Побег
Шрифт:
— Ого, ты не шутишь?! «Томми-ган»! Это большая редкость! Да я вообще не слышал о том, что у кого-нибудь имеется такая игрушка! — Глаза его на секунду вспыхнули неподдельным интересом.
Вообще-то Ростоцкий, человек статуса, безупречно прибранный и даже холеный, всегда старается не показывать эмоций, особенно удивления. Но тут он не выдержал:
— Покажи, Дар! Сорок пятый калибр?
Я кивнул и, подняв сумку на колени, расстегнул длинную молнию.
— Это что у него, пламегаситель?
— Компенсатор. Еще и темп стрельбы пониже. Калибр 0.45 АСР, пистолетный. Два режима
Игрушка… Я в который раз не мог налюбоваться добытым оружием. Волей случая мне досталась одна из наиболее известных моделей — для войск делали. Ствол с поперечными ребрами охлаждения и дульным тормозом-компенсатором, характерно скошенная передняя ручка управления огнем с выемками под пальцы, секторный прицел. Гуднайт утверждает — и мне остается только верить, — что патрон 0.45 АСР, имея меньшую пробивную способность, превосходит наш ТТ-шный по останавливающему действию пули, а для меня последнее крайне важно. Высокий служебный ресурс, безупречное качество изготовления, удобство — понятно, почему «Томми» пользовался большой популярностью и у полиции, и у гангстеров. Да и вояки признали эту модель.
Не доставая оружия — такое в публичных местах не приветствуется, — Герман погладил полированное дерево, тронул пальцем рукоять заряжания.
— Отличный автомат. Слушай, Квачин, зачем тебе такое чудо на пленэре? Ты же не гангстер пока. Ну, действительно? Насколько он эффективен по дальности, на сто пятьдесят метров?
— На сто, наверное, так реальней, — пожал я плечами.
— Тем более! У тебя есть «Тигр», у вьетнамца твоего, как его…
— Винни, — подсказал я, решив про историю с «Тигром» ничего не рассказывать. Герман и без того подозрительно много знает.
— Да, точно. У него вообще шикарный ствол, Sako TRG-21, если не ошибаюсь.
— Откуда тебе это известно? — недовольно проворчал я.
— Должность к тому обязывает, дорогой мой, должность! TRG-21, как я понимаю, подходящее оружие для джунглей.
— Ты давно не был в джунглях. — Я решительно застегнул молнию и опустил сумку на пол. — Врагу не пожелаю оказаться с длинным стволом на поляне, полной распсиховавшихся черных бабуинов.
— Как-нибудь прокатите, чтобы вспомнил.
Автоматическое оружие у нашей сплоченной и слаженной разведгруппы имеется — Лешкин «Калашников». Только теперь этого мало.
— Так что скажешь, Дар? Заплачу золотом, и очень хорошо, — он ожидал ответа, не спуская с меня глаз, с выражением на лице недавно появившейся царственной надменности, что отмечают многие из наших, постоянно живущих в Манаусе.
— Не канает, Герман, такой обмен, я монетами в гиен кидаться не собираюсь, — ехидно улыбнулся я. — Для тебя это действительно игрушка, ты же его на стену в кабинете повесишь и забудешь. А для меня — рабочий инструмент.
— Вот так вот, рабочий?
— Именно! — выпалил я. Он что, на прочность меня испытывает?
— Ладно, Дарий, будет тебе, не заводись… Как я понимаю, ты сразу после обеда собираешься в «Фантом-Хилл»?
Я чуть расслабил плечи. Черт… Рядом с Ростоцким не удается быть спокойным, от него всегда ожидаешь сюрприза, резкой фразы, идеи или распоряжения. По-моему, олигарх
— Так точно. Гарри недавно прислал радиограмму, что достал два коробчатых на двадцать каждый. Да и патроны появились, надо купить. Стрельбище, опять же, хоть постреляю у него цивильно.
— Дорого встанет, — заметил собеседник.
— А на что мне золото? В Диксоне на всем готовом, да и отвык уже от излишеств.
— В Диксоне — да. А в Манаусе достойное бунгало не хочешь прикупить? По-моему, пора. Могу помочь, присмотреть варианты.
— Разве что когда женюсь, — уклончиво пообещал я.
— Забились! Хорошо, расскажи мне об этом эпизоде с оружием.
По Мэйн-стрит с лязгом и стуком проехал маленький бортовой грузовичок, возбудив своим появлением гревшихся на солнце четырех облезлых дворняг. Пропустив технику мимо, псы ожили и, громко залаяв, с пронзительным визгом бросились вслед. За ними метнулась пара пацанят.
Елки, сколько народу!
Кажется, что сюда съехалось все людское население Кристы.
Вроде бы обычные будни, сезонная продовольственная ярмарка открывается только через три недели. Я посмотрел на свои наручные швейцарские — точно, среда… Однако в портовом районе заняты все доступные причалы, включая относительно недавно построенный Новый порт, комплекс, по местным меркам, весьма и весьма солидный. Необорудованные участки берега по соседству утыканы совсем легкими суденышками, в основном пирогами и каноэ. А большая рыночная трехдневка будет в субботу, рановато торгашам прибывать, товары испортятся… Похоже, Манаус уже достиг такой степени градостроительного и культурного прогресса, что привлекает людей ежедневно. Те из них, кто еще помнит земные мегаполисы, бродят по улице со слезинкой светлой ностальгии. Аборигенам же, родившимся и выросшим на Кристе, этот тихий, по сути, обманчиво суетный южный городок представляется настоящим Нью-Йорком или Гонконгом.
— Хорошо. Итак! Я абсолютно уверен, что при выходе из Креста в свою сторону на разведгруппу американцев неожиданно напали, — начал я. — Или напал! Какой-то большой, даже огромный хищник, очень быстрый, свирепый и сильный.
— Следы видели? Постой, как я понял, там кругом камни, скалы? — Не очень-то внимательно он меня слушает, в окно смотрит.
— И что? Винни у меня — прирожденный следопыт. Да и мы с Алексеем Лимоновым уже кое-что умеем, жизнь научила… Там трава с краю и глина вокруг ручейка.
— Огромный, говоришь… Пещерный лев какой-нибудь, махайрод из книжек про древних людей? — усмехнулся наугад Герман и поднял глаза. — Шучу-шучу. Чупакабра или медведь, что наследопытили?
Я тоже внимательно посмотрел на него. Чисто кабинетная жизнь быстро подсаживает соображалку любого умного человека. Мне и в голову не придет подшучивать над чудовищами из джунглей или предгорий.
— Напрасно шутишь. На нашей территории мы таких следов не наблюдали. Я сфотографировал, показывал. Это не чупака и не медведь, Герман, тот зверь гораздо крупнее. Даже непонятно, как он вообще может при столь внушительных габаритах прыгать с места на пятнадцать метров, если не больше!