Под прицелом моего сердца.
Шрифт:
– Не, теть Маш, - совершенно серьезно проговорил Емельян, - Это я ее так. Ага, правда-правда.
И прежде чем бабушка успела что-то спросить, Сургут, ухватив меня за локоть, втянул в квартиру.
– Егор Семенович дома, теть Маш?
– уже серьезно поинтересовался Емельян.
– Дома, - проговорила бабулька,- Куда ж ему деться-то?
–
Я изумленно смотрела на Емельяна. А он спокойно снимал обувь, оставив пакеты в углу коридора.
– Зачем соврал?
– спросила я.
– Просто так, - пожал плечами парень, - Да она и не поверила.
Снимая обувь, вновь поморщилась от боли в животе. Вспомнила не самым лестным словом Игоря Игоревича. Увидела, как Сургут снимает легкую ветровку и вешает ее на крючок. Взгляд скользнул по плечам, задержался на спине. И тут, меня словно ушатом ледяной воды окатило. Увидела наплечную кобуру с пистолетом. Бандит? Или мент? И не понятно, что хуже....
Поняла, что стою в одном ботинке, так и не разувшись до конца.
– Боишься?
– спокойный голос нарушил сковавшее меня оцепенение. Взгляд метнулся к глазам Емельяна. Сглотнула. Боюсь ли? Нет, кажется....
Отрицательно качнула головой.
– А нужно?
– спросила я, наконец, снимая и второй ботинок. Сургут пожал плечами.
– Не обязательно, - ответил он, - Но желательно.
Добавить ничего не успел, в дверь коротко постучали.
– Входи, Егор Семенович!
– громко крикнул Емельян, и, развернувшись, пошел на кухню относить пакеты с продуктами. Входная дверь отворилась, и в коридор вошел сосед. Увидев старичка, так и хотелось рассмеяться. Странный на вид мужчина, в клетчатой жилетке, бандана на голове и тапки на босую ногу.
– Так-так!
– проговорил старичок, - День добрый!
– Здравствуйте, - улыбнулась я.
– Пойдемте-ка на свет, барышня, - велел Егор Семенович, и подтолкнул меня в сторону 'света'. Выбранным направлением оказалась просторная гостиная. Старичок усадил меня на диван у окна, и, раскрыв металлический чемоданчик, только сейчас замеченный мною с руках соседа, начал рыться в нем.
– И за что же вас так?
– пробормотал он, - Обидел кто? А звать Вас как?
Вопросы от дедушки посыпались один за другим. Не успела ответить на первый, как он уже задавал, наверное, десятый.
– Звать девушку Злата, - услышала голос Емельяна
– И кто ее так измучил?
– вздохнул Егор Семенович, - Не порядок.
– Угу, - голос Сургута раздался совсем рядом, - Не порядок, - повторил он, - Егор Семенович, глянь под одеждой. Думаю, у нее не только на лице следы остались.
Сосед велел оголяться. Я смущенно глянула в сторону Емельяна. Тот стоял, облокотившись о дверной косяк, скрестив руки на груди. И смотрел на меня. Спокойно, и без особого интереса. Так обычно смотрят на случайных знакомых, не вызвавших особого интереса.
– Не смущал бы ты девочку, - пробормотал Егор Семенович, - Чайку бы заварил, обед приготовил.
– Хочешь, чтобы я ее и траванул сегодня для общей картины?
– насмешливо поинтересовался Сургут, и, оттолкнувшись от двери, вышел из комнаты.
Егор Семенович осмотрев все мои ссадины, синяки, обработал раны, и, спустя полчаса, мы уже входили на кухню, где обосновался Сургут.
Увидела, как он что-то помешивает в сковороде, нечто шипящее, шкварчащее и имевшее крайне не аппетитный вид.
– Женился бы ты, - вздохнул Егор Семенович, - А то загнешься от язвы желудка через год другой.
– А так загнусь от рака мозга, - пробормотал Емельян, подхватывая сковородку и отправляя ее в раковину. Забавно все выглядело. А я думала, что такой идеальный мужчина умеет все, и готовить в том числе.
Подошла к раковине. И решив не скромничать, потому, как есть уже хотелось и мне, отодвинула Сургута от раковины.
– Давай я, - улыбнулась, глядя в удивленное лицо парня.
– Ну, давай, - пожал он плечами, и сел на стул около окна, - Егор Семенович, чаю будешь?
– Наливай, - согласился сосед.
Пока мужчины пили чай, я проинспектировала холодильник, пакеты, принесенные из магазина, и почти все кухонные шкафчики. В общем, спустя полчаса у нас уже был готов довольно приличный обед. Даже Егор Семенович решил остаться и перекусить с нами. Общество соседа мне нравилось. Да и говорил он значительно больше хозяина квартиры, что немало разряжало атмосферу.
После обеда старичок откланялся. И я поняла, что и мне бы пора и честь знать.
– Емельян, - проговорила я, вставая из-за стола, и собираясь вымыть посуду, оставшуюся после обеда, - Спасибо тебе за все. Я, наверное, поеду.
– Куда?
– спокойно поинтересовался Сургут, наблюдая за моими действиями. Потом встал. Отодвинул меня от раковины, - Я сам вымою. Уж с этим я точно справлюсь.