Подъемная сила
Шрифт:
Внезапно за шумом ветра Алекс услышал приближающийся крик, и кто-то из наших пронесся мимо. Рухнул в круг. Падение тела было настолько мощным что удар поднял кучу пыли, а звук удара был слышен со ста метров. Алекс снова натянул свободные конца ускоряя спуск. Касание было жестким. Он отстегнул парашют и ринулся к закутанному в оранжевый саван телу. Алекс склонился над ним и надавил двумя пальцами на шею. Пульса не было.
– Похоже ты второй. – съязвил один из обогнанных однокурсников.
Он грубо толкнул меня плечом проходя мимо. Изломанного, в неестественной позе
В подъехавшем флайере, друзья, как обычно, расположились на соседних креслах.
– Ты как? – спросил Джим, озабоченно глядя в лицо Алексу.
– Никак. – я дернул плечами. – Он, наверное, запутался.
Очередной день из курсантской жизни подходил к своему завершению, птички щебетали, становилось прохладно, как бывает весенними вечерами. Холодно в туфлях. От безделья я ковырял носком кусочек льда на асфальте у своего жилого корпуса, когда почувствовал в кармане колл-коммуникатор. Я принял вызов.
– Алекс привет, – просвистел-проговорил Шершнев.
– Ты замучил. У нас с тобой уже третий привет за день. Чего хотел?
– Как чего, ну договаривались же поговорить про новое полетное расписание?
– Ах да, я уже забыл. День был насыщенный.
– Да они у тебя всегда такие.
– …, – молчу.
– Жди меня. Ты, наверное, возле своего корпуса опять переминаешься. – протараторил он и оборвал канал.
Он подошел очень быстро. «Ты бежал ко мне что ли?» – Захотелось спросить. Как и все студенты выпускного курса выглядел он не по уставу, но глядя на него, хотелось сказать «с иголочки».
– Вик давай к делу. – устало попросил я.
– Давай. – наши взгляды мимолетно пересеклись.
– Сегодня к нам на курс приходил Теркин, ты знаешь такого?
Я с усмешкой посмотрел на него.
– Он нам рассказывал про новое полетное расписание. – продолжал выпускник.
– Да ты издеваешься! – воскликнул я, перебивая, – Что ты вообще за дебильный повод выдумал?
– Погоди, сначала мы, на самом деле, разговаривали про полетное расписание. – приподнял он руку, останавливая мое возмущение, – А дальше разговор зашел про то, что нашу Академию, как ведущую на планете, выбрали для небольшого эксперимента.
– Продолжай. – здесь мне уже стало интересно.
– Так вот, Теркин, лично, собирает какаю-то группу. – вещал Вик выделяя каждое слово, – Я знаю не много подробностей, но эта группа должна организоваться сама и доказать свою состоятельность.
– Какую такую состоятельность? – возбудился я.
– Я же говорю, информация ограничена, задавай верные вопросы.
Задавай тебе правильные… Ничего было не понятно, но очень интересно. Мне нужна была пауза. Я окликнул проходящих мимо:
– Эй, ребята!
– Что? – откликнулась многоголосая толпа.
– Вы куда так энергично шагаете за 2 часа до отбоя? – поддёрнул я первачей.
– А твое какое де… – начал, было, кто-то из кучки, но другой из них тут же толкнул его под локоть, не дав договорить, сказал: «Мы на дополнительные занятия.»
– Это какие сейчас у нас занятия? – спросил я тоном человека, которому известны все дополнительные
– Позабытая механика. – ответил тот же, что недавно перебил своего.
– Места есть?
– Полно!
– Я с вами! – и повернувшись к выпускнику, – Составишь компанию?
Он кивнул, мы быстрым шагом догнали опаздывающих на допник и потопали вместе. Я крутил в голове варианты, которые вырисовывались несмотря на скудную информацию.
Аудитория представляла собой полу-воронку типичного римского форума с импровизированным подиумом и профессором в центре. В аудиторию мы почти забегали. Профессор был не военным человеком, поэтому на 5 минутное опоздание, отреагировал спокойно. Не высокого роста, коротко подстриженный мужчина, от 30 до 40 лет, с темными кудрявыми волосами, молча указал, странной телескопической палочкой, на первый ряд. Первачи, естественно, затопали на самый верх воронки. Если я все правильно смог оценить, он узнал нас с Виком, усевшихся на первом ряду в лицо. Мы оба ходили на его факультативные занятия. Я на первом курсе, он на третьем.
– Николай Семенович, вы не могли бы повторить, что это за техника на подиуме? – слегка обнаглевшим тоном спросил, Вик, толкая меня ногой под столом.
Перед нами предстали плавные линии в ретро стиле. На подиуме стоял великолепно наполированный, теплого красного цвета, с многочисленными хромированными деталями двуцикл. Он блистал. Стоп. Они не так назывались. Мотоцикл. Точно, это старинный мотоцикл.
– Конечно… – Николай Семенович замялся.
– Вик. – вовремя вставил пятикурсник.
– Да, Вик и? – он указал палочкой на меня.
– Алекс. – добавил я.
–Вик, Алекс и остальные опоздавшие, это легендарный мотоцикл «Триумф 120ТТ», он выпускался в Великобритании, в середине 20 века. Помимо своей технической простоты, даже по меркам двигателя внутреннего сгорания, он примечателен еще и тем, что благодаря собственному успеху, представленную модель возродили еще через полвека, вернули в производство, так сказать. По причине такой популярности, экземпляр, он указал на экземпляр палочкой, стоит перед нами полностью восстановленный из оригинальных запчастей и по оригинальным технологиям. При сборке данной копии было разобрано еще 14 таких же моделей, музейный экспонат. Кстати, механики 20 века называли такие машины на запчасти – «донорами» по аналогии с медициной. Он говорил очень воодушевленно, видно было что он знает все по теме, мельчайшие интересные факты. Все внимательно слушали и реагировали на каждое слово.
Мы с Виком вывалились во двор учебного корпуса, настроение было у обоих хорошее. На улице уже совсем стемнело и стало еще прохладнее.
– Доставай свои ягодки, – заговорщицки сказал Вик, потирая руки.
– А у тебя что закончились? – возмутился я, – Вот тебе и выпускник, – я протянул ему коробочку футляр.
Мы взяли по одной, в этот момент вышел Николай Семенович посмотрел на синюю клюкву в наших руках.
– Ребята, не возле учебного корпуса. Какой пример подаете? – с легким расстройством в голосе проговорил он.