Подранок

Капитонов Владимир

— Ну, дай! Дай! — взмолился наркоман.

— Дам. Если тупить бросишь.

Стрельцов, Рогожкин и Альберт с Виталием заворожено наблюдали за спектаклем. Это было им в диковинку.

— Я всё расскажу… Всё. Только дай, — шепеляво затараторил Рыжий, разбрызгивая во все стороны кровавую слюну. — Это я грохнул обоих. Я. Из этого ствола. У-уу! — вновь завыл Рыжий.

— Э-э, повнятнее, — попросил Рогожкин. — Это кого это обоих?

— Да! Да! Обоих я! Ну, дай вмазаться! Я же подохну сейчас!

— А ну-ка, ну-ка, — влез в действие Василий. — Это получается, двоих замочил?

— Ага. Мужика, здорового такого, на спортсмена похож был, на дороге замочили. Потом азера какого-то Кот на стройку приволок. Ну, дайте вмазаться, я же всё сказал! —

Ломка достигала своего пика.

— Значит, спортсмена и вора грузинского вы замочили, — из всего услышанного подытожил Стрельцов, кстати, становившийся всё более серьёзным. — А машина у спортсмена, какая была?

— Иномарка. «Ауди», кажется. Мы ее потом в при въезде в город бросили.

— «Ауди», — прищурился Битюг и усмехнулся самому себе. — А ствол, говоришь, где надыбил?

— В «Бэхэ» у ресторана. Тёмная такая. Номера даже помню. 333, во! Ну, дайте же, бля, вмазаться!

Номера тёмной «бээмвухи» были хорошо знакомы господину Стрельцову, равно как и её хозяин. Стрельцов просиял. Одна преподлая мыслишка родилась в его голове, но пока он держал её при себе.

— Ну, чё, я отвезу козлюк к чернявым? — свободно вздохнул Рогожкин.

— Нет, — твёрдо отрезал Василий.

— Не понял! Они же меня…

— Не сцы кипятком. Всё пучком будет. А пока, пусть этот отморозок все, что говорил, на плёнку повторит. Потом запись ко мне завезёшь.

— А с этими что делать? — Гном перевёл взгляд с Рыжего в пол, подразумевая тех, кто ожидал своей участи в погребе.

— А сам как думаешь? — лишь усмехнулся бригадный, и, не сказав более ни слова, вышел прочь. Он уже прорабатывал в мозгах свою гениальную мысль. Она была очень забавной…

— Ну и что там? — поинтересовался не расслышавший разговора Огонёк.

— Да на плёнку все, что сказал этот придурок записать надо, — пожал плечами Рогожкин. Потом обратился ко всем:- Пацаны, у кого-нибудь диктофон при себе есть?

Японский аппаратик всегда носил с собой Альберт. Он безропотно передал его Андрею.

— Братан, — обернулся к Огоньку Рогожкин. — У тебя лучше получится. Не в службу, а в дружбу.

— Да завсегда, пожалуйста! — широко улыбнулся Огонёк. — Слышь, а чё потом?

Рогожкин молча провёл ребром своей ладони по собственной шее.

— Ясненько, — весело кивнул Огонёк и вновь занялся издевательством над уже отдающим концы Рыжим.

— Ну, как делишки? — обратился он к нему

— Плохо, — еле слышно отозвался Рыжий.

— Ладно, сейчас подлечим. Держи. — Огонёк протянул ему вожделенный шприц. К наркоману, словно электрический ток подвели. Отпущенной пружиной он взмыл к потолку вслед за взметнувшейся туда же рукой Огонька. Не успел. Не перехватил. Зато на пол шмякнулся, и сил подняться у него уже не оставалось.

— Тут вот какое дело, — причмокнул губами Огонёк. — Ещё раз повторить всё надо. Слово в слово.

— Да пошёл ты на хрен!

— Как знаешь. — Огонёк вознёс руку со шприцем над макушкой наркомана и большим пальцем надавил на поршень. На кончике иглы показалась первая капля. Затем её вытеснила следующая. Потом третья, и вскоре раствор весёлым ручейком побежал на голову Рыжего.

— Не надо этого делать! — из последних сил заорал наркоман. — Я всё повторю!

— Молодец. — Помощник Стрельцова щёлкнул кнопкой записи на диктофоне. Приступай. Рыжий слово в слово, как и было, приказано, повторил всё ранее изложенное. Только неторопливо. Отчётливо. Огоньку понравилось. После окончания записи Огонёк бросил к ногам наркомана шприц. В мгновение ока он оказался в трясущихся руках Рыжего. Несмотря на тремор рук, игла точно вонзилась в капилляр на тыльной стороне ладони, и раствор растёкся по жилам.

— Ну, как? — минутой позже осведомился Огонёк.

— Да что-то ничего нет, — взволновался наркоман.

Огонёк зашёлся булькающим хохотом:

— Да ничего и не будет! Ха-ха-ха! Это вода. Обыкновенная водичка. Понял?

— Урод! Козёл! Пидор! — посыпались оскорбления.

Мощный удар

ботинком в голову заставил наркомана замолчать.

Братва поступила с бандой отморозков-наркоманов очень даже гуманно. Их не расстреляли, не закопали живьём и не четвертовали. Просто, накачав лошадиными дозами наркотиков, выбросили у одного из бараков на окраине города. Диагноз судебного эксперта после вскрытия был един для каждого — передозировка опия! Обычный для наркоманов конец.

Так закончилась жизнь, а вместе с ней и криминальная карьера НЕЛЮДЕЙ.

Глава 30

Прошло два дня. Стрельцов прикидывал о светлом будущем своей бригады, как вполне легальной, частной охранной структуре, томно откинувшись в шикарном кожаном кресле своего нового, недавно оборудованного из нескольких крупногабаритных квартир в новом доме, офиса. К этому он стремился. Ради этого, в общем-то, и затеял всю эту разборку с конкурентно способной группировкой Громова. Теперь группировки нет. Путь свободен. Сфера влияния расширена вдвое. Блеск! Ну, прижать пару-тройку блудливых шаек к ногтю, да связями нужными обрасти — это дело времени. Вот только одно ну никак не давало покоя господину Стрельцову — невесть куда запропастившийся бригадир разгромленной банды. Этот человек ещё не расплатился по личным счетам с Василием. Деловое, как говорится, само по себе, а личное само собой. Это обстоятельство жгло Битюга изнутри. Громова необходимо было срочно разыскать и подкинуть ему несколько приготовленных сюрпризов. Впрочем, может вполне хватить и одного. Вот только необходимо его найти. Далеко от прикормленного места этот зверь не уйдёт психология у него не та. Но сидеть и ждать, когда он сам объявится — уже нет никакого терпения. Пора! Пора приступать к активным действиям, не надеясь на ленивых ментов. Сам, конечно, он не станет в поте лица заниматься розыском. Имеются для этого людишки. А как только разыщут этого ублюдка, так сразу и начнётся у него весёлая жизнь… Некий Зубилин, программист-компьютерщик по образованию, на совесть потрудился. Классную липу изготовил — пара кассет с «чистосердечным признанием» в убийстве спортсмена на одной и грузинского вора на другой, лежали в сейфе Стрельцова и поджидали своего часа. По мнению Стрельцова этого доказательства должно было с лихвой хватить, чтобы разъярённые волки растерзали свою жертву. Те или другие. Кому больше повезёт. Ну, если, вдруг, удача им не улыбнётся, то есть ещё менты. Может и они к этому времени маленько подшустрят. Этой липой, конечно, их не купишь. Но можно будет что-нибудь повесомее для них придумать. «Так, всё, пора начинать поиск!» — твёрдо решил Василий и безотлагательно принялся за дело. Вызвал к себе своего персонального телохранителя Чена, то ли китайца, то ли корейца по нации. Парнишку шустрого, силой и умом природой не обделённого, пусть и неказистого с виду. Внешний вид ещё ничего не значит. Жёлтый, низкорослый, узкоглазый — это всё не беда. Самое главное — исполнительный. В лепёшку расшибётся, а дело сделает. Свою башку под пули подставит, ради сохранения жизни босса. Впрочем, на то и телохранитель. Работа у него такая — собой рисковать и особые поручения шефа выполнять. Этот азиат, надо сказать, не всегда присутствовал при своём хозяине, но по первому зову появлялся незамедлительно. Загадка какая-то. Одним словом, Восток дело тонкое…

— Слушаю, шеф, — Чен появился как всегда быстро и незаметно.

— Работёнка есть для тебя особая. Знаешь Громова?

Азиат кивнул.

— Так вот. Он пропал куда-то, но духом чую, что поблизости он где-то. Его надо аккуратно, не спугнув, выпасти. Всё понял?

— Прошу прощения, шеф, а милиция разве не занимается его розыском?

— А, — отрешенно отмахнулся Василий. — Эти без посторонней помощи только ханыг вязать умеют. А знаешь что. Давненько они мне по счёт Громова никакой информации не шлют. Загляни и туда. Только помни, чтоб всё без шума и пыли. Как только возьмёшь его на «мушку», сразу мне сообщишь. Действуй.