Поцелуй врага

Маккарти Моника

Катрине становилось не по себе при мысли о том, что ей предстоит встреча с Аргайллом.

Может, она и не терпела его, но нельзя было отрицать, что Арчибальд Кемпбелл был самым могущественным человеком в Шотландском нагорье. Легко было ненавидеть его, но что, если на самом деле все гораздо сложнее? Подтвердит ли граф ее страхи или рассеет их?

Скоро она это выяснит.

У Катрины замерло сердце, когда тропа повернула к северу и впереди показался внушительный силуэт замка. Вид гигантской крепости из монолитных камней, расположенной на скалистом мысу и гордо

возвышавшейся над заливом, вызвал холодную дрожь. Дрожь эта все усиливалась, по мере того как они подъезжали ближе.

За мощной крепостной стеной, заслоняя небо, высилась огромная каменная башня с толстыми стенами, возведенная сотни лет назад.

Пугающий вид замка подверг суровому испытанию ее решимость. Катрина ощутила легкую неуверенность. Чего она собиралась добиться, отдаваясь на милость графа? Да и способен ли он проявить милосердие?

Не важно. Она сделает то, что должна, чего бы это ни стоило.

Решительно расправив плечи, Катрина спрыгнула с лошади и, пока не успела передумать, обратилась к ближайшему стражнику:

– Отведите меня к графу.

– Нам не сообщили о вашем прибытии, миледи. Я прикажу приготовить вам комнату, а затем доложу графу и вашему мужу, что вы здесь.

– Благодарю вас, но мне не нужна комната. Мне необходимо немедленно увидеться с графом. То, что я должна сказать, не терпит отлагательства.

Привратник был явно смущен. Очевидно, он не привык, чтобы леди настаивала на свидании с его повелителем, и теперь не знал, что делать.

– Боюсь, граф совещается со своими людьми и его нельзя беспокоить.

Сердце Катрины тревожно забилось, когда она подумала, о чем они совещаются.

– Мой муж с ним?

– Да.

Это ей и нужно было услышать. Катрина бросилась вверх по лестнице, привратник устремился за ней.

– Подождите! – закричал он. – Туда нельзя.

Но Катрина, не желая слышать отказ, одарила смущенного стража ослепительной улыбкой.

– О, я уверена, что он не станет возражать.

Бедняга привратник совсем обезумел от волнения.

– Но…

Катрина уже пересекала большой зал. Напротив входа располагались две двери. Она была уверена, что одна из них ведет в кабинет лэрда. Катрина отворила первую дверь и широко улыбнулась.

Около дюжины пар глаз уставились на нее так, словно она была привидением. Тревога, терзавшая ее на пути в Данун, была пустяком по сравнению с тем, что она испытала сейчас. Но Катрина приложила все силы, чтобы, не показать виду. Изобразив на лице уверенную улыбку, она с царственным достоинством прошествовала в комнату словно королева.

– Что все это значит? – обратился сидевший во главе стола к привратнику, торопливо вошедшему вслед за ней. Катрина быстро осмотрела комнату и была страшно разочарована, не увидев Джейми. Несмотря на то что сейчас они были в ссоре, его присутствие послужило бы ей необходимой поддержкой в столь тяжелый момент. Но к великому сожалению, ей предстояло встретиться с дьяволом в одиночку.

Граф Аргайлл оказался совсем не таким, как она ожидала. Хотя он и был разряжен в пух и прах – его роскошная одежда и драгоценности,

прекраснее которых ей не доводилось видеть, обнаруживали в нем верного придворного короля Якова, – все же какая-то жесткость в его внешности и неповторимый блеск глаз безошибочно указывали на то, что он уроженец Шотландского нагорья.

Черты его смуглого лица были резкими и угловатыми, губы тонкими, а выражение лица столь же мрачным и суровым, как и его прозвище. Истинный Арчибальд Угрюмый – Гиллесбиг Грумах по-гэльски. Но он выглядел намного старше своих лет, что и неудивительно, если принять во внимание его трудную юность. Отец его погиб, когда он был совсем еще мальчиком, и ему приходилось терпеть нападки и даже попытки убийства со стороны тех, кто обязан был о нем заботиться.

– Простите, простите, милорд, – принялся усердно извиняться привратник. – Леди очень настаивала.

Граф прищурился и окинул Катрину внимательным, оценивающим взглядом.

– И кто же эта леди?

Катрина сделала глубокий вдох и выступила вперед.

– Катрина Кемпбелл, милорд. Жена вашего кузена.

Если граф и был удивлен ее заявлением, то не показал виду.

– Чего вы хотите?

– Минуту вашего времени. Прошу вас, милорд. Простите меня за внезапное вторжение, но у меня дело крайней важности.

С сильно бьющимся сердцем Катрина ждала ответа, уверенная, что граф ей откажет. Вместо этого, к ее удивлению, он велел остальным выйти.

Она ощутила слабую вспышку радости, которая тут же угасла, как только граф жестом пригласил ее подойти. Катрина остановилась перед массивным столом, стараясь сдержать дрожь, чувствуя себя провинившимся ребенком, ожидающим наказания. Но сразу же устыдившись своей трусости, она, гордо выпрямив спину и упрямо вздернув подбородок, смело посмотрела графу в глаза.

Аргайлл внимательно разглядывал Катрину, не упуская ни малейшей детали ее внешности, включая забрызганные грязью юбки и туфли.

– Похоже, врываться в мой кабинет вошло в вашей семье в обычай. Хотя вы по крайней мере одеты соответствующим образом.

Катрина не могла взять в толк, о чем он говорит.

– Милорд?

Граф махнул рукой:

– Не обращайте внимания. Так что же заставило вас приехать сюда с такой поспешностью?

– Мой брат и его люди. Я знаю, что они здесь. Я приехала, чтобы просить вас проявить к ним милосердие. Если вы согласитесь выслушать их, я уверена, вы поймете, почему они сделали то, что сделали. Но я бы хотела сначала повидать их, если вы позволите отвести меня к ним.

Аргайлл медлил с ответом, пристально разглядывая ее своими темными проницательными глазами. Катрине стало не по себе.

– Вам известно, в чем обвиняют вашего брата и его людей?

Катрина сжала зубы, но не отвернулась.

– Да. Джейми поклялся, что вы отнесетесь к ним снисходительно.

Аргайлл задумчиво поглаживал свою маленькую заостренную бородку.

– Он сказал вам это, и все же вы явились сюда?

Катрина сокрушенно кивнула, снова чувствуя себя непослушной девочкой и к тому же вероломной предательницей.