Победитель
Шрифт:
Объединенный лагерь Томола и Кманта находился отнюдь не в чистом поле. Сразу после заключения мирного договора с Миэльсом ставкой королевств стал Пурет, город на северо-востоке Ранига, отданный Томолу по договору. Этот город стоял на пересечении нескольких торговых путей. Он приносил большой доход, поэтому его потеря была нежелательна, в отличие от его приобретения.
Сейчас в Пурете царила суматоха. Обозники сновали туда-сюда по улицам, армейские отряды входили в город и покидали его, придворные волновались и сплетничали больше обычного. Короли собирались
– Твое величество. – Раст, король Кманта, поглаживал курчавую бороду. – У нас есть два варианта действий: мы можем продвигаться к Парму постепенно, захватывая города и крепости на нашем пути. Теперь в них не столько ишибов, как было при Миэльсе. Они не смогут длительно обороняться, а некоторые сразу же сдадутся. Либо мы можем пойти прямо на Парм. Не думаю, что гарнизоны этих городов сумеют ударить нам в тыл.
Гношт, король Томола, склонился над картой. Оба монарха находились в большой комнате, посредине которой стоял массивный деревянный стол. На нем покоилась карта, придавленная чернильницами. Изображение местности не отличалось детализированностью, но города, леса и крупные реки были нанесены на полотно.
– Твое величество, но они ведь могут ударить все равно. Опасно идти на столицу, оставляя в тылу войска короля Нермана. Он может удивить нас. Вспомни, что он сделал с Миэльсом… – Гношт выглядел хмурым.
Его настроение не было плохим – просто он казался хмурым всегда, когда раздумывал о военных действиях. Оба короля были одеты по-домашнему: белые рубашки заправлены в штаны, а сверху – наброшены распахнутые халаты.
– Ты прав. Но с другой стороны, мы уже избавились от этих двух тысяч… точнее, не тысяч: по новому регламенту Ранига, это были полки. Только эти полки представляли собой более-менее серьезную силу.
– Скорее более, чем менее, – буркнул Гношт. – Их частичный разгром обошелся нам почти в семьдесят ишибов! Я начинаю склоняться к мысли, что наряду с нашими ишибами нужно было послать обычных солдат.
– Не переживай, у нас правильный подход. Они потеряли почти тысячу солдат и около двадцати ишибов. Этот размен был в нашу пользу. – Раст пытался казаться оптимистичным: ведь план посылать в бой только ишибов принадлежал ему. – Если так пойдет дальше, то их ишибы быстро закончатся.
– У нас закончатся тоже. – Лицо Гношта стало еще более хмурым. – Еще несколько подобных мясорубок – и мы останемся лишь с великими ишибами. Да и то до тех пор, пока они не встретятся с Нерманом и его учителем на поле боя.
– Не нужно сгущать краски. Мы можем легко победить его. Уже выиграли два сражения!
– А эльфы? Мы ведь обсуждали с тобой, что визит короля Меррета не мог быть случайным.
– Не переживай – мне известно совершенно точно, что речь шла только о том, чтобы выдать замуж эту стерву Анелию.
– Стерву… Да она красавица! – воскликнул Гношт. – Уж если я и завидую Нерману, то лишь в том, что Анелия окажется в его постели! Ну… еще если подумать, то и в том, какой у него аб…
– Стерва, они все стервы, – сквозь зубы проговорил
– Ну, ты суров, – хохотнул король Томола. – Но если о союзе с эльфами Раниг раньше речи не вел, то теперь-то точно поведет! Когда мы напали, этот шаг просто напрашивается.
– Напрашивается. Поэтому я и предлагаю идти прямо на Парм. Время у нас есть. Успеем. Если не будем тратить его на осады никому не нужных городов.
– Эх, знай я об эльфах раньше – никогда бы не дал себя уговорить на эту войну. А вдруг не успеем? – Гношт водил рукой по карте. – Вдруг эльфы подойдут, и Нерман на них всех наденет амулеты Террота?
– У нас много великих ишибов, тогда шансы сравняются.
– Кто же ведет войну с равными шансами?! И тебе, и мне есть что терять!
– Не переживай, Гношт, они не успеют. А покушение на нас, конечно, нам самим следовало организовать чуть раньше.
– Кстати, о дамах! – хлопнул себя рукой по лбу король Томола. – Твое величество, только посмотри, что я раздобыл у одного из моих офицеров! Взял во временное пользование специально, чтобы тебе показать. Отличная вещь!
Гношт достал из кошеля небольшой деревянный шарик на цепочке.
– Что это? – удивился Раст, протягивая руку. – Какое необычное ти… Это амулет? Что он делает?
– Он улучшает… гм… мужские способности. Нам с тобой, конечно, не надо, мы ведь ишибы, но для других, говорят, работает просто замечательно! Вешаешь на пояс – и все! Словно опять восемнадцать лет.
– Действительно работает? – с сомнением протянул Раст. – Что-то я не могу разобраться в принципе действия. Двухфункциональный?
– Да. Недавно несколько штук привез какой-то торговец. Где взял – неизвестно. Зато цену ломит!
– Сколько же стоит?
– Сто золотых штука!
– Сто золотых?! – Раст закашлялся. – И что, кто-то покупает?
– Шутишь. Конечно же! Этот мой офицер выпросил у казначея зарплату вперед, чтобы только хватило. Некоторые шлют письма родным, чтобы имущество закладывали! Еще у того торговца есть омолаживающие амулеты для дам. Хотя подозреваю, что мои офицеры и их не прочь прикупить. Все рыщут в поисках денег!
– Спасибо, что предупредил, – произнес Раст. – Выкидывать столько денег на один амулет неразумно. Скажу казначею, чтобы никому в долг не давал. Перебьются.
Элегантный вор Рангел Мерт не был разочарован тем, что ему пришлось переквалифицироваться в не менее элегантного убийцу. Он считал, что еще легко отделался. Половину дороги до Фегрида ему пришлось думать о том, что напрасно решил украсть те доспехи. Ну, заплатил выкуп, и чего особенного? Мстить не следовало. Мстить вообще плохо, а королям мстить – небезопасно. Если бы не пошел на поводу у эмоций, был бы свободен как птица. Рангел умел размышлять о чем-то одном очень долго. Его способность к сосредоточению была удивительной. Он смотрел на мелькавшие луга, деревья, поселки – и думал, думал, думал. О короле, доспехах, своих ошибках и родственниках.