Почти полночь
Шрифт:
Какая-то часть его никогда не переставала надеяться, что он всё-таки наткнётся на них здесь.
Вот почему он никогда не покидал Лазурный берег, даже когда они путешествовали вдоль и поперёк по всей его длине и возвращались обратно, меняя дома и всегда оставаясь примерно в одном и том же регионе цивилизованного мира. Какая-то часть Ника продолжала ждать, чтобы оставить дверь открытой для остальных его друзей и семьи.
Однако они так и не появились.
Несмотря на это, они с Джемом всё равно
За годы они даже периодически давали приют детям, находя лица, которые трогали их, среди сирот и брошенных, забытых и нелюбимых.
Они кормили их и учили всему, что умели, до тех пор, пока не пришло время отправлять их в мир, чтобы они сами сколотили состояние, используя те жизни и ресурсы, которые им были предоставлены.
Некоторые из них впоследствии сами стали важными людьми.
Ник и Даледжем никогда не испытывали недостатка в средствах и были щедры к тем немногим душам, которых им удавалось привлечь и вырастить.
Некоторые из них возвращались.
Некоторые возвращались, уже став стариками и старухами, и не слишком много говорили о том, что Ник до сих пор выглядит точно так же, как тогда, когда они были детьми, как будто ему ещё не исполнилось тридцати, а Джем выглядит старше, но не настолько, как следовало бы.
Однако Джем уже старел.
Какое-то время они называли себя старшим и младшим братьями.
Затем отцом и сыном.
Теперь Даледжем иногда говорил людям, что он двоюродный дедушка Ника.
Ник морщился, слыша это, но не пытался ему перечить.
В последние несколько лет, особенно в прошлом году, казалось, что старение Джема ускорилось. Вероятность того, что Ник вообще может быть его сыном, становилась всё меньше и меньше. Джем шутил, что скоро будет называть себя дедушкой Ника.
Ник выбросил это из головы.
Он поцеловал своего мужа в щёку и улыбнулся ему, демонстрируя кончики клыков.
— Хочешь заняться сёрфингом? — поддразнил он видящего.
Джем улыбнулся, но Ник увидел ответ в его настороженном взгляде.
— Не уверен, что мои колени или бёдра поблагодарят меня за это, брат, — пожурил его Джем.
— Я понесу тебя, — предложил Ник.
Джем рассмеялся, потом треснул его, и они оба рассмеялись, глядя на ослепительные звёзды, всё ещё поразительно ясные, несмотря на стелющийся смог ранней промышленной революции, но ещё без спутников, без самолётов, без вертолётов или беспилотных летательных аппаратов.
Там, где они находились, небо было затянуто дымом от местных пожаров, а океанский бриз уносил большую часть этого дыма в море.
— Ты хоть что-нибудь помнишь о том моменте, когда он отпустил тебя? — спросил Джем у Ника чуть позднее.
Этот вопрос он тоже задавал несколько сотен раз за прошедшие годы.
Вначале
Но сейчас у Ника не было ответов, как и тогда.
— Нет, — честно ответил он, в соответствии с их ритуалом. — Ничего полезного. Ничего конкретного.
Тем не менее, он мысленно вернулся к тому, что было, и рассказал, как всё это происходило, по крайней мере, те части, которые он понимал, те части, которые по-прежнему казались правдивыми после стольких лет.
Ник ударил ногой по камню.
Они с Бриком исчезли в портале.
Брик крепко прижимал его к груди.
Ник видел яркие звёзды, сверкающие кометы, туманности, взрывающиеся планеты. Он видел себя несущимся сквозь эту тьму, словно подталкиваемый невидимой рукой.
В какой-то момент Брика оторвало от него.
Брик был отделён от него, пока Ник нёсся в пространстве.
Ник видел, как он уходил, как дуга света пронеслась в другом направлении сквозь чернильную тьму, вызванная каким-то резонансом или возмущением в другой части плетения. Тогда Ник ясно почувствовал, что их пути должны были разойтись, что они не были одинаковыми, не соответствовали одной и той же частоте или песне.
Это небо состояло из света, песни, частоты, и в этом пространстве подобное взывало к подобному. То, что было другим, не могло быть перенесено в одно и то же место и время.
Ник чувствовал правильность этого.
Он чувствовал правильность того, куда он, Ник, направлялся.
Он чувствовал переплетение времени и пространства и понимал, что в этом есть своя правда, своя логика.
Он пытался объяснить это и Даледжему на протяжении многих лет.
Отчасти именно это успокоило его в том, где они оба оказались.
Он объяснил ему это в ту первую ночь, когда они растянулись под звёздами, совсем как сейчас, и Ник отдал Джему своё длинное пальто, чтобы согреть его, и свои перчатки, и даже шляпу, которую он ранее затолкал в карман, а сам Ник растянулся рядом со своим супругом безо всего, не нуждаясь в этом со своей вампирской кровью и кожей.
В конце концов, после этих ярких огней и темноты Ник оказался здесь.
Вскоре после этого Даледжем присоединился к нему в этом месте и в это время.
Больше никто не последовал за ними.
Даже спустя все эти годы никто больше не присоединился к ним в этом месте.
Однако Джему и Нику было интересно, последовал ли кто-нибудь ещё за ними через портал. Пытались ли они найти их, но безуспешно?
Ник надеялся, вслух и про себя, что они этого не сделали.