Под сенью тайги

Лунная Надежда

Наталья была крепкой девушкой среднего роста. Одевалась со вкусом, но больше всего притягивали взгляды ее яркие почти черные глаза и черные волосы. Более живое лицо найти, пожалуй, невозможно. Алексей был худощавым, высоким и почти таким же ярким как его избранница. Черные брови почти срастались на переносице, отчего лицо казалось сердитым. Но он редко сердился. Завидев нас, он снял кепку. Мы с сестренкой обнялись, а парни пожали друг другу руки.

– Ну, наконец-то вы объявились! Три года ни слуху, ни духу! После сообщения об аварии мы с тобой

разговаривали всего пару раз. У, как я скучала!
– Наташа стиснула меня, и что-то щелкнуло в позвоночнике. Я в долгу не осталась.

– Я тоже очень скучала. Теперь постараемся не теряться. Я обещаю!

– Я тоже обещаю, что не отпущу тебя больше никуда одну.
– передразнила она мой голос.
– А зятя - тем более.
– Наташа фыркнула.
– Максим, ты чего как воды в рот набрал? И где твои легендарные мускулы?

– Остались лежать на простынях больничной койки. Но не беспокойся, я быстренько их восстановлю, когда вернемся в горы.
– Макс радостно улыбался, оглядывая всю честную компанию.
– А ты поправилась в талии, Таха. Не предвидится ли у вас третьего лишнего?

– Почему лишнего?
– спросила Наташа и тут же испугалась.
– То есть, конечно же, нет! Никаких пополнений до свадьбы.

– Грамотный подход.
– похвалила я. А чего еще было от меня ждать? До встречи с Максом, я считала женщин венцом творения природы, а мужчин - мускулами, которые прилагались к уму женщины. Теперь я снизошла до теории о двух идеальных половинках.

– Подход может и грамотный.. Однако, до того, как этот подход принесет результаты, мы, наверное, выйдем на пенсию.
– метнула шпильку Наташа.

– Давай обговорим это после.
– нахмурился Алексей.

– Как скажешь, дорогой. Ну чего мы тут столпились? Идем, получим ваш багаж!

– У нас нет багажа.
– сказал Максим.
– Все, что нам было нужно, уместилось в ручную кладь.

– Да? - Ната задумалась. - Ну, в принципе, мы в вашей комнате не копались. Там все осталось, как было до вашего отъезда. Вам, скорее всего, ничего покупать не придется.

– Супер.
– откликнулась я.
– Тогда остается только получить Юпитера.

– Чего-чего? - вопросила Наташа, округлив глаза.

– Кого. Я везу подарок тете Оюне. - ответила я. - Как она, к слову?

– Да ничего, вроде. Если бы что-то случилось, мы бы знали. - ответила Наташа, опустив глаза. Она побаивалась старуху. И было с чего, надо думать.

– Я подгоню машину к выходу. Она далеко.
– сказал Алеша и ушел.

Я сходила за собакой. Пес выглядел помятым и испуганным. Он страшно мне обрадовался. Как только мы вышли из помещения я поспешила снять с него оскорбительный намордник. Юпитер чихнул, тряхнул головой и благодарно завилял хвостом.

Ната оглядела меня и сморщила нос:

– Прикид как у серийного убийцы. Как всегда.

– Представляю себе твой обморок, если бы я приехала в цветастом сарафанчике.

– Фи! Я бы объявила тебя самозванкой.
– хихикнула Ната.

Тут подъехала

темно-синяя Хонда, минивен. Мы погрузились в нее и полетели - иначе назвать вождение Алексея нельзя было - по направлению к горам. Когда мы выехали из города, за окном стали подниматься высокие холмы, покрытые лесом. Склоны некоторых из них были каменистыми, и было заметно, что это места прошлых обвалов. Затем дорога превратилась в серпантин. То и дело фары выхватывали из темноты дорожные знаки: "Осторожно, камнепад!" Я покосилась на спидометр. Сидели мы с Максимом сзади, поэтому мне пришлось наклониться к плечу Алексея, чтобы увидеть устрашающую цифру. Алексей кинул на меня быстрый взгляд и усмехнулся:

– Наша бесстрашная фурия боится быстрой езды? – иронично спросил он.

– Знаешь, некоторых людей безответственность доводит в числе прочего и до психушки.
– огрызнулась я.
– Между прочим, дорога-то та же!

– Извини.
– быстро капитулировал Алеша и сбросил скорость.

Я поняла насколько был напряжен Макс, только когда он ослабил хватку: его пальцы оставили на моем запястье след, обещающий стать синяком. Я посмотрела на него, но он, не отрываясь, разглядывал зеленые, радующие глаз, холмы, мелькающие в свете фар. Когда в поле зрения замаячил Байкал, мы остановились на перекур.

Мы с Натой вылезли из машины и подошли к краю обрыва, под которым было еще одно кольцо дороги. Эта часть Байкала была похожа на небольшой залив. Вода, освещаемая огнями маленькой пристани, казалась черной. Байкал никогда не устраивал теплый прием, с него всегда дул холодный ветер, но все равно, глядя на него, в сердце разливалось чувство, как будто ты снова обрел старого друга. Ребята подошли к нам сзади и обняли за талии. Юпитер побежал к ближайшему кусту. Некоторое время мы молча стояли и смотрели на обманчиво неподвижную гладь воды. Первой заговорила Наташа:

– Сколько бы я здесь не жила, Байкал никогда не станет для меня чем-то обыденным и скучным.

– Для нас-то уж и подавно.
– подал голос Максим, кладя голову мне на плечо.
– Он - средоточие жизни. Чистый, щедрый и яростный.

Я смотрела на самое великое озеро в мире и беззвучно молилась, чтобы оно смыло все наши прошлые печали, унесло болезнь, дало нам жить счастливо. Чувствуя руки Макса на моей талии, тяжесть его головы на моем плече, я думала о том, что дороже меня у него никого нет. Я его опора, его надежда. И это было очень печально.

У меня была семья, была сестра, которая всегда меня поддерживала, хоть и не во всем понимала. Он же был одинок. За три года все друзья рассосались, как доброкачественная опухоль. Некоторые из них, правда, погибли во время экстремальных походов. Его родители умерли через год после нашей свадьбы, оставив его одного на этом свете. А это значило, что две некогда могучих и умелых руки держались сейчас за последнюю соломинку. Мои невеселые мысли разогнал звонкий голос Наташи, которая вырвалась из объятий Алексея и уже запрыгивала в машину: