Побег
Шрифт:
Лиззи почему-то обиделась:
— Я бы так о нем не отзывалась. Мне кажет ся, он красивый.
Лина пожала плечами:
— Не важно. Продолжай.
— Лупер занят исследованиями складов. Он осмотрел все хранилища, которые не заперты. Он хочет знать, какова реальная ситуация, Лина. Он не такой, как большинство этих кошмарных работников, которые просто бродят туда-сюда, пока не кончится рабочий день, а потом идут домой спать. Лупер хочет знать, как все обстоит на самом деле.
— И как же?
— Он выяснил, что кое-где еще остались разные редкости. Немного там, чуть-чуть здесь. И ни одна живая душа об этом не помнит. Знаешь,
— Значит, он берет оттуда разные вещи…
— Совсем чуть-чуть! И очень редко!
— И дарит их тебе?
— Да. Потому что я ему нравлюсь. — Лиззи жеманно улыбнулась и снова поправила волосы.
«Ах вот оно что, — подумала Лина. — Лупер, похоже, тоже ей нравится».
— Но это же воровство, — сказала Лина. — И послушай, Лиззи, он же ворует не только для тебя. У него ведь есть магазин! И он продает там ворованные вещи! Причем за огромные деньги!
— Он ничего такого не делает! — быстро проговорила Лиззи, но явно встревожилась.
— Нет, делает! Я точно знаю, потому что я сама у него кое-что купила всего несколько недель назад. У него есть целая коробка цветных карандашей.
— А мне он никогда не дарил цветных карандашей, — с досадой сказала Лиззи.
— Он тебе и не должен ничего дарить! И продавать не имеет права! Тебе не кажется, что о еде, которую он нашел, неплохо было бы узнать всем жителям в городе?
— Нет! — убежденно воскликнула Лиззи. — Послушай, Лина, если осталась всего одна банка консервированных персиков, этого же хватит только на одного человека, верно? Тогда зачем всем об этом знать? Все только передерутся из-за нее. И что в этом хорошего? Послушай. — Лиззи доверительно коснулась колена подруги. — Я попрошу Лупера, и он найдет что-нибудь и для тебя. Он сделает это, если я попрошу, я знаю.
Неожиданно Лина словно со стороны услышала собственный голос:
— Найдет? Что, например? Глаза Лиззи загорелись.
— Он видел там две пачки разноцветной бу маги. И кое-какие лекарства от кашля. И це лых три пары девчачьих туфелек.
Это были настоящие сокровища. Цветная бумага! И лекарства, и туфли… В последний раз ей покупали новые туфли почти два года назад. Сердце Лины забилось. Лиззи была права: если все в городе узнают, что на складах еще осталось некоторое количество этих прекрасных вещей, все сразу захотят получить их. Тут и в самом деле до драки недалеко. А если никто не узнает? Кому будет хуже от того, что у нее появится немного разноцветной бумаги или новые туфли? Она вдруг с такой силой захотела получить все это, что ей едва не стало плохо. Перед глазами у нее пронеслась картинка: полки в доме миссис Мердо забиты прекрасными вещами, и они с Поппи чувствуют себя гораздо счастливее и надежнее, чем все остальные в городе.
Лиззи придвинулась поближе и еще больше понизила голос:
— Лупер нашел банку ананасов. Он поде лится со мной, но я дам и тебе кусочек, если ты пообещаешь никому не рассказывать.
Ананасы! Изысканное полузабытое лакомство, о котором рассказывала бабушка. Что плохого в том, что она попробует кусочек? Просто для того, чтобы знать, что это такое.
— Я уже пробовала персики, яблочное пюре и еще вкуснятину, которая называется «Фруктовый коктейль», —
— Ты все это пробовала? — изумилась Лина. — Значит, там по-прежнему полно всяких деликатесов?
— Нет, — мотнула головой Лиззи. — Не полно. Если честно, мы почти все уже прикончили.
— Вы с Лупером? Лиззи кивнула:
— Лупер говорит, что все равно скоро всему конец, так почему не пожить напоследок в свое удовольствие?
— Но, Лиззи, почему именно вы должны всем этим пользоваться? Почему не кто-нибудь другой?
— Потому что это мы нашли все это. И потому что у нас есть возможность это взять.
— Мне кажется, это нечестно… — начала Лина, но Лиззи настойчиво повторила, словно разговаривая с непонятливым ребенком:
— Ты тоже можешь все это получить. Я же об этом и толкую. Там еще осталось кое-что.
Лина пыталась разобраться в себе. Что ее смущает? Несправедливость? Наверное, и в самом деле не совсем справедливо, что в распоряжении двух человек оказались вещи, которые желал бы иметь каждый. Но, в конце концов, банку консервированных персиков действительно невозможно поделить между всеми жителями города. Она не знала, как правильно поступить в таком случае, но твердо знала, что присвоить вещь только потому, что ты можешь это сделать, — неправильно. Она вспомнила похожую на смертельный голод алчность, которую испытала, когда Лупер показывал ей цветные карандаши. Это было отвратительное чувство. Лина не хотела желать какую бы то ни было вещь так сильно. Она встала.
— Мне не нужно ничего от Лупера. Лиззи пожала плечами.
— Что ж, ладно. Тебе же хуже, — проговорила она с деланым равнодушием, но на ее маленьком бледном личике была написана тревога.
— В любом случае, спасибо за предложение, — сказала Лина и пошла прочь через Торрик-сквер.
Она шла все быстрее и быстрее, а потом побежала.
ГЛАВА 12
Ужасное открытие
Примерно через неделю после того, как они с Линой видели под землей неизвестного, сумевшего открыть таинственную дверь, Дуну поручили прочистить засор в туннеле номер двести семь. Работа оказалась несложной. Он развинтил трубу, протолкнул в нее длинную тонкую щетку, и струя ржавой воды брызнула ему в лицо. Он снова собрал трубу, и делать больше было нечего. Дун решил прогуляться в туннель номер триста пятьдесят один и снова попытаться открыть дверь. «Странно, — думал он, — что до сих пор не появилось никакого официального сообщения о том, что найден выход из Эмбера. Вероятно, мы ошиблись: эта дверь ведет куда-то совсем в другое место».
Он отправился на юг, добрался до перегороженного веревкой тупика в туннеле номер триста пятьдесят один, пролез под веревкой и пошел на ощупь в темноте. В глубине души Дун был совершенно уверен, что дверь, как всегда, будет заперта, и рассеянно думал о другом. Он думал о своей зеленой гусенице, которая стала вести себя как-то странно: отказывалась есть и неподвижно висела на стенке своей коробочки, втянув голову. О Лине, которую он не видел уже несколько дней. Интересно, где она сейчас? Размышляя об этом, он протянул руку к двери и вдруг почувствовал под пальцами нечто, что заставило его поспешно отдернуть руку, словно что-то ужалило его. Он осторожно протянул руку снова. В замочной скважине торчал ключ!