Победитель

Болдаччи Дэвид

Глава 10

По дороге поезд задержался на нескольких станциях, и было уже почти половина четвертого дня, когда Лу-Энн с Лизой наконец оказались в шумной суете Пенсильванского вокзала. Лу-Энн за всю жизнь еще никогда не приходилось видеть так много людей в одном месте. Оглушенная, она озиралась по сторонам на людей и тележки с вещами, пролетающие мимо подобно зарядам картечи. Вспомнив предостережение кассирши в Атланте, женщина крепче стиснула переноску с девочкой. Рука у нее по-прежнему ныла, но она надеялась, что сможет отшить любого,

кто станет к ней приставать. Лу-Энн бросила взгляд на Лизу. Вокруг было столько всего интересного, что малышка, казалось, была готова выпрыгнуть из переноски. Лу-Энн медленно шла вперед, не зная, как отсюда выйти. Увидев указатель «Мэдисон-сквер-гарден», она смутно вспомнила, как несколько лет назад смотрела по телевизору бокс, транслировавшийся отсюда. Джексон говорил, что ее здесь встретят, однако Лу-Энн не могла представить себе, как можно отыскать человека в таком столпотворении.

Она вздрогнула, почувствовав, как кто-то тронул ее за плечо. Обернувшись, Лу-Энн увидела темно-карие глаза и посеребренные сединой усы под плоским, расплющенным носом. У нее мелькнула мысль, не тот ли это боксер, которого она видела на ринге в «Гардене»; но Лу-Энн быстро сообразила, что мужчина для этого слишком стар, ему по меньшей мере уже за пятьдесят. Однако широкие плечи, приплюснутые уши и потрепанное лицо выдавали в нем бывшего боксера.

– Мисс Тайлер? – тихим, но отчетливым голосом произнес мужчина. – Мистер Джексон прислал меня встретить вас.

Кивнув, Лу-Энн протянула руку.

– Зовите меня просто Лу-Энн. А вас как зовут?

Какое-то мгновение мужчина молча смотрел на нее.

– На самом деле это неважно. Пожалуйста, следуйте за мной, у меня здесь машина.

Он собрался уходить.

– Я хочу знать, как зовут тех, с кем я общаюсь, – сказала Лу-Энн, не двинувшись с места.

Мужчина вернулся к ней, не скрывая легкого раздражения, хотя ей показалось, что она разглядела намек на улыбку на его лице.

– Хорошо, можете называть меня Чарли. Как вам это нравится?

– Замечательно, Чарли. Я так понимаю, вы работаете на мистера Джексона. А между собой вы называете друг друга настоящими именами?

Не ответив ей, Чарли направился к своей машине.

– Хотите, я понесу девочку? По-моему, вам тяжело.

– Всё в порядке, я сама, – ответила Лу-Энн и тотчас же поморщилась от острой боли, пронзившей ушибленную руку.

– Точно? – спросил мужчина, разглядывая пластырь у нее на подбородке. – Вид у вас такой, будто вы побывали в драке.

Лу-Энн кивнула.

– Всё в порядке.

Выйдя из здания вокзала, они прошли мимо очереди на такси, и Чарли открыл дверь лимузина. Лу-Энн с минуту разглядывала роскошную машину, прежде чем сесть в нее. Чарли уселся напротив. Помимо воли Лу-Энн с восхищением обвела взглядом салон.

– Мы приедем в гостиницу минут через двадцать. Не желаете тем временем перекусить или выпить? – предложил Чарли. – В вагоне-ресторане кормят отвратительно.

– Мне приходилось пробовать и кое-что похуже, хотя, если честно, я немного проголодалась. Но я не хочу, чтобы вы специально останавливались ради

этого.

Чарли с любопытством посмотрел на нее:

– Останавливаться не надо.

Он достал из холодильника банки с газировкой и пивом, а также сэндвичи и чипсы. Затем открыл секцию на внутренней обшивке салона – и, словно по волшебству, материализовался столик. На глазах у изумленной Лу-Энн Чарли разложил закуски и напитки и в завершение выложил на столик тарелку, столовые приборы и салфетку. Его большие руки работали быстро и четко.

– Я знал, что вы с маленьким ребенком, поэтому здесь есть детские смеси и бутылочки. В гостинице вам принесут все, что только понадобится.

Приготовив молочную смесь, Лу-Энн вручила бутылочку Лизе, одной рукой прижала девочку к груди, а второй схватила сэндвич и жадно набросилась на него.

Чарли смотрел на то, как ласково она обращается с дочерью.

– Она очень хорошенькая. Как ее зовут?

– Лиза. Лиза-Мари. Знаете, в честь дочери Элвиса.

– По-моему, вы слишком молоды для того, чтобы быть поклонницей Короля.

– А я и не его поклонница… я хочу сказать, на самом деле мне такая музыка не нравится. Но рок-н-ролл любила моя мать. Она была поклонницей Элвиса Пресли. И я сделала это ради нее.

– Думаю, ваша мать была рада.

– Не знаю. Надеюсь, что была бы. Она умерла еще до рождения Лизы.

– О, извините. – Чарли помолчал. – Ну, а какая музыка нравится вам?

– Классическая. На самом деле я в ней ничего не смыслю. Просто она мне нравится. Мне нравится, что она дает почувствовать себя чистой и грациозной, будто я плаваю в каком-то горном озере и вода такая прозрачная, что видно дно.

– Я никогда не думал о музыке в таком ключе, – усмехнулся Чарли. – На самом деле я сам немного поигрываю на трубе. Если не брать в расчет Новый Орлеан, в Нью-Йорке лучшие джазовые клубы. И в них играют до самого утра. Пара таких клубов недалеко от гостиницы.

– В какой гостинице мы остановились? – спросила Лу-Энн.

– В «Уолдорф-Астории». В «Башнях». Вы никогда не бывали в Нью-Йорке?

Отпив глоток содовой, Чарли откинулся назад и расстегнул пиджак.

Покачав головой, Лу-Энн проглотила кусок сэндвича.

– На самом деле я нигде не была.

Чарли тихо присвистнул.

– Что ж, начинать с «Большого яблока» – это очень круто.

– Что это за гостиница?

– Очень хорошая. Первый класс, особенно «Башни». Конечно, это не «Плаза», но что может сравниться с «Плазой»? Как знать, быть может, когда-нибудь вы остановитесь и в «Плазе»…

Рассмеявшись, Чарли вытер рот салфеткой. Лу-Энн отметила, что пальцы у него неестественно длинные и толстые, а суставы массивные и узловатые.

Доев сэндвич и запив его кока-колой, Лу-Энн с опаской посмотрела на Чарли.

– Вам известно, зачем я здесь?

Чарли пристально посмотрел ей в лицо.

– Скажем так: я знаю достаточно, чтобы не задавать лишних вопросов. – Он улыбнулся, однако улыбка тотчас сошла с его лица. – Остановимся на этом.

– Вам приходилось встречаться с мистером Джексоном?