Под крылом
Шрифт:
Каким-то механическим движением голова киборга дернулась и повернулась на звук шагов.
– Дальнейшее функционирование невозможно, – безжизненно оповестил гибрид хозяина. – Рекомендуется утилизация.
Артур покачал головой.
– Сразу видно, что это боевой гибрид, а не СИшка. Его раздавило, а он еще работает! – с непонятным восхищением заметил он. – Заф, отключи куклу. – Отключить? – оглушенно переспросил хирург, присев на корточки. Рухнувшая опора раздробила гибриду поясничную и тазовую область вместе с позвоночником, превратив почки, печень и
Для человека эти травмы смертельны, если не иметь под рукой камеру криорегенерации и десяток опытных хирургов. Да и потом он сможет жить лишь на аппаратах жизнеобеспечения.
– Да. Отдай приказ на самоликвидацию. Он прекратит функционирование, – громче повторил складовладелец. – Такое жестянщики в офисе
IMT
не чинят. – Если вытащить тебя из-под опоры, ты восстановишься? – тихо спросил хирург, и Егоровичу стало жалко друга. Тот сильно головой стукнулся и, похоже, не понимает, что произошло.
Белая пыль припорошила волосы куклы.
– Операция невозможна. Дальнейшее функционирование невозможно. Рекомендуется ликвидация, – монотонно повторил гибрид. – Система прекратит функционировать в течение часа. Рекомендуется ликвидация. Полученные повреждения не совместимы с дальнейшим функционированием. – Отключи, – повторил Артур. – Я погрузчика позову, он опору поднимет и все тут уберет. Закажем тебе нового. Если хочешь – даже такую же модель…
Заф осторожно потрогал киборга, чуть коснувшись пальцами пыльных волос. Тот еще немного дернул головой. Зрачки расширились и сузились, фокусируясь на хозяине. Лицо гибрида стремительно серело.
Итаним, боевой гибрид, выполнил задание, для которого был изготовлен. Для которого был создан и запрограммирован.
Артур посмотрел, как его друг медленно склонился к киберу, и отвел взгляд. Бывают же люди, которые привязываются к технике. Сам Егорович, к примеру, уже полтора года не менял свой видеофон. Модель устаревшая, весь корпус исцарапанный – а менять на новый жалко почему-то.
Заф помедлил и коснулся пальцами бледной щеки. Наклонился еще ниже.
– Я приказываю… – хирург запнулся, удержав на кончике языка окончание фразы.
Ведь все вышло именно так, как было нужно Зафу. От химеры он, получается, избавился. И даже не пришлось заниматься переоформлением документов. «Я приказываю самоликвидироваться». Или даже «прекрати функционирование». Всего лишь два-три слова. А можно же сформулировать еще короче.
«Умри».
И люди могут это произнести? Просто взять и… Убить куклу?
Робота.
Химеру.
– Они не могли этого сделать. Даже застигнув врасплох, они не могли просто взять и убить… – Они натравили химер. Назвали это «охотой на курицу».
Название глупое, смешное, но ком в горле не дает рассмеяться. Хихикает один Малкольм – всю его семью убили химеры на его глазах, когда он еще не успел сменить детский пушок на первые, сероватые еще перышки.
– Мы для них вкусные. Химерам нравится хрустеть
Гибрид не шевелился, продолжая смотреть на его лицо. Чайка запоздало понял, почему киборгам на Меге можно было носить исключительно комбезы с маркировками. В Зафовой, больше на пяток размеров, одежде Итаним выглядел каким-то…
Каким-то живым. Лицо гибрида вдруг дернулось, по нему словно судорога прошла. А в следующий миг Итаним снова вернул типовое выражение, сфокусировавшись на хозяине. – Больно, – очень тихо, на грани слышимости сообщил гибрид хирургу. В уголке рта запузырилась кровь.
Опора задела еще и край легкого, запоздало понял Заф.
Ты сильно головой стукнулся? Пусть он и выглядит, как человек, – это просто робот в органической оболочке! По природе своей киборги похожи на големов и химер: созданы исскуственно и лишь выполняют команды хозяев, не обладая даже зачатками собственного разума! Ты слышал хоть раз о разумной химере? А о разумном каи? Избавься от него немедленно, пока он тебя не рассекретил!
Заф Чайка сжал губы и обернулся на топчущегося на расстоянии Артура.
– Зови погрузчик! Нужно поднять опору! – рявкнул вечно тихий и спокойный хирург. – И флаер!
Егорович оторопело посмотрел на Зафа. Потом обернулся к помощнику и неожиданно даже для себя гаркнул.
– Чего стоишь! Погрузчик и флаер, живо!
– Заф, может, тебе успокоительного дать? – обеспокоенно спросил Артур, боясь подходить к другу. Подогнанный погрузчик скрипел, понемногу поднимая покореженную часть опоры. Рабочие нервничали – по ангару гулял холодный ветер.
Заф закусил губу, внимательно наблюдая за процессом. Едва опору приподняли на достаточную высоту, он поднял гибрида на руки, перенеся его на расстеленный плащ. Лицо у хирурга было бледным и сосредоточенным. Егорович взглянул на расползающееся по плащу пятно и подавил в себе отвращение – на миг ему показалось, что кибер развалится на две половины. Ни один жестянщик на Меге такое не исправит. Надежды, что в официальном сервисе IMT такую поломку починят, не было вовсе.
– Куда ты его повезешь? В общую больницу? В клинику, где ты работаешь? – попытался достучаться Егорович до своего друга. – Там киберов ни за какие деньги не чинят!
Хирург перевернул гибрида на спину. Тот еще был жив: грудная клетка сокращалась, а пальцы Зафа на его шее прощупывали пульс. Но счет шел на минуты. На промзоне отсутствовала криокамера, а без нее довезти Итанима даже до ближайшей больницы, не говоря уже о специализированном центре, было попросту невозможно.
А Чайка не взял с собой ни бинтов, ни каких-либо лекарств. Кто-то из рабочих притащил найденную в погрузчике старую аптечку, но кроме пары одноразовых лезвий, упаковки антисептических салфеток и коробки с аспирином в ней ничего не было.