Подмена

Азарова Екатерина

Индар отошел, перепрыгнул на соседний валун, лежащий метрах в десяти от меня, и сел. Я еще какое-то время крутилась, чувствуя себя неуютно под десятками пар глаз, больших, умудренных опытом и выжидающих, и маленьких, светящихся любопытством.

Драконы смотрели на меня, ждали, что я буду делать… Я отчетливо это чувствовала. Взглянула на Индара. Он сидел совершенно спокойно и улыбался мне. На несколько секунд поймала его взгляд, снова потерявшись в фиолетовых всполохах, и осознала, что начинаю успокаиваться. Продолжая смотреть на мужа, и сама опустилась на нагретый солнцем камень, сложила ноги крест-накрест и оперлась

о колени локтями.

— Браслет, — шепнули губы Индара.

Я обхватила браслет пальцами, покрутила его и попыталась сделать то, о чем говорил муж. Закрыла глаза и постаралась прислушаться.

Сначала ничего не происходило. Только шум воды от источников, скрип чешуи, крики далеких птиц и свист ветра в скалах. Довольно ощутимый запах сырости, к которому примешивался не особо приятный запах из некоторых озер… Потом, чем дольше я сидела, тем сильнее замечала еще кое-что.

Горы… они казались живыми. Не знаю, почему я так решила. Возможно, из-за ветра, что завывал на вершинах и тихо постанывал в низине, а может, просто сами камни двигались с места на место. Я отчетливо слышала, как они натужно стонут под весом драконов и как скрипят от раздражения, когда коготки малышей хватаются за них, заставляя покидать привычные места и осыпаться вниз, а то и вовсе падать в воду, где они шипели от злости.

Я продолжала гладить браслет, прося это чудесное место дать мне друга… или, может, все-таки подругу? Ведь здесь, в Железном Пределе, у меня не было никого, с кем можно поделиться радостью или печалью…

Громогласный рев вырвал меня из того состояния умиротворения и единения, в которое я погрузилась. Я испуганно вздрогнула и вскочила на ноги. Небо вокруг уже темнело, камни утратили те краски, что наполняли их днем, и даже чешуя драконов не сияла, а, скорее, загадочно мерцала.

Рык повторился, и я поняла, что малышня уже вся разбежалась, а взрослые драконы медленно отходят в стороны. Я испуганно оглянулась на мужа. Индар тоже вскочил на ноги и напряженно вглядывался в сторону одной из пещер. Громогласный рев исходил именно оттуда, отражаясь в сводах и приобретая поистине угрожающий и пугающий звук.

Медленно попятилась назад, не сводя взгляда с черного зева пещеры. Индар почти сразу оказался рядом, обнял меня, но мы продолжали стоять на месте. Я все еще крутила браслет, не отдавая себе отчет в этом. Сердце замирало и снова пускалось вскачь, но я не могла и пошевелиться.

— Что происходит? — чуть не плача спросила я.

— Твой зов услышали, — тихо сказал Индар. — Но ответила на него та, от которой я не знаю, что ожидать.

Словно отвечая на его слова, из пещеры показалась драконица. То, что это девочка, я поняла сразу. Она казалась грязно-серой и страшной, одно крыло волочилось по камням, а походка была неровной и дергающейся. Только глаза… они сияли на морде яркими огнями и при этом, не отрываясь, смотрели на меня.

— Я хочу уйти, — испуганно сказала Индару, цепляясь за его руку.

— Ты уверена?

— Мне страшно.

— Хорошо, — мне показалось или действительно в голосе Индара прозвучало сожаление и… горечь. Снова…

Я снова посмотрела на драконицу, одними губами прошептала «прости» и позволила мужу увести меня обратно в пещеры. Последнее, что я увидела, это как драконица попятилась обратно в пещеру, но не скрылась полностью, а почти рухнула на площадку

так, что морда виднелась из ее входа.

Мы с Индаром сидели в одной из комнат, что использовались хранителями. Почти в темноте, ибо света от небольшой лампы явно не было достаточно, чтобы разогнать тьму. Впрочем, я была рада этому, потому что так муж не мог видеть выражения моего лица. И то, что лежанка была узка и вовсе не походила на кровать, к которой я уже успела привыкнуть в замке, никак не мешало нам. Индар сидел, опираясь на стену, я практически лежала на его груди. Муж привычно заключил мою талию в кольцо рук и осторожно касался губами виска, щек, шеи. Мы молчали. Оба. И уже довольно долго так сидели, почти не двигаясь. И в то же время я понимала, он ждет моих вопросов и хочет услышать ответы, точнее, оправдания… Я вздохнула и осмелилась задать первый.

— Расскажи мне о ней, — тихо попросила я.

— Ее зовут Алира. — Муж понял, о ком я спрашиваю. — И она не похожа на других. Довольно нелюдимая, ни с кем не разговаривает и целыми днями сидит в пещере. Хранители говорят, что она выбирается иногда ночью, когда все остальные спят, и купается в озерах… Жаль, что ты увидела ее такой. Я помню, насколько она прекрасна. У нее аметистовая чешуя и серебристый живот, а крылья с таким необычным рисунком, что Шер долго за ней гонялся. Правда, так и не догнал.

— А что с крылом? Я заметила, оно у нее повреждено…

— Это Сиф постаралась. Около пяти лет назад. Есть в Халлее одна драконица изумрудного цвета. Весьма агрессивная, хотя так сразу и не скажешь, — пояснил он, но я не стала говорить, что поняла, о ком идет речь. — Не помню уже, почему они сцепились, но Сиф… это Сиф. Она не гнушается ударами в спину. В случае Алиры она порвала и сломала ей крыло.

— Как жалко… Разве хранители не могут ее вылечить?

— Это сложно. Она словно отказывается лечить себя сама, тормозя регенерацию. Словно мстит себе за что-то, упиваясь своим несчастьем. Ей нужен наездник. Когда появится связь, для дракона это станет новым рождением. Тело запустит полную регенерацию, и все повреждения затянутся. Но Алира довольно нелюдима. И все эти годы она просто-напросто игнорировала всех.

— А раньше у нее был наездник?

— Нет, хотя она объезжена, но с тех пор, как Сиф потрепала ее, она не позволяет даже хранителям подходить ближе, чем считает допустимым.

— Откуда ты столько про нее знаешь?

— Просто знаю. — Муж перевернулся на бок и притянул меня к груди еще сильнее. — Ну что, останемся здесь на ночь или вернемся обратно? Хочу только заметить, что тут немного неудобно.

— Ты рядом. Это все, что мне нужно, — тихо ответила ему, млея от того, как он перебирает мне волосы и нежно целует шею.

— Тогда спать, — объявил муж, еще сильнее придвинулся к стене и накинул одеяло сверху. — А на рассвете вернемся домой и займемся кое-чем поинтереснее.

Я снова почувствовала, как вспыхнули щеки, но Индар лишь устроил меня поудобнее. Используя его руку вместо подушки, я закрыла глаза.

Муж дышал довольно глубоко и размеренно. Его рука лежала на моем бедре, но я вполне могла двигаться, если бы захотела. Свеча в лампе давно погасла, глаза привыкли к темноте, но несмотря на то, что ночью я толком не выспалась, сон не шел.