Побег

Кобылянский Павел Юлианович

Во-вторых – наши коллеги из Федеральной службы безопасности. Господа из частной организации искренне уверены, что купили представителей этой конторы, но, как всегда впрочем, ошибаются. Наши коллеги упорно ведут свою игру и нагло пользуются предоставляемыми иностранными "партнерами" ресурсами. Хотя там тоже до конца не все ясно. Кто-то безусловно работает только на свое собственное благосостояние, кто-то нет. Есть небольшая группа офицеров из управления, в основном все служившие в службах безопасности действующей армии и, соответственно, имеющие много неофициальных контактов в нашем ведомстве. Они не осведомлены в полной мере о происходящем, но им крайне не нравятся действия их коллег. До прямых неподчинений приказу и саботажа распоряжений

еще не дошло, но к тому движется.

Ну и в-третьих – наемники, предположительно Ватикана. Но там… Извините за выражение – слон в посудной лавке. Я, если честно, даже не знаю что с ними делать. Если только в милицию сдать, тем более, что наши законы они нарушили. Вообще-то с агентурой Ватикана сталкиваться уже приходилось и такого непрофессионализма, как сейчас, они никогда не допускали. Как вариант, им можно пришить подготовку к террористическому акту, но тогда они попадают под юрисдикцию наших коллег.

– А что с представителями иностранных государств? – спросил еще один генерал-лейтенант.

– На нашей территории по данной теме активно не работают, – пожал плечами контрразведчик. – Понятно, что шум на северо-западе вызвал некоторый интерес, но прошло всего несколько дней. Пока информация дойдет то их начальства, пока прибудут конкретные приказы… Целенаправленной работы по данному вопросу не отмечено. Но подчеркну, это на нашей территории. В Африке работа ведется, и очень активно. Также отмечена активность людей из соответствующего отдела на территории Великобритании, более точная информация должна поступить ко мне в течении недели.

– Странно, – протянул Колымский. – Ну уж про точку выхода на нашей территории они должны знать, как и доставленную нашей группой информацию. Шила в мешке не уташишь…

– Согласен, но тут получилась ситуация, когда хвост начал вилять собакой.

– Поясните, – поднял глаза на говорившего хозяин кабинета.

– Американская доля капитала данного концерна так или иначе контролируется АНБ. Также в совете директоров и среди топ-менеджеров присутствуют непосредственные сотрудники данного агентства. Есть агентурная информация, что концерн рискнул влезть в это дело именно с подачи государственных спецслужб. Также аналитики предполагают, что выводить на рынок новые технологии другого мира планируется именно через этот концерн, не вмешивая официальные структуры. По тому же прогнозу, в случае, если в прямом противостоянии выиграем мы, то через правительства стран НАТО будет предъявлено требование, не исключено, что и в ультимативной форме, поделиться новыми технологиями и получателями их будет выступать именно этот концерн. Но сейчас в операции принимают участие исключительно частники, государственные структуры предоставляют исключительно информационное обеспечение. Однако, аналитики с большей долей вероятности предполагают, что лица из руководства концерна, непосредственно руководящие операцией, в случае успеха делиться с государством не намерены и планируют использовать полученную информацию исключительно в своих интересах. Полную версию аналитической справки я предоставил.

– Хорошо, с этим ясно. Аналитическому отделу ваши наработки переданы? – спросил начальник ГШ и, дождавшись ответного кивка, продолжил: – Тогда от аналитиков мне нужен в ближайшее время прогноз на развитие ситуации.

– Так точно, товарищ генерал армии, – поднялся на ноги генерал аналитик.

– Можно без чинов, Владимир Дмитриевич, и не вставайте, это всех касается, – махнул рукой хозяин кабинета. – Как реагирует на происходящее руководство МВД?

На этот раз собрался отвечать самый младший из офицеров, собравшихся в этом кабинете. На совещании подобного уровня он присутствовал впервые и чувствовал себя несколько скованно. Поначалу он порывался вытянуться по стойке смирно, но, вспомнив слова начальника генштаба, остался сидеть.

– Руководство ГУВД по северо-западу пока замалчивает произошедшее.

В министерстве в курсе, конечно же, собираются отправить проверку, тем более, что требование о передаче дела военная прокуратура им уже отправила. Также мы проинформировали их, неофициально, о несколько нецелевом использовании бригады ВВ в известном нам месте. Приказ о возвращении бригады в место постоянной дислокации уже отдан, начато служебное расследование против командира части. Понятно, что приказ о выводе подразделения отдавал не он, но козлом отпущения сделают именно его. Что касается дальнейшей позиции МВД… Свою игру они начать не могут, у них просто нет информации о происходящем. ФСБ поддерживать не собираются. Более того, спущено негласное распоряжение никаких дел с ФСБ не иметь, только официально, со всеми сопутствующими бумагами и приказами. Тут мы должны благодарить хорошую подготовку людей товарища генерала, – полковник настолько увлекся своим докладом, что позволил себе весьма неформально кивнуть в сторону Колымского. – Ну и наши юристы сработали вовремя и грамотно, если расследование будет продолжаться, то некоторые крупные фигуры в системе МВД вполне могут сесть. С нами на контакт министр внутренних дел также не идет. Получено негласное предупреждение, что на нарушение законов нашими людьми глаза никто закрывать не будет. Но и целенаправленно искать эти нарушения и мешать работать также никто не планирует.

– Ну а в случае прямого противостояния чью сторону примут внутренние войска? – задал вопрос хозяин кабинета.

Этот вопрос выбил полковника из колеи и он не смог ответить, по крайней мере сразу. Впрочем, и три генерала из семи не ожидали такой прямой постановки вопроса и начали тревожно переглядываться.

– Вы допускаете прямое противостояние внутри страны? – задал наконец вопрос генерал от разведки.

Начальник ГШ не ответил, только посмотрел на аналитика с какой-то непонятной усмешкой. Тот гримасы начальство прекрасно понял.

– По прогнозам моего отдела в случае, если новые технологии будут получены нашей страной – гражданская война неизбежна. К сожалению, информация успела распространиться и, несмотря на всю ее фантастичность, кое-кто поверил. Наиболее благоприятны прогнозы, если данные технологии попадут в распоряжение одной из силовых госструктур. В этом случае более всего вероятен государственный переворот, возможно что и с применением силы, и приход к власти держателей информации. В случае же, если информацию получают частные лица, либо текущий глава государства – неизбежна утечка за рубеж. В этом случае прогнозы еще хуже.

– Что может быть хуже гражданской войны, – пробурчал Колымский.

– Безоговорочное доминирование страны, которая получает данные технологии. Они получат возможность просто купить не менее девяноста процентов населения нашей планеты. Плюс прорыв в области контроля населения, вплоть до абсолютного. Ну и, как ни фантастически звучит, но концепция сдерживания при помощи оружия массового поражения станет неактуальной. Не сразу конечно, лет через двадцать, но станет.

– Но это бред, – перебил аналитика разведчик. – В этом случае проигрывают как раз держатели этого самого оружия… Скорее уж развяжут армагеддон, чтобы никому не досталось.

– Этот вариант допустим, – кивнул аналитик, – но в этом случае также безоговорочно в конфликте победит страна, обладающая новыми технологиями и контролирующая переход в другой мир.

– Да что там за мир такой, – недовольно покачал головой разведчик. – Они придумали как сбивать термоядерные ракеты с разделяющимися боеголовками, что ли?

– Не совсем, – опять поморщился начальник Генштаба на некое нарушение субординации. Но начальник ГРУ был самым старшим по возрасту из всех, присутствующих в кабинете, и, заодно, дольше всех занимал свою текущую должность. Так что он всегда позволял себе несколько больше, чем другие. И пока был он был лоялен к командованию, это прощалось.