Подмененная
Шрифт:
— А плащ?
— Есть у нее плащ, который подходит к этому платью. Вот он. Кое от чего она избавилась на, той неделе. Как обычно, раздала людям из окрестных домишек. Все остальное на месте.
— А ее сумочка?
— У нее красивая сумочка из крокодиловой кожи.
Она здесь.
— Получается, что она просто вышла в том, что было на ней.
— Может быть, она решила прогуляться?
— На ночь глядя? Разве у нее была такая привычка?
Иветта отчаянно замотала головой.
— Нет, нет, нет, — с жаром заявила
Я отпустила Иветту и обратилась к миссис Эмери:
— Все это очень загадочно, — сказала я. — Где же она может быть?
Миссис Эмери покачала головой.
— Что же мы будем делать? — спросила я.
— Может быть, она пошла погулять, упала и ушиблась и теперь не может добраться до дому. Да, наверное, это так.
— Пусть мистер Эмери организует поиски. Должно быть, она где-то неподалеку отсюда. Иветта говорит, что она не любит гулять. Но тут ничего нельзя утверждать. Желание могло возникнуть неожиданно. Давайте немедленно начнем поиски.
Мы отыскали мистера Эмери, который тут же взялся за дело. К поискам подключился Том Марнер. Он хорошо разбирался в таких вещах. После того как обследование окрестностей не дало результатов, начали искать дальше.
К полудню все еще не было обнаружено никаких следов Селесты. Затягивать с сообщением этой новости Бенедикту было невозможно, и в Лондон отправили телеграмму об исчезновении его жены.
Я сидела в комнате миссис Эмери. Она была не на шутку обеспокоена.
— Теперь слуги начнут болтать, — сказала она. — И по округе разнесется. Где же она может быть? Если бы она только появилась! Эмери беспокоится. Он говорит, что газеты набросятся на такой лакомый кусочек. Мистеру Лэнсдону это пользы не принесет. В общем, не нравится мне все это, мисс Ребекка.
— Не удивительно. Мне это тоже не нравится.
— Взяла и ушла, да еще ничего с собой не взяла.
Лучше бы уж взяла.
— Почему?
— Ну, тогда мы хотя бы знали, что она ушла по собственной воле. А так…
— Миссис Эмери, что вы имеете в виду?
— Я думаю, что ему это вовсе не пойдет на пользу.
Если бы она бросила его ради кого-то другого… ну, конечно, это неприятно, но его нельзя винить за это, хотя газеты все же попробовали бы отыграться на нем.
В общем, не придумаешь более подходящего момента.
— В прошлый раз…
— Да, я помню про это. Когда он первый раз избирался от Мэйнорли, у него умерла жена и все начали говорить про какие-то таинственные обстоятельства. Вроде бы он был в этом виноват… Это стоило ему места в парламенте.
— Да, помню, я слышала об этом.
— Если опять поднимется скандал, вспомнят и про то дело. Начнут копаться в прошлом.
— Миссис Эмери, она должна быть где-то поблизости. Она не убежала бы от него без всего… только в том, что было на ней.
— Ума не приложу, к чему бы все это.
— Я тоже.
Миссис Эмери продолжала:
—
— Разве может быть иначе?
— Если бы она вышла из дома на ночь глядя, забрав с собой полный чемодан вещей, тут был бы какой-то смысл Но она ушла без ничего, а мы обыскали всю округу и даже следов никаких не нашли.
— Не знаю, как это можно объяснить, — сказала я.
— Вот что меня пугает, — сказала миссис Эмери.
Меня это тоже пугало.
Приехал Бенедикт, и мы начали понимать, насколько серьезно все случившееся. Он подробно расспросил нас, и не осталось сомнений в том, что Селеста покинула дом накануне вечером. Поиски были расширены, но не дали результатов.
Мы понимали, что это не удастся долго сохранить в тайне. Появились заметки в газетах даже раньше, чем мы могли ожидать.
«ИСЧЕЗНОВЕНИЕ ЖЕНЫ ИЗВЕСТНОГО ПАРЛАМЕНТАРИЯ
Вновь в центре внимания оказался злосчастный Бенедикт Лэнсдон. Его жена, миссис Селеста Лэнсдон, исчезла из дома мужа в Мэйнорли. Так как она ничего не взяла с собой, по поводу случившегося выдвигаются самые тревожные предположения. Следует напомнить, что первая жена Бенедикта Лэнсдона умерла во время его первой, неудавшейся избирательной кампании в Мэйнорли, и по этому поводу тогда ходили различные слухи. Впоследствии выяснилось, что она страдала неизлечимой болезнью и добровольно ушла из жизни. Несчастный мистер Лэнсдон сейчас находится в своем поместье в Мэйнорли, где ведутся интенсивные поиски, которые, несомненно, приведут к разрешению этой загадки.»
Дом был взбудоражен. Прислуга шепталась по углам.
Представляю, какие при этом строились предположения. Я видела на из лицах возбужденное выражение. конечно, подавляемое беспокойством, но все же… Они ждали каких-то сенсаций. Не знаю, многие ли из слуг знали о напряженных отношениях между хозяйкой и хозяином.
Задумывалась я и над тем, что откроется, когда сюда ворвется пресса и начнет расспрашивать слуг, этих наиболее информированных сыщиков, пристально наблюдающих за нашей жизнью. Что удастся разузнать от них полиции? Я могла представить себе эти вопросы и ответы…
Большим благом для нас оказалось присутствие Тома Марнера. Он взял на себя заботу о детях. Они много ездили верхом, и он часто бывал в детской. Я слышала их смех, странно звучавший в доме, наполненном страхами.
Мы чувствовали себя беспомощными. Что мы могли предпринять? Что произошло с Селестой? Если бы только она вошла в дом и сказала, что с ней все в порядке!.. Если бы мы только знали! Хуже всего была неизвестность. Селеста просто бесследно исчезла.
Прошло несколько дней. Множились предположения и слухи. Приехала полиция Полицейский долго беседовал с Бенедиктом. Допросил некоторых из нас, включая и меня. Видела ли я ее в тот вечер? Не заметила ли я чего-нибудь необычного?