Побег
Шрифт:
Неожиданно ее навалилось столько, что не только выйти в сад, но и продохнуть было некогда. За чередой домашних дел и лечением дни пролетали совершенно незаметно. И, естественно, все переживания отошли на второй план.
С самого утра мы начинали готовить комнаты, о которых, казалось, давно забыли. Открывали именно те, где никто не жил, сдергивали чехлы с мебели, протирали там пыль, застилали постели.
Но сперва выносили на улицу одеяла и подушки, выбивали и просушивали их на солнышке в течение дня. А потом снова возвращали на место теплыми и свежими.
Единственное, что было понятно: в имении к чему-то готовились. Каждый день во двор заезжали огромные повозки, доверху набитые провизией, посудой и прочей утварью, которой не хватало в доме или давно пора было обновить. Но по той или иной причине так и не доходили руки.
Кухарка бегала с такой скоростью, что и слова не могла мне сказать. Как собственно и все остальные. Смолкли пересуды, сплетни и шепотки, не касающиеся поднятой суеты – вся прислуга старательно выполняла поручения. А вечером валилась с ног. Чтобы с утра вновь приняться за работу.
После постелей сдирали старые “немодные”, как однажды выразились заезжие гости, шторы и заменяли на новые, пошитые в столице по срочному заказу. Усиленно чистили ковры, даже если их совсем недавно выбивали.
Доставали самое дорогое серебро и приводили его в порядок. Некоторые вещи вынимали из таких закромов, что поневоле думалось о свадьбе старого герцога и его покойной супруги. Настолько они были не похожи на те, что привозились в последние дни.
Весь дом и так жужжал как растревоженный улей, не собираясь успокаиваться. А следующее событие только подлило масла в огонь. Наутро третьего дня нас всех согнали на кухню.
Собрание невольников было делом редким в имении. И чаще всего не предвещало ничего хорошего. Обычно указания раздавались лично или передавались через Ханну, которая и следила за их выполнением. А уж раннее утро для подобных мероприятий так и вообще было в новинку. Поэтому среди собравшихся чувствовалось заметное напряжение.
– К нам едет король, – по толпе прислуги пронесся облегченный вздох, говорившая женщина выдержала паузу, прежде чем продолжить: – в сопровождении двух племянниц.
Экономка была своего рода голосом хозяев для домашней прислуги, как управляющий для работников плантаций. Но чаще всего пренебрегала своими обязанностями и старалась избегать подобных собраний.
Тем более, кухарка прекрасно справлялась с укрощением прислуги и без нее. А покладистости подопечным добавляли периодические наказания провинившихся, щедро демонстрирующиеся всем желающим. Ну, а для мелких провинностей хватало и обычного выговора.
После объявления, прислуга начала активно переглядываться. Настолько сообщение не вписывалось в привычный распорядок жизни. Еще бы. Любые новые люди считались редким явлением. Прошлогодние балы стали скорее исключением, чем правилом. Наши господа жили обособленно и одиноко. Гостей не жаловали. И старались больше выезжать сами, чем приглашать к себе.
– Его величество
Последнее наказание было еще слишком свежо в памяти присутствующих, чтобы сильно заострять на этом внимание, поэтому вдохнув Кристина продолжила:
– Некоторых из вас выбрали для помощи в комнатах во время мероприятий, где будут находиться члены королевской семьи. Остальным надлежит ничем не выдавать своего присутствия. Передвигаться тихо и только по переходам, предназначенным для слуг. А также беспрекословно выполнять все поручения, которые могут поступить во время столь важного визита.
Ну, теперь понятно, зачем такие приготовления. То тут, то там послышались шепотки, прислуга активно обсуждала грядущие перемены. Мне же оставалось тихо стоять в сторонке. Понятно, что прислуживать точно не возьмут, а не привлекать к себе внимание я давно научилась. Правда, не особо помогало, когда дело касалось чего-то серьезного. Но это уже лирика.
– Так получается, – раздалось сбоку шокированное, – старшего наследника решили женить.
Я затаила дыхание. Мелани и Вики стояли неподалеку. И как всегда, обсуждали происходящее. Как ни странно, но эти две болтушки озвучивали мои только-только зарождающиеся догадки.
– С чего ты взяла? – не понимала вторая девушка.
– Сама посуди, – рассуждала опытная Мелани, повернувшись в сторону подруги, – с чего бы королю ехать в такую глушь, как наша, да ещё с племянницами?
– Да, откуда мне знать? – все недоумевала служанка. – Не моего это ума дело. Хозяйское.
– Вот вечно ты так, – старшая девушка закатила глаза, поражаясь недальновидности собеседницы, – дальше своего носа не видишь.
– А это тут при чем? – Вики удивленно уставилась на напарницу.
– А при том, что придет в имение новая хозяйка, задаст нам жару, – пояснила невольница. – Начнет свои порядки устанавливать.
И высокомерно махнула рукой, как бы иллюстрируя прозвучавшее.
– Мда, – вздохнула девушка, опустив плечи, – кончилась спокойная жизнь.
– Ну, наша, может, и не кончилась, – первая служанка хитро прищурилась. – А вот некоторым точно достанется.
– А если… – хотела предположить Вики.
– Вряд ли господин перед женой будет себя так вести, – отрезала Мелани. – Тем более принцессой.
– Тише, она же рядом стоит.
– Ну вот пусть и послушает, – спиной я почувствовала ее злорадный взгляд. – Недолго сладко жить осталось.
Конечно, я их не видела. Да и вообще, старалась ничем себя не выдавать. Но слышать слышала. Уже настолько хорошо изучила этих девиц, что несложно было и представить.
Несмотря на всю желчь, которой был пропитан их разговор, мне стало легче. Если бы Мелани только знала, насколько сильно мне хочется верить в правдивость их предположений.
“Это же мой шанс. Вдруг он и правда женится? Ведь от таких предложений не отказываются. Король все-таки”.