Подарок
Шрифт:
Во-первых, она здорово провернула две великолепные операции по переодеванию. Надо отдать должное — дважды подряд перехитрить спецагентов смог бы только профессионал, либо сумасшедший. На профессионала девушка как-то не шибко тянула, а вот что касается второго предположения — тут ведь напрямую не спросишь, правда?
Во-вторых, надо быть очень и очень наблюдательной, чтобы очень четко вычислить тот короткий момент, когда Константин отвлекся, разглядывая дневник профессора, а затем незаметно прокрасться из-за спины.
Константина беспокоили эти свойства Алисы. От такого человека, думал он,
После того, что Алиса со своей мамой провернули там, у подъезда, на глазах у специально обученных агентов, Константин изменил мнение о девушке. Сегодняшний случай окончательно убедил его в том, что в ней «что-то есть».
Тогда он, конечно, не подал виду, но когда ее мама со смехом рассказывала подробности их «бегства» из города, Кот делал огромное усилие над собой, чтобы не рассмеяться вместе со всеми. Однозначно, у девушки был талант по изменению внешности, в чем Константин уже смог убедиться дважды. Ко всему этому теперь прибавлялось также ее умение скрывать свое присутствие.
Кот не рассчитывал на пустые шашни с этой барышней. Через какое-то время все закончится, думал он. Не важно положительным или отрицательным образом, но рано или поздно профессор окажется либо тем, кто ему нужен, либо нет. Потом их пути разойдутся, и профессор уедет домой вместе со своей семьей, оставленный в покое спецслужбами, а Константин…
— Я все время за тобой наблюдаю, — продолжала стоять над душой Алиса — и ты мне не внушаешь доверия — она и не думала отступать, выводя Константина из внутреннего равновесия — Однако мой отец, похоже, в тебе души не чает. Где ты, кстати, так быстро достал особо чистые лабораторные газы для его нужд?
— Скажем так, — ответил сквозь зубы Константин — у меня свои надежные каналы.
— Но ты ведь работаешь один, не так ли?
— Один, но каналы свои имею. Это что, допрос?
Девушка нахмурила брови, и отстранилась. Она презрительно посмотрела на собеседника, развернулась и снова пошла к отцу, который как раз в это время что-то крикнул ей из дальнего конца лаборатории, прося о срочной помощи.
Ни к чему все эти разговоры, думал Кот, но при всем его умении терпеть груз сложных обстоятельств, стать союзниками с такой невыносимой бестией было делом трудным. Да уж, видимо, просто так от нее не отделаться. Рано или поздно, Алиса начнет задавать больше вопросов, на которые ему как-то нужно будет отвечать.
Профессор, тем временем, позвал к себе и его — младшего ассистента. Парень подошел к устройству, которое уже потихоньку приобретало некие определенные черты.
— Хм, а вы довольно быстро и уверенно собираете свой агрегат.
Кот засунул свою голову под стол, с деловым видом осматривая конструкцию, ни черта в ней не понимая.
— Говорите, что на создание первого своего устройства в университетской лаборатории у вас ушло десять лет, профессор? — прищурившись, спросил парень. — Как-то странно все это. А оно и вправду заработает?
Говоря это, Кот ехидно покосился в сторону Алисы. Он с такой потрясающей точностью скопировал ее манеру говорить, корча подозрительную мину, что та отвернулась, пряча кривую улыбку.
— Профессор, скажите этому самодовольному
— Да, да, — оживился что-то подкручивающий внутри ученый. конечно я расскажу, как и обещал. Вы говорите, почему я работал над первым устройством десять лет? Я вам отвечу, но только давайте в другой раз. А сейчас, молодой человек, передайте-ка мне вон тот ключ, и синий провод с клеммой, который рядом с ним.
Константин нашел на столе надлежащие предметы и передал их профессору, который тут же стал их куда-то закреплять.
— Коллега, — обратился ученый уже к Алисе — подайте, пожалуйста, мне паяльник. Только осторожней, не обожгитесь!
Похоже, в этот раз он ничего не добьется от профессора, размышлял Константин. Ладно, пусть работает. Потом посмотрим, что у него из всего этого выйдет.
С момента того рокового выстрела прошло около месяца. Константин несколько раз выдавал Алисе ключи от старенького «Фольцваген-гольф», имевшегося в наличии тут же, в подземном гараже, и вдвоем со своей мамой, строго соблюдая конспирацию, они ездили в ближайший городок за продуктами, или еще какими-нибудь вещами.
Сам Кот редко ночевал в своем подземном комплексе, часто отлучаясь подолгу по каким либо своим делам. В случае задержки, он мог заехать к тетке Варе в городок N, или просто заночевать в машине на автостоянке. «Спартанские» условия жизни были ему привычны, поэтому он не чувствовал неудобств. Переживания его были сейчас совсем о другом.
Вот уже более четырех недель мысли Константина были не на месте. Парень все время старался думать о своих новых «постояльцах», и той опасности, которая над ними нависла. Безусловно, он храбрился, хотя пока еще плохо представлял себе дальнейшее развитие событий. Пока что профессор Светлов еще ничего не продемонстрировал ему, и если Коту опять ничего не удастся…
Кот упорно гнал эту мысль прочь. У профессора все получится, думал он. Ну не могли в него те люди просто так стрелять, не изучив все стороны вопроса. В любом случае, вернуть всех их домой было пока нельзя, так как дальнейшая судьба профессора и его семьи могла оказаться весьма плачевной. Парню ничего не оставалось кроме того, как просто ждать.
В тот день на улице шел дождь. В лаборатории это никак не ощущалось, так как здесь было сухо и тепло. Однако человеку, вдруг оказавшемуся на улице без зонта, здорово бы досталось от внезапно нагрянувшего летнего ливня.
Сегодня Константин вернулся из своей поездки злой и мокрый, словно уличный кот, на которого дворничиха внезапно выплеснула ведро воды. Настроение его было ни к черту, поэтому он не хотел даже есть.
«Это ж надо» — возмущенно думал он — «стоило пару раз доверить свою машину этой юной вертихвостке, как уже забарахлил карбюратор. Небось права ей родители купили, а сама она и ездить-то толком не умеет».
Кот злился в целом из за того, что ему пришлось прямо на дороге, стоя под проливным дождем, лезть под капот и вручную прокачивать бензин. Процесс оказался недолгим, но и пары минут хватило, чтобы промокнуть до нитки.