Шрифт:
Давно
– «В лесу родился, пням Богу молился!»
Миловал и награждал, когда пребывал в благостном расположении духа, приговаривая при этом:
– «Все дураки, да все наши!»
Воевал и защищал границы своего королевства, когда соседи досаждали, забыв, как остры мечи и метки его стрелы.
Всякий раз, садясь на своего боевого коня, не упускал случая поострить:
– «Воевать – так не горевать. А горевать – так не воевать!»
Уж так ладно пословицы придумывались им на каждом шагу, словно сами собой слетали с его языка.
Словом, король как король. И, казалось, что все-то славно в его королевстве, и не о чем ему тужить. Но…
Но было в его жизни нечто такое, что печалило его. Бывало, вздохнет, задумавшись, и скажет вслух:
– «Эх! И король, и народ – всё в землю пойдет!»
И после этих слов еще пуще кручинится.
Стали
– Не иначе как, опасается, что забудется, истлеет в людской памяти и его имя, и воспоминания о величии его деяний.
А ведь в самую середку попали! Догадались шельмы!
Стали так да эдак к нему с разными советами подступать те шельмы-мудрецы ненашенские. И вот, что он советовали тому королю:
– Есть, Ваше величество, множество способов Ваше королевское имя увековечить, и навеки бессмертным сделать.
А король стал очень внимательно к тем советам прислушиваться.
Вскоре к его двору потянулись со всех концов света различные мудрецы ученые, чародеи, невиданные, да и шарлатаны всякие, как водиться.
И всякий раз наперебой советуют королю, те шельмы-мудрецы ненашенские, как имя его навеки обессмертить. И вот, что они ему советовали:
– И просияет имя твое над всеми народами и будут славить его по всей земле во ве века, все народы! Прославишься король! Мы-то уж точно знаем, как твое сделать вечным в памяти людской!
Ну, словно, галки по весне налетели и галдят, галдят день деньской.
А король послушает, послушает, вздохнет в ответ:
– «Дальше Земли-матушки не упадешь» или «гость хозяину не указчик!»
Конец ознакомительного фрагмента.