет особой роли. При получении инструкций от его императорского величества я буду вынужден следовать им.
– А если бы у меня были доказательства того, что все подстроено Миэльсом и его прихвостнями? – поинтересовался король. – Ты бы мог обратиться к императору с прошением о пересмотре дела и условий ультиматума, если таковой последует?
– Если доказательства существенны, то да, твое величество. Считаю, что между нашими странами должна быть дружба. Это пошло бы на пользу всем. Но где твое величество эти доказательства возьмет?
– Ты, наверное, догадываешься, что у меня в окружении Миэльса есть надежные люди, которые верны истинному королю? – Михаил внимательно наблюдал за реакцией собеседника. Гирун никак не проявил недоверия. С его точки зрения, у Нермана вполне могли быть шпионы при дворе Миэльса.
– Поэтому перед тем как покинуть Фегрид, Маэт Ферен дал им задание разыскать доказательства причастности Миэльса к этому делу, – продолжил король Ранига. – Если эти доказательства существуют, то рассчитываю получить их со дня на день.