Подруга волка
Шрифт:
«Я тебя люблю», — говорил голос. Эти слова обволакивали ее, и ей становилось теплее и было очень приятно. «Я никогда не говорил, как сильно я тебя люблю». Ее обнимали теплые, сильные руки. Они тесно прижимали ее к себе. Она содрогнулась от рыданий и подплыла ближе к волшебному голосу. Он говорил ей о лунном свете и о Лобо, о белых с желтыми серединками маргаритках, о песнях и звуках ветра и о диких зверушках, которые брали пищу из ее рук. Все было прекрасно, как в раю. «Я знаю,
Индиго нахмурилась и попыталась открыть глаза. Она не была на полянке, усыпанной маргаритками. Ей было холодно, ужасно холодно, Джейк… Она старалась дотянуться до него. Он плакал. Это не были тихие слезы, а ужасные разрывающие душу рыдания, от которых тряслось все его тело. Но она не могла найти его. Он был рядом, совсем близко, где-то в черноте.
Индиго двинулась к свету. Да, он был именно там, и она должна прикоснуться к нему в этом тоннеле света.
Вдруг она услышала, как он выкрикнул: «Она жива, Джереми! Иди сюда, она — жива!» Слова запрыгали вокруг нее, как мячики. Она стала ближе к свету. Ослепительный свет. Она прищурилась и попыталась отклонить голову, чтобы он не жег ей глаза.
— Индиго… Родная! Индиго…
Мир стал вращаться. Ее поднимали чьи-то руки. Кто-то нес ее. Индиго пыталась выйти на свет, но вместо этого она снова куда-то ушла, вновь упала в темноту…
Когда она пришла в себя в следующий раз и открыла глаза, первое, что она увидела, было измученное лицо Джейка. Она очень удивилась, потому что она лежала в постели дома в безопасности, и сквозь окно струился лунный свет. Джейк сидел на кухонном стуле, стоявшем рядом с кроватью. Его руки лежали на матраце, и он держал в руках ее руку.
— С возвращением, — хрипло сказал он. Он перецеловал каждый ее пальчик и улыбнулся.
— Какая ты у нас ленивица. Ты проспала весь день и почти половину ночи.
Индиго потрогала его заросшую щетиной щеку.
— Мне снились такие странные сны, — так же хрипло шепнула она. — Ужасные, странные сны. Я что — была больна?
Он с трудом выдохнул воздух.
— Я тебя чуть не потерял.
Она потрогала пальцем его глаза.
— Мне снилось, что ты плакал.
Индиго с трудом улыбалась.
— У меня в голове все перемешалось. Брэндон Маршалл и Денвер…
Она закрыла глаза.
— Ко мне приходил Лобо. Я решила, что умираю, и он пришел, чтобы спеть мне песню смерти. Все казалось таким реальным.
Джейк медленно рассказал ей все страшные события этих суток.
— Брэндон и Денвер в тюрьме в Джексонвилле. Шериф и Хилтон поймали их сегодня. Брэндон признался во всем. Он сказал, что встретил Хэнка Сэмпла в салуне в Джексонвилле несколько месяцев назад. Сэмпл предложил ему сделать для него работу, о которой было лучше никому не рассказывать. Брэндон согласился. Когда он узнал, что работу нужно провести на шахте твоего отца, он подумал, что ему представилась возможность отомстить тебе, да к тому же он еще и получит за это хорошую плату.
— И платить ему должен был твой отец, — грустно сказала она. — Джейк, что с ним
Он снова стал целовать ей руки.
— Индиго, я прошел все муки ада из-за отца и из-за больного самолюбия Брэндона Маршалла. Когда я тебя вытащил, ты не дышала. Мы думали, что ты умерла.
У него на глазах показались слезы. Он пожал плечами.
— Может, все это звучит странно, но мне кажется, что ты действительно была мертва и что…
У него сорвался голос, и он посмотрел в окно. Он помолчал, прежде чем смог продолжить. Потом покачал головой.
— Теперь все это неважно. Самое главное, что я вышел из шахты, неся тебя живую на руках. Мне неважен мой отец. Я к нему не испытываю ничего — ни любви, ни ненависти, — просто ничего. Джереми и я решили, что его вину будет решать закон.
Индиго поняла, что решение это твердо. Она никогда не видела его таким измученным. Но казалось, что он успокоился. Был грустным, но спокойным.
— Он все равно останется твоим отцом, — тихо сказала Индиго.
У него искривился рот.
— Это человек, он просто дал свое семя моей матери, но он никогда не был моим отцом. В этом-то вся суть. Мое единственное утешение, что он не считал, что тем самым он нанесет кому-то вред. Его ошибка была в том, что им правила жадность и что он выбрал исполнителем своей воли такого сумасшедшего, как Брэндон Маршалл.
Он с решимостью посмотрел на нее.
— Но это его ошибки, а не мои. Я больше не стану принимать на себя его долги.
Джейк крепко сжал руку жены.
— Сегодня я чуть не заплатил свою самую дорогую цену. И пусть он теперь сам расплачивается за свои грехи.
— Джейк, я не умерла. Я здесь и разговариваю с тобой.
Он кивнул, но не мог с ней говорить. При свете луны она видела, как по его щекам текли слезы. Через секунду он сказал:
— У нас есть еще один шанс, и я хочу, чтобы все было хорошо. Мы станем каждую секунду жить так, как будто она у нас последняя.
Она вытерла слезы с его щек и обняла его голову.
— Не плачь. Я хочу, чтобы все наши секунды были счастливыми.
Он разрыдался и лег на постель, крепко прижав ее к себе. Индиго ласково прильнула к нему. Она была испугана. Никогда раньше она не видела его таким. Он дрожал всем телом. Он обнимал ее, и у нее было такое ощущение, будто он боится ее отпустить.
Через несколько минут он с трудом перевел дыхание и немного успокоился, вытерев слезы ее волосами.
— Никогда не оставляй меня. Обещай это мне. Индиго закрыла глаза и улыбнулась, вспоминая все, что ей стало ясным там, в шахте.
— Джейк, я обещаю тебе это. Я пойду за тобой, куда угодно. Даже если придется ехать в Портленд. Если я с тобой, меня не пугает ничто.
— К черту Портленд, — ответил он хриплым голосом. — Может, мне придется уехать туда на несколько недель, чтобы помочь Джереми в его делах, но после этого Вулфс-Лэндинг станет моим единственным домом, и здесь я останусь.
— Если ты поедешь, я еду с тобой.
— Я знаю, — ответил он и улыбнулся.
— И тебя это не удивляет?
— Нет.
Он поцеловал ее в голову.