Подарок
Шрифт:
— Да, безусловно, — ответил Кот, вновь обретя способность говорить — но смею вас уверить, я никогда не увлекался психодилическими грезами — виновато улыбнувшись, ответил он — просто вы так загипнотизировали меня своими действиями, что со мной произошел прям какой-то… сдвиг восприятия.
Константин внезапно понял, что чуть не сказал «сдвиг точки сборки», но что-то заставило его не говорить этого. Нужно было вначале просто «прощупать» незнакомца. Ведь то, как он отреагировал на первые слова парня, выдало в нем человека, явно осведомленного в текстах тех книг, цитата из которых как-то сама собой вырвалась у Кости из уст. Может быть во времена своей молодости этот незнакомец увлекался чем-то эдаким,
— Сдвиг восприятия? — человек в светлом плаще прищурился и хрипло засмеялся — Вам надо меньше читать Кастанеду, мой друг — сказал он прямо и без уверток.
После этих своих слов человек, который оставался для Константина пока всего лишь незнакомцем в светлом плаще, задумчиво посмотрел в сторону парка.
— Лучше читайте китайскую философию, или вообще бросьте все это и вспомните добрую русскую классику — подытожил прохожий.
Константин все еще молчал, не перебивая собеседника.
— Я так думаю, — продолжил говорить незнакомец — вы не один из моих студентов. Где же вы учились, молодой человек?
Кот отчего-то замялся, но взял себя в руки
— Учился когда-то…но не в гуманитарном — попытался выкрутиться он, так как вовсе не собирался откровенничать с незнакомцем — А вы, как я понял, где-то преподаете?
— Преподавал — собеседник тяжело вздохнул — сегодня вдруг осознал, что впервые за все годы работы в университете, не хочу идти на завтрашние занятия. До пенсии еще три года, а во мне все как-то обрубилось… Не вижу смысла идти туда — он помолчал — Но идти надо, там студенты ждут все-таки… Да и заявление об уходе давно пора написать.
Незнакомец отчего-то посмотрел на часы. Судя по тому, как небрежно он это сделал, Константина сделал выводы, что его неожиданный собеседник никуда не торопится. Просто, видимо, выработанная с возрастом привычка, просто давала о себе знать, и человек в плаще явно переживал по поводу своей предстоящей «отставки».
«Надо бы разговорить его» — неожиданно подумал парень, и, слегка покусывая губы, продолжил расспросы:
— Хм, так вы в местном университете преподаете? А какие предметы?
— Физику — коротко ответил тот.
«Вау! — воодушевился перень — Ну надо же — физику! Интересно-интересно. Ну, допустим, что разные эдакие книги этот человек когда-то читал. Многие их читали, но почти все из нас вскоре позабыли их содержание за ненадобностью. И что с того? Может быть он в молодости даже траву какую-нибудь курил, и мантры под гитару пел. Но раз уж он всамделишный физик, то что, интересно, думает этот седовласый представитель официальной науки об альтернативных и нетрадиционных источниках энергии? Ради поддержания беседы стоит порасспросить незнакомца. Что им обоим с того будет? Через полчаса мы с ним расстанемся, оставшись каждый при своем мнении, и больше, скорее всего, никогда не увидимся».
На самом же деле, то, что его собеседник был физиком, слегка взволновало парня. Вопрос, который вдруг захотелось обсудить Константину вместе со свалившимся с небес преподавателем ВУЗа, вовсе не был праздным, и хотя сам наш молодой герой к физике прямого отношения не имел, у него все же был свой особенный интерес к этой дисциплине. Но о нем мы вновь на некоторое время умолчим, стараясь не забегать вперед нашего повествования.
«Пока Коту никуда не приходится убегать, и пока этот физик готов поболтать — почему бы и нет» — резонно размышлял Кот, в то время как они вдвоем со случайным незнакомцем сидели ранним утром по разные стороны длинной парковой скамейки.
Однако здесь молодой человек все-таки ошибался в своем предположении: судьба вовсе неспроста свела их с профессором вместе, чтобы вот
— Меня зовут Константин — парень протянул руку собеседнику, растянувшись при этом почти на половину длины лавки.
— Светлов Николай Михайлович, — представился прохожий в светлом плаще — профессор кафедры физики местного технологического университета.
«Хм, а ведь первое мнение меня не обмануло», — подумал Константин, пожимая руку собеседника — «незнакомец действительно оказался профессором».
— Хотя, какой я теперь профессор…
С этими словами ученый снова посмотрел в глубину парка, хмуро улыбнулся, а затем сунул ладонь в карман и вытащил оттуда горсть семечек. Нагнувшись, он бросил корм прыгающим по дорожке птицам.
И в тот самый момент, когда сидящий на скамейке профессор пригнулся, чтобы кинуть корм птицам, Кот услышал звук, который не мог спутать ни с чем другим…
Реакция парня была настолько молниеносной, что стайка щеглов только и успела, что отлететь в сторону, когда бросившийся сбоку на своего недавнего собеседника молодой человек, повалил того на тротуар. Секунду спустя, произошло следующее: Кот перекатился вместе с профессором за урну, стоявшую рядом со скамейкой и застыл там, крепко сжимая своего недавнего знакомого в своих крепких руках. Как можно спокойнее, Константин сообщил ничего не понимающему человеку в плаще, что в того только что стреляли.
— Не шевелитесь — предупредил он — а то нам обоим крышка.
«Кто же произвел выстрел?» — думал парен. — «Снайпер? Ну, конечно, кто ж еще!»
Кот точно знал, что это был именно он, и что целился тот вовсе не в него, а в профессора. Мозг парня заработал со скоростью, которой могли позавидовать самые современные компьютеры Пентагона.
«Стрелок только один. Он, скорее всего, на чердаке одной из двухэтажек, стоящих с южной стороны, что сильно облегчает задачу по укрытию с линии огня. Если бы дело было в Москве, и огонь велся с высотки, нам было бы не укрыться. А так — шанс есть. И еще: если бы снайперов было несколько, и огонь велся перекрестно, то большая бетонная урна нас бы не спасла. Второй стрелок, ведя огонь, например из стоящего на стоянке автомобиля запросто продырявил кого-нибудь из них двоих. Патронов у киллера с собой не много, так как стреляющий рассчитывал всего на один выстрел в голову, заранее просчитав маршрут профессора, по которому тот наверняка ходит каждый день по утрам. Остается теперь по одному бежать в ближайшие кусты. Мы теперь под прицелом оба, так как снайпер не дурак и наверняка узнал в моих действиях человека, который знает что-то такое, чего простому обывателю знать не положено. Бежать нужно не по направлению от домов, а вправо или влево, так как по быстро двигающейся вбок цели очень трудно попасть…»
Профессор только сейчас пришел в себя, но на удивление парня, не запаниковал, очутившись коленками на голой земле, а сдавленным голосом спросил.
— С чего вы взяли, что стреляли в меня, да и какого черта…
Впрочем, рассуждал про себя Николай Михайлович, у кого-то «наверху» вполне закономерно должно было возникнуть желание свести с ним счеты. Удивительно даже, почему они не сделали этого раньше. После того, как его изобретение — детище всей жизни — было с позором раскритиковано и предано забвению, профессор Светлов в течение целого месяца ждал, что с ним произойдет какое-нибудь случайное несчастье. Впрочем, смерти наш ученый не боялся. Он прожил вполне долгую и интересную жизнь, и мог с честью отправиться «на покой». Вот только жена стала бы тосковать, думал он, а любимая дочка осталась бы сиротой. Хотя безусловно, они смогли бы о себе позаботиться: у Ларисы хорошая работа, да и дочка уже совсем взрослая…