Подмена
Шрифт:
Как ни странно, но только сейчас, сидя в деревянной бочке, я поняла, насколько сильно устала за прошедшую неделю. Очень тянуло кожу на спине, но привычно списав это на последствия верховой езды, я лишь потерлась ею о деревянные доски, прикрытые простыней. В голове метались совершенно разные мысли. Будущее страшило, теперь я отчетливо это осознала. В той жизни, что осталась позади, несмотря на ее кошмарность, все было просто и понятно. Меня отдадут тому, кого назовет отчим, всю свою жизнь я буду подчиняться, рожать детей и молчать. Меня отдали… но муж оказался не монстром, а можно сказать — спасителем. Вот убейте меня, я не могла понять, как себя с ним вести. Все пугало… Уже совсем близкая Халлея и Железный Предел, заботливость и суровость
Застонав, я погрузилась в остывающую воду с головой. Задержала дыхание и некоторое время просидела так. А когда в висках застучали молоточки от нехватки воздуха, вынырнула и открыла глаза. Что толку рассуждать? Все будет так, как скажет лорд, и точка. Протянула руку, вскользь полюбовавшись на браслет, и, взяв мыло, постаралась быстро вымыться и вылезти из бочки. Замоталась в простыню, достала из сумок смену чистого белья и быстро оделась. Привела в порядок волосы и вышла из комнаты. Грустно улыбнулась Сарту, который сидел на полу и поднялся, стоило мне появиться, и направилась туда, откуда доносились запахи еды.
При моем появлении разговоры немного утихли, а я старательно улыбнулась и села за стол к лорду и Хакану. Хозяйка почти сразу поставила передо мной огромную тарелку с запеченной рыбой и горкой жареного лука. Я потянулась, взяла из общей корзинки свежеиспеченную лепешку и с наслаждением понюхала ее. Аромат невероятный, причем настолько вкусный, что немного перебивал противный запах лука. Я отломила корочку и с удовольствием ее съела, как и первый кусочек вкуснейшей рыбы. Но все это застряло в горле. Запах проклятого лука, казалось, проник повсюду. И если рыбу я любила, то вот этот овощ на дух не переносила. Растерянно оглядевшись по сторонам, с удивлением обнаружила, что все без исключения наслаждаются тем же самым блюдом, я не выдержала и, зажав рот ладонью, выбежала на улицу.
Не успела я подняться с земли, как увидела, что вокруг собралась уже целая толпа из хмурых мужчин, и они как один смотрели на меня с таким беспокойством, что стало не по себе. Прибежала хозяйка и протянула мне чистое полотенце, чтобы я могла вытереть рот, и кружку с водой. Подняла слезившиеся глаза на хозяйку трактира, которая пребывала в полнейшем ужасе, и хрипло ее поблагодарила. И все… опустила голову и закрыла глаза, снова ощущая жуткий стыд и неловкость. Почувствовала, как меня подхватили на руки и понесли. И только когда сгрузили на кровать, я осмелилась открыть глаза, чтобы увидеть фиолетовый огонь в глазах мужа, хмурого Байрата и бледных как смерть Эйлерта и Сарта, топчущихся в дверях.
— Осмотри ее немедленно, — отрывисто приказал лорд лекарю, резко подошел к двери и захлопнул ее, оставив моих нянек по другую сторону.
Байрат сел на кровать и, совершенно не обращая внимания на мое смущение, принялся осматривать меня. А я смотрела на лорда, по бесстрастному лицу которого невозможно было что-либо понять, и сгорала от стыда. Я понимала причины столь тщательного осмотра и знала, какие мысли сейчас в голове у всех без исключения. Вот только как именно они об этом думают? Радуются, надеются или… нет? А я… на мгновение представила, что Байрат кивнет лорду, ибо это означало бы, что хоть в чем-то я не разочаровала, выполнив то, для чего и была рождена… А тот улыбнется…
— Увы, — Байрат встал, посмотрел на лорда и повторил: — Увы.
Мне показалось, что на лице лорда промелькнуло облегчение, и от этого стало еще горше. Увы… Вот и ответ на все вопросы. Если бы он и правда что-то испытывал ко мне, то на
— Реймира. — Лорд сел на кровать и коснулся моей спины.
Стало неожиданно больно, словно по коже лезвием ножа провели. Я дернула плечом, но не повернулась.
— Я зайду потом, — тихо сказал он и вышел, закрыв за собой дверь. А я… не смогла себя сдержать и заплакала.
А позже пришел Эйлерт и снова напоил меня своим настоем. Я послушно выпила и закрыла глаза, погружаясь в сон. И снова слышала шелест огромных крыльев и видела фиолетовое небо. Но мне уже не хотелось на него смотреть. Мне вообще ничего не хотелось.
Утром, когда я вышла из комнаты, то не могла поднять взгляда. Лорд был молчалив, хотя и заботливо помог перейти мне на паром. Я прошла на самый край и села на деревянные доски. И почти сразу, подчиняясь не терпящей возражений просьбе Сарта, переместилась подальше от края и опустилась на тюк с вещами. Но развернуться в сторону водной глади лицом, чтобы не только любоваться Ньялой, но и не видеть всех остальных — никто запретить мне не мог.
Мы уже достигли середины реки, когда я поняла, что-то идет не так. Резко наступила оглушающая тишина, когда исчезли все звуки. Сначала я решила, что мне это показалось, и растерянно оглянулась. Но когда увидела, как трясется паром, как по нему перемещаются нервные мужчины, как перебирают ногами лошади, пытаясь оборвать поводья, чтобы освободиться, и все это при полном безмолвии, мне стало не по себе. Я открыла рот, но не смогла произнести и звука, испугалась и начала нервничать, сердце бешено забилось и резко перестало хватать воздуха. Руки сами потянулись к горлу и обхватили его, но легче не стало. Чувствуя, как стучит в висках, я обхватила голову руками и рухнула на колени. Глаза болели настолько, что, казалось, еще немного и они взорвутся изнутри. Я крепко зажмурилась и только судорожно открывала рот, но в грудь не попадало ничего. Мир потемнел, закружился и все пропало.
И снова фиолетовое небо, что появилось и становилось все ярче. А вместе с ним вернулась способность дышать. Я обнаружила себя на руках у Эйлерта, слабо улыбнулась ему, чувствуя, как в груди все горит, а воздух рваными толчками входит и выходит. Перевела взгляд и увидела лорда. И вот тут я испытала самый страшный кошмар в своей жизни. И это были не розги наставниц и даже не перспектива оказаться в роли постельной игрушки лорда Дигона… Было нечто, что пугало сильнее. Магия… И вот я смотрела на собственного мужа, что стоял посередине парома, а из его ладоней вырывался фиолетовый свет, ударял в небо и опадал широким куполом. Что творилось за этой гранью, я даже не стала приглядываться, все мое внимание сосредоточилось на лорде. Обладатель запретного дара, а возможно, и сам демон, как уверяли наставницы в пансионе… И именно с этим человеком я связана до конца своих дней. Перед глазами померк свет, и снова наступила благословенная тьма.
Очнулась я, лишь только когда паром пересек Ньялу и все высадились на берег. Я ничего не понимала, а объяснить никто и не подумал. Все были заняты своими делами, хотя мои няньки все так же были при мне. Ненадолго подошел Байрат, быстро осмотрел меня и поспешил прочь. Проследив за ним взглядом, я нахмурилась, обнаружив, что двух человек не хватает, а некоторые лежат на земле с окровавленными повязками. Это привело в чувство лучше всего. Резко оттолкнув руку Эйлерта, я вскочила на ноги. Голова еще немного кружилась, да и в горле саднило. К тому же вся одежда на мне была мокрая, из чего можно было сделать вывод, что я искупалась в Ньяле, а спина болела так, словно ее только что исполосовали в монастыре, но, право, это была такая ерунда по сравнению с остальным. Набравшись смелости, я решительно шагнула к лорду Асеро, который стоял на берегу и что-то резко выговаривал Хакану.