Поцелуй врага
Шрифт:
В свои двенадцать лет Брайан еще не отличался большим мастерством в дипломатии. Он опустил объяснения и сразу начал оправдываться.
– Я совсем не виноват, – заявил он. – Я сказал Уне…
При упоминании этого имени Катрина сразу догадалась, что произошло.
– О, Брайан, сколько раз я просила тебя держать этих ужасных собак подальше от котят?
Брат смущенно опустил голову.
– Я сказал Уне, что собираюсь вывести псов погулять, но она забыла запереть дверь конюшни, и тогда… ну, все случилось очень быстро. Бору просто хотел поиграть, а глупая кошка забралась на дерево.
Катрина застонала.
– На
Брайан поморщился.
– На старый дуб. Кэти, прошу тебя, помоги достать котенка с дерева, пока Уна не узнала. Она начнет плакать. – Брат раздраженно топнул ногой. – Терпеть не могу, когда она плачет.
Катрина встретилась глазами с Мор. Уна была внучкой старой няни, и Мор очень любила малышку.
– Я постараюсь чем-нибудь занять ее, пока ты, – сказала Мор, ткнув пальцем в тощую грудь Брайана, – снимешь этого котенка с дерева.
– Пойдем, Кэти, поторопись! – воскликнул Брайан и потащил сестру из комнаты.
Только когда они покинули замок и направились к воротам в крепостной стене, Катрина вспомнила, что ока все еще в новом платье и к тому же босиком. Ясное небо голубело над головой, но земля была влажной после утреннего дождя, и грязь хлюпала под ногами. Понимая, что теперь уже ничего не исправить, Катрина высоко подобрала юбки, чтобы не испачкать подол.
– Ты мог бы дать мне время переодеться, – проворчала она.
Брайан поспешно взглянул на нее.
– Зачем? Ты выглядишь прекрасно.
Катрина вздохнула. Ох уж эти братья! Она могла бы обрядиться в мешковину, а они бы и не заметили.
Выйдя через ворота, они направились по правой тропинке в сторону леса – левая вела к озеру Аског. Накануне начала состязаний в постройках вдоль берегов озера царила суета, но в лесу было на удивление тихо, не считая отрывистого лая Бору, который становился все громче по мере того, как они приближались к огромному старому дубу. Ламонты вели свое происхождение от великих королей Эйре [2] , и Брайан назвал собаку в честь своего тезки, Брайана Бору, знаменитого благородного короля прошлых веков.
2
Эйре – гэльское название Ирландии.
– Ты оставил пса здесь? – возмутилась Катрина.
Брат покраснел.
– Я велел ему идти домой, но он меня не послушался.
– Наверное, он напугал бедняжку до полусмерти. – Катрина повернулась к собаке и повелительно крикнула: – Бору!
Пес перестал лаять и с любопытством посмотрел на хозяйку.
Катрина указала в направлении замка, теперь уже скрытого за деревьями, и коротко приказала:
– Домой!
С легким повизгиванием пес обнюхал ее юбки, виновато поглядывая на Катрину своими карими, полными любви глазами. Она укоризненно покачала головой, отказывая ему в сочувствии. Собака и вправду обладала неплохим сценическим даром.
– Бору, домой!
Снова заскулив, на этот раз еще жалостнее, огромная шотландская борзая низко опустила голову и неохотно засеменила к замку.
– Понять не могу, как это у тебя получается, – удивленно сказал Брайан. – Ты единственная, кого он слушается.
Катрина сжала губы, едва не выпалив в ответ колкость, вертевшуюся на языке. Ведь она единственная, кто занимался с псом и учил
Взглянув вверх, сквозь густое переплетение ветвей, Катрина ахнула, еле разглядев в листве крошечный комочек рыжей с белым шерсти.
– Как он сумел забраться так высоко?
– Когда я попытался залезть на дерево вслед за ним, он вскарабкался еще выше, вот почему я и побежал за тобой. Он меня боится.
Катрина вздрогнула и резко повернулась к брату:
– Уж не думаешь ли ты, что я полезу на дерево?
– А для чего же еще я позвал тебя сюда? – искренне изумился Брайан. – Котенок не хочет идти ко мне. А тебя он любит, и ты уже сотни раз взбиралась на это дерево.
– Да, только несколько лет назад, – сердито возразила она. – К твоему сведению, я уже давно вышла из того возраста, когда лазают по деревьям.
– Почему это? Ты еще не старая.
Катрина подумала, что нужно как следует поработать над умением Брайана говорить комплименты, если он надеется хоть когда-нибудь добиться расположения девушки. Впрочем, с его лицом это, пожалуй, не будет иметь значения. Если ее братьям и не хватало обходительности и манер, то это полностью компенсировалось их внешностью. Они были отчаянными и бесшабашными, но Катрина безумно их любила. Как только отец мог подумать, что она хоть когда-нибудь захочет их покинуть? Они нуждались в ней… а она в них. Чего бы это ни стоило, Катрина была твердо намерена остаться с братьями.
Пытаться убедить Брайана было бы пустой тратой времени.
– Я не собираюсь лезть туда.
На лице Брайана отразилось уныние, как у Бору несколько мгновений назад.
– Но почему?
– Хотя бы из-за этого платья.
– Пожалуйста, Кэти, больше мне некого попросить. Отец с Малькольмом и Ниллом уехали на охоту, а остальные заняты приготовлениями к празднеству.
Очень странно.
– Я думала, они уже закончили охотиться.
Брайан нахмурился.
– Я тоже так думал, но они уехали рано утром в страшной спешке. Отец выглядел сильно встревоженным, и когда я спросил, куда они направляются, он ответил: «На охоту». Так что, видишь, дома никого нет. Пожалуйста, Кэти…
Как нарочно, в этот момент котенок начал мяукать. Жалобная мольба крошечного испуганного существа тронула сердце Катрины. Черт бы побрал всех этих мужчин и животных! В ярости она повернулась спиной к брату.
– О, ну уж ладно, только помоги мне снять это платье. – Даже если судьба отвернулась от нее, Катрина не собиралась портить свой новый наряд.
Брайан порывисто и неуклюже обнял ее.
– Ты самая лучшая сестра на свете! Я знал, что могу на тебя положиться.
Катрина вздохнула. На парня невозможно было долго сердиться. Уже не мальчик, но еще и не мужчина, Брайан как раз находился в этом странном, как бы промежуточном возрасте. Он уже был выше ее ростом. Катрина понимала, что через несколько лету него добавится мускулов и он обретет крепкое тело воина, как Малькольм и Нилл – два ее старших брата. Брайан был младенцем, когда их мать умерла, и за ним всегда присматривала Катрина. Вскоре ему предстояло отправиться к предводителю соседнего клана и стать его оруженосцем. Катрина ощутила внезапную боль в груди, ей захотелось остановить время.