Поцелуй врага
Шрифт:
– Я скучала по тебе, – сказала она, высказывая свои мысли вслух. И при этом у нее не возникло желания взять слова назад.
Джейми замер.
– И я тоже.
– Я не должна была так говорить с тобой. Ты никогда не давал мне повода не доверять тебе. Я тебе верю, просто… – Она пыталась подобрать нужное слово, но на ум пришло только: «Все так сложно».
Однако Джейми, видимо, понял.
– Я не могу обещать тебе, что все пойдет гладко.
– Понимаю.
Ладонь ее рассеянно скользнула по его животу, пробегая по напряженным узлам мускулов.
Катрина
– Мне пора идти, чтобы ты мог отдохнуть…
Она ахнула, когда Джейми схватил ее за руку и потянул назад, повалив на себя.
– Нет. – Голос его звучал глухо и требовательно. Он взял Катрину за подбородок и запечатлел нежный поцелуй на ее губах. – Останься. Ты нужна мне.
– Но твое плечо…
– Поверь мне, удовольствие, которое ты можешь мне доставить, – лучшее средство против боли. – Он ласково заглянул ей в глаза и убрал со лба выбившуюся прядь. – Прогони мою боль, Катрина. – Она взглянула на повязку на его плече, но Джейми притянул ее лицо к себе. – Заставь меня забыть, – прошептал он и снова поцеловал ее.
Катрина слышала его мольбу и откликнулась на нее всем сердцем. Она тоже хотела все забыть. Забыть страшный случай, который едва не отнял у нее мужа, и те дурацкие дни, которые они провели в разлуке. Джейми раздвинул ей губы, скользнув языком в глубь рта, и страстно, долго целовал.
Катрина с трудом перевела дух.
– Ты поступаешь нечестно.
Джейми усмехнулся.
– Я слишком долго сдерживался.
Она укоризненно покачала головой.
– Всего-то три дня.
– Почти четыре.
Катрина рассмеялась:
– Ты неисправим!
– Нет, я просто отчаявшийся мужчина. Прояви сострадание, дорогая.
Он говорил так серьезно, что Катрина рассмеялась.
– Как я могу отказать в столь настоятельной просьбе?
Джейми усмехнулся и крепко обнял ее.
– Не можешь.
По правде сказать, ей самой этого страшно хотелось. Только в его объятиях она чувствовала себя в полной безопасности.
– Ну хорошо, только на определенных условиях.
Джейми насмешливо изогнул бровь.
– Я весь внимание.
– Ты должен оставаться неподвижным.
Лукавая улыбка тронула его губы.
– Постараюсь изо всех сил. Что еще?
– Ты мне скажешь, если будет больно.
– Где больно? – спросил он.
Катрина шутливо шлепнула его по груди.
– В плече, конечно, негодник.
Попытка Джейми изобразить раскаяние провалилась из-за мальчишеского блеска в его голубых глазах.
– Обещаю.
Катрина иногда забывала, как он молод. Благодаря властной манере держаться и внушительному виду закаленного в сражениях воина Джейми казался намного старше своих двадцати семи лет.
«Господи, как он прекрасен!» Суровые, мужественные черты его лица светились радостью. В уголках глаз собирались морщинки, когда он улыбался. Впечатление было ошеломляющим.
Он совершенно околдовал ее.
Катрина встала и, подойдя к двери, опустила металлическую щеколду, чтобы никто не мог их побеспокоить. На всем пути она чувствовала на себе его
– Есть кое-какие сложности, – сказал он. Настала ее очередь вопросительно взглянуть на него.
– Например?
– Наша одежда. – Он откинулся на подушки с широкой улыбкой на невообразимо прекрасном лице. – Боюсь, рука у меня слишком сильно болит, чтобы я помог тебе раздеться.
– Правда? – Катрина подозрительно прищурилась.
Джейми серьезно кивнул.
– Полагаю, тебе придется все делать самой.
– А ты что будешь делать?
– Как что? Смотреть, конечно.
– Конечно, – холодно сказала она. Повернувшись к нему спиной, Катрина сбросила арисед и аккуратно положила на кресло. – Наверное, не стоит беспокоить тебя просьбой помочь мне распутать тесемки.
– Возможно, мне все-таки удастся кое-как справиться.
Катрина вернулась к кровати и встала к Джейми спиной. Он расшнуровал ей платье, затем корсет. Рука его слегка задержалась на ее чувствительной пояснице, и Катрину охватила сладкая дрожь предвкушения.
Когда он закончил, она стряхнула платье с плеч, и оно упало на пол к ее ногам. Шнуровка корсета тоже была достаточно ослаблена, и Катрина легко стянула его через голову.
Она слышала, как учащается дыхание Джейми с каждой сброшенной на пол вещью, и знала, что один ее вид возбуждает его. Она принялась развязывать тесемки у ворота, но он протянул руку и сжал ее запястье.
Катрина повернулась к нему лицом. Щеки ее ярко пылали. Может, она и была смущена, но не могла сказать, что осталась равнодушной. Было что-то глубоко чувственное в том, чтобы раздеваться перед мужчиной, зная, что он с замиранием сердца следит за каждым твоим движением.
Катрина неторопливо распустила тесемки у горла сорочки, затем наклонилась, чтобы скинуть туфли, и предоставила Джейми обозревать ее груди, колыхавшиеся за широко распахнутым воротом.
– Будь я проклят! – восхищенно пробормотал он, и Катрина спрятала улыбку, наслаждаясь моментом торжества своей женской силы.
Джейми с шумом втянул воздух, когда она, приподняв сорочку и поставив ногу на край кровати, принялась медленно стягивать чулок, затем другой.
Катрина подняла подол выше, позволяя ему увидеть только ее бедро, потом еще выше, открывая округлости ягодиц, а затем, сдвигая сорочку вверх, освободила грудь и сбросила тонкую ткань через голову, так что она небольшой лужицей улеглась возле ее босых ног.
Катрина взглянула из-под полуопущенных ресниц и увидела, что восхищенный взгляд Джейми скользит по ее грудям, животу, бедрам и вниз, по стройным ногам.
– Боже, как ты прекрасна!
– Если не считать моего кривого носа, – пошутила она.
Джейми рассмеялся.
– Наоборот, благодаря кривому носу.
Желание овладело всем ее существом. Она склонилась к мужу и, скользнув ладонями по его животу, развязала пояс бриджей, освободив напряженный жезл из тесного плена потертой кожи. Затем Катрина стянула с него бриджи и, поднявшись на кровать, уселась верхом, сгорая от жажды ощутить его внутри.