Подменённый
Шрифт:
– Да, – медленно наклонил голову Кармер.
– В таком случае почему со мной ведутся переговоры? Дашер хотя бы пытался убедить меня в том, что у меня есть возможность выбраться из Гиблого бора таким, какой я есть. Вы же уверяете, что выхода нет.
– Мы можем вывести тебя за пределы зоны запредельной реальности. Но вначале мы должны понять, следует ли нам это делать.
– Уверяю вас, вы не пожалеете, – Андрей приложил руку к груди, словно собираясь дать клятву. – Я умею держать слово, и если мы о чем-то договоримся…
– Нам уже известно, сержант Джагг
– Да, я уже беседовал на эту тему с вашими предшественниками, – обреченно признался Андрей. – Вас настораживает именно тот факт, что я родом не из Кедлмара?
– Именно этот факт вселяет в нас определенную надежду, – ответил Кармер. – Ты говорил Дашеру, что цель твоего пребывания – сбор информации?
– Да.
– И ничего сверх этого?
– Нет. Статус обеспокоен сложившейся в Кедлмаре общественно-политической ситуацией, но правила нашей работы делают невозможным какое бы то ни было вмешательство.
– Независимо от ситуации?
– Что конкретно вы хотите узнать? – Чтобы подавить нарастающее раздражение, Андрей ударил ладонью по столу. – Но имейте в виду, что дать точный и однозначный ответ я могу только на вопрос, касающийся непосредственно моей миссии.
– Запредельная реальность представляет угрозу не только для Кедлмара, но и для всей Вселенной. Какие действия будут предприняты Статусом после того, как его представителям станет известно о существовании зоны запредельной реальности на территории Кедлмара?
– Не знаю, – покачал головой Андрей.
– Дашеру ты ответил, что Статус предпримет все возможное для того, чтобы уничтожить запредельную реальность.
– Да, это так. Но я не имею ни малейшего представления о том, какие конкретно действия будут предприняты Статусом с этой целью.
– Такой ответ нас вполне устраивает, – удовлетворенно улыбнулся Кармер.
– Я безумно рад за вас, – мрачно буркнул Андрей.
– Каким образом ты поддерживаешь связь со Статусом? – неожиданно задала вопрос сидевшая неподалеку от Андрея Мииз.
– Я и так рассказал вам слишком много, – глядя на Кармера, ответил Андрей.
– Это отнюдь не праздный интерес, – снова произнесла Мииз. – Нам нужно знать, каким образом мы будем координировать наши действия.
– Мы пока еще ни о чем не договорились. И, честно признаться, я не уполномочен вести никакие переговоры от имени Статуса. Любые обязательства, которые я вам дам, будут признаны официальными представителями Статуса недействительными. Проблема заключается в том, что в отличие от вашего сообщества сознание людей, работающих в Статусе, не связано воедино подобно компьютерной сети. При нашей беседе присутствует еще только мой напарник, который в отдельных случаях может высказывать свое независимое мнение, не всегда совпадающее с моим. – Андрей усмехнулся, не скрывая сарказма. – А со сколькими людьми я разговариваю сейчас? Чье мнение высказываете вы, уважаемый профессор Кармер?
Кармер демонстративно обвел взглядом всех присутствующих в комнате.
– Если я еще не разучился считать, то, помимо вас, здесь находятся еще четверо
– А как же сообщество? – наклонившись вперед, недоверчиво прищурился Андрей.
– Мы имеем возможность контролировать степень своего присутствия в коллективном сознании сообщества, – Кармер коснулся указательным пальцем проволочного нимба, оплетающего его голову. – Довольно простое устройство способно создать надежный экран, обеспечивающий защиту сознания от любых попыток воздействовать на него извне.
– И много вас таких?.. – указательным пальцем Андрей описал круг возле своей макушки.
– Меньше, чем хотелось бы, – ответила на его вопрос Мииз. – Примерно десятая часть от всего сообщества.
– Двадцать человек, – совершив нехитрый подсчет, сказал Андрей.
– Двадцать один, – уточнила Мииз.
– И кто же это придумал? – Двумя сложенными вместе пальцами Андрей слегка постучал себя по виску.
– Это была разработка доктора Мииз, – ответил Кармер. – Вообще-то она предназначалась для других исследований… Но при незначительной доводке оказалось возможным использовать устройство и для защиты индивидуального сознания от воздействия запредельной реальности.
– К сожалению, стабилизирующий сознание обруч может надежно защитить только нетрансформированное сознание, – сказала Мииз. – Нам не удалось добиться положительного эффекта, работая с людьми, полностью самоидентифицирующими себя с объединенным сознанием сообщества запредельной реальности.
– Двадцать один человек – это все, кто успел воспользоваться стабилизирующими обручами до того, как запредельная реальность развернулась в полную силу, заполнив все доступное ей пространство, – добавил Кармер.
– По счастливой случайности среди нас оказался профессор Кармер, – продолжила Мииз. – Если бы не его самоотверженность, нам ни за что не удалось бы перекрыть проход между нашим миром и запредельной реальностью. Ему приходилось работать буквально на разделительной черте между двумя мирами… Я не знаю, много ли еще найдется людей, способных умереть двенадцать раз ради того, чтобы жили другие.
– Да будет вам, Мииз, – недовольно поморщился Кармер. – Сказать по правде, я, может быть, никогда бы и не сунулся в это пекло, если бы знал заранее, что меня там ожидает, – добавил он, взглянув на Андрея.
– Так… – Андрей озадаченно поскреб ногтем указательного пальца висок. – Теперь я уже вообще ничего не понимаю… Если вы обладаете свободой воли, то какого черта сидите в этом лесу?
– Для этого есть несколько причин, – ответил ему Кармер. – Во-первых, как вы можете понять только по одному нашему внешнему виду, мы принадлежим запредельной реальности. И то, что нам удалось сохранить свою индивидуальность, вовсе не свидетельствует о том, что мы полностью избавились от ее влияния. Каждый из нас прошел через несколько циклов перерождения, поэтому трудно сказать, как будут реагировать наши тела на контакт с нормальным миром.