Подарок
Шрифт:
– Игорь Юрьевич! К вам посетительница по личному вопросу, – доложил мэру нанятый недавно телохранитель, который подошел к выходной двери на звонок домофона. – По ее словам, родственница хорошей подруги вашей жены.
– Как назвалась?
– Ольгой Дробышевой.
– А имя подруги назвала?
– Да, тоже Ольга, но Славина.
– Помню такую, но она уже полгода как пропала. Ладно, Юрий, я сейчас сам подойду.
Он отложил книгу и прошел в прихожую к пульту домофона.
– Это мэр говорит. Повторите,
– Ольга Дробышева, племянница подруги вашей жены. С полгода назад тетя просила оказать помощь своей больной подруге. Тогда у меня не было такой возможности, теперь появилась.
– А вы, значит, врач? – в его голосе явно прозвучало недоверие.
Голос собеседницы был слишком юн, на врача она явно не тянула.
– Я не врач, но могу реально помочь вашей жене. Вы меня впустите, Игорь Юрьевич, или так и будем переговариваться через домофон? Или вашей жене уже больше не нужна помощь?
– Проходите, – после небольшой паузы сказал мэр, открывая наружную дверь.
В прихожей Ольгу встретил высокий плечистый парень с кобурой на поясе.
– Постойте на месте, – сказал он девушке. – Я должен вас осмотреть.
– Убери грабли, Тарзан, – отрезала та. – Если меня здесь будут лапать, я сразу же разворачиваюсь и иду домой. Мой визит нужен не столько мне, сколько вашему шефу. А моя совесть будет чиста, свое обещание тетке я выполнила, а что не пустили к больной, так это не моя вина!
– Оставь ее, Юрий, – сказал мэр, заглянув в прихожую. – Проходите, девушка. Только туфли снимайте и обуйте тапочки. А можете и босиком, здесь всюду ковры.
Телохранитель посторонился, пропуская гостью, которая сбросила туфли, подмигнула ему и прошла в гостиную.
– Присаживайтесь, – показал мэр на кресло, усаживаясь в точно такое же, – и расскажите, чем вы можете помочь моей жене.
Девушка послушно села в кресло, скромно сдвинув колени, что было совсем не лишним, учитывая символические размеры ее юбки, и сказала:
– Полгода назад позвонила тетя и спросила, могу ли я приехать. Нужно было вылечить ее подругу Светлану Анатольевну Яковенко. Раньше у меня такой возможности не было, но совсем недавно родители уехали работать в Иорданию, а меня сбагрили самому близкому из родственников – мужу тети. Так что не вижу причины, чтобы не помочь. Я не врач и ничего не смыслю в болезнях, только почему-то в моем присутствии больные начинают быстро выздоравливать. Достаточно мне с ними посидеть два-три вечера, как выздоравливают самые тяжелые больные. Я редко занимаюсь целительством, потому что мне потом самой очень плохо, но я обещала тёте. Если пустите к жене, постараюсь ей помочь. Я вижу, что вы мне не верите, но что мешает попробовать?
– Вы похожи на Ольгу Славину, – задумчиво сказал мэр. – Возможно, действительно родственники. Вот только никак не пойму, к чему весь этот розыгрыш. Вам нужны деньги?
– Разве я говорила о деньгах? – сказала Ольга. – Даже если будете давать, я их не возьму. Без врачебного диплома и звания целителя
– Пойдемте, – он поднялся с кресла и, не глядя на гостью, пошел в спальню жены.
Ольга раньше работала в этой школе, поэтому обошлись без расспросов. Она привела Игоря к обитой под кожу двери с бронзовой, сделанной под старину, табличкой, на которой каждый желающий мог прочитать следующее:
Директор школы
Сергей Павлович Бородин
Игорь постучал и сразу же потянул на себя ручку двери, справедливо полагая, что все равно не расслышит ответа, каким бы он ни был.
– Разрешите войти, Сергей Павлович? – спросил он директора, который сидел за массивным столом возле окна и перебирал какие-то бумаги.
– Заходите, раз уж все равно зашли, – пошутил он, откладывая бумаги в сторону.
Следом за Игорем вошла Ольга, при виде которой директор сразу поскучнел.
– Хотите устроить в нашу школу? – кивнул он на Ольгу. – Присаживайтесь поближе к столу.
– Да, хотелось бы. Ваша школа буквально в двух шагах от нашего дома, да и слышал я о ней немало хорошего. А почему вид моей племянницы вызвал у вас такое уныние?
– А что, так заметно? – опять развеселился директор. – Понимаете, лично я ничего не имею против вашей племянницы. Но каждая такая девчонка это большая проблема, особенно если она новенькая, да еще старшеклассница. Девушка, вы, надеюсь, в школу в таком прикиде не придете?
– В школе я предпочитаю носить брючные костюмы, – ответила Ольга, скромно опустив глаза.
– Уже легче. Покажите, пожалуйста, личное дело. Ого, одни пятерки! Нет, ошибся, одна четверка все-таки есть. Интересно за что, или это секрет?
– Проводила воспитательную работу с одним хамом, – пояснила Ольга, по-прежнему не поднимая глаз.
– И каковы результаты этой работы, кроме годовой четверки за поведение? Надеюсь, он остался жив?
– Лишился двух зубов, – пояснила девушка. – Когда с нами разбирались, то доказательства с его стороны лежали на столе учительской, а мои слова подтвердить было некому.
– Вот об этом я вам и говорил, – повернулся директор к Игорю. – У нас три десятых класса, причем в «А» свободных мест совсем нет. В класс «В» посылать вашу племянницу нет никакого смысла: там у нас отстой. Остается только класс «Б», а там среди парней есть очень неприятные типы, с которыми при характере и внешних данных этого ребенка непременно возникнут конфликты. А выбивать им зубы чревато очень неприятными конфликтами с их родителями, занимающими высокое положение в нашем городе. Оно вам надо? Может быть, все же поищите другую школу?