Подруга
Шрифт:
Майя осторожно вошла в маленькую комнатку, посередине которой стоял только один небольшой узкий стол. Вслед за нею просочились Иллис и Вирт. После чего дверь бесшумно закрылась.
С краю стола последовательно зажегся ряд сигналов, каждый из которых, как было понятно из недавних пояснений директора, означал запуск конкретной защитной системы. Два сигнала остались темными. Панель в середине стола скользнула в сторону, и наверх выплыл небольшой пенал.
– Тебе нужно его открыть. И все манипуляции сможешь делать только ты сама. – Иллис оставалась стоять в стороне.
Майя надавила на замок
Верхняя крышка пенала открылась.
Иллис аккуратно достала листок с вольной Майи, положила его на дно пенала, текстом вверх и отошла назад.
– Закрывай. Только пальцы не прищеми.
Пенал с легким щелчком закрылся. Одновременно с этим на панели вспыхнул датчик активации контроля ячейки. Вслед за ним загорелся последний сигнал, отвечающий за контроль количества клиентов в комнате. И тут же был выдан тревожный писк. Пенал резко скользнул внутрь стола, и панель перекрыла отверстие, полностью перекрывая доступ. Через несколько секунд индикаторы защиты комнаты отключились, и дверь в комнату открылась.
Когда секретарь раскланялся с важными посетителями перед выходом из банка, Иллис наконец вздохнула свободнее.
– Уф, я боялась, что не получится. Хорошо, что у них есть лазейка насчет двух членов семьи. А то мне одной не дали бы завести ячейку.
– Ну, и что все это значит? – Майя все еще не могла до конца осознать произошедшее.
– Это значит, что твоя вольная сейчас недоступна ни для меня, ни для кого еще. Она начнет действовать через шесть лет. После моего совершеннолетия. И достать ее ты сможешь в любом государстве объединенных миров, где есть этот банк.
– Все, что тебе нужно теперь, – Вирт хмыкнул, разглядывая замершую перед ним рабыню, – это продержаться любыми способами до этой даты. Потом ты станешь свободной. Даже если сбежишь.
– Ну, хорошо, это я поняла. А зачем это все?
– Давай об этом дома поговорим. Я ужасно перенервничала, общаясь с этим типом. – Иллис устало прикрыла глаза. – Страшно занудливый директор банка. Я все время боялась сорваться и нагрубить.
Когда глайдер прибыл к парадному входу дворца и Вирт распрощался со спутницами, уже наступали сумерки. Устало переодевшись, Иллис с облегчением устроилась на диване.
– Лера, а можно приготовить ванну? Очень хочется.
– Конечно. Сейчас все сделаю. – Лера согласно наклонила голову.
– Потом можешь быть свободна. Мыться я не собираюсь. Просто полежу и расслаблюсь. У нас травки еще остались? – с намеком поинтересовалась Иллис. Майя все же сделала запасы в дворцовом парке. Но их было не слишком много. Но принимать ванну с травяным настоем очень понравилось принцессе.
– Есть еще. Вам расслабляющий? – улыбнулась Лера, с некоторых пор отвечающая и за эту часть многочисленных тайн госпожи покоев. Для чего Майе даже пришлось объяснять, какие из заготовленных сборов для чего предназначены. Все-таки Лера занималась травами как любитель, и преимущественно для приема внутрь. Чтобы вот так, для ванны целиком, это было для нее необычно.
– Конечно. Мы сегодня хорошо нагулялись.
Проводив взглядом вышедшую Леру, Иллис покосилась
– Присоединишься? А то одной скучно.
– Конечно. Только Леру отошли.
– Вот не пойму. Чего ты ее стесняешься. Она уже не раз видела тебя в ванной.
– Все равно неудобно как-то. Она все время норовит обхаживать меня так же, как тебя. Забудется как-нибудь и получит очередной выговор.
– Фи. Снимем мы ей эти выговора. Не впервой. Мы ее в обиду не дадим.
– Точно.
Девчонки засмеялись. Лера вышла из ванной и только удивленно посмотрела на них. Но задавать вопросы не решилась.
– Всё готово. Вы точно хотите, чтобы я ушла?
– Лера. – Иллис укороизненно посмотрела на служанку. – Ну сколько можно.
– Извини, сложно с вами двумя. – Покаянно вздовнув, Лера повернулась к выходу. – Ну тогда я на связи.
– Я пироженки прихвачу, не возражаешь?
– Ты чего? Конечно нет. Я чайник и чашки занесу. Устроим чаепитие прямо в ванной. И чего ты так неравнодушна к этому шедевру дворцовой кондитерской!
– Не знаю. Наверно, после голодовок осталось. На второй или третий день, когда Лерка притаскивала, мне они казались самыми вкусными на свете.
– Прибила бы.
– Кого? – Майя удивленно обернулась на опустившуюся в ароматную воду Иллис.
– Всех. Тебя, за твое упрямство. Лерку, за то, что даже не намекнула. Могла бы, между прочим, и просто из вазы стащить. Даже себя, могла бы раньше в твои наказания начать заглядывать. А главное, эту Мегеру с ее стервами. Вздумали тут голодом морить. Как вспомню тот куриный бульон, что Вирт заказывал.
– Очень вкусный был, – совершенно серьезно заметила Майя. – Ты даже не представляешь, насколько. Мне ведь тогда два наказания подряд было. Лера просто не знала о втором и думала, что я только второй день без еды. Я тогда в коридоре, после вашего ужина, совсем собой не владела.
– Значит, ты тогда и нам с Виртом соврала, когда сказала третий день? Сколько голодала?
– Пятый день, – неохотно призналась Майя. – При таких длительных наказаниях мне полагалось выдавать половину порции раз в сутки. Чтобы совсем не загнулась, наверно. Лера была постоянно на дежурствах, и пронести что-то толком не удавалось. Правда, девчонки в таких случаях подкармливали, если могли. Но в этот раз как-то все совсем неудачно сложилось.
– Ну ты и… – Иллис не находила слов от возмущения. – Ладно, только ты больше так не делай.
– Хорошо, но ты обещала объяснить насчет сегодняшнего.
– А что тут объяснять. Ячейка полностью оплачена. Во всех ближайших мирах этот банк есть. Когда придет время, ты просто придешь в ближайшее отделение и заберешь бумагу. Во всех банках есть соответствующие юристы. Так что прямо там ты все оформляешь и становишься свободной.
– Ты все продумала, – заметила Майя.
– Может, и не все. Но это точно теперь только твое. Банк не подчиняется законам империи и не выдает своих клиентов на сторону. Даже под угрозой закрытия. Прецеденты были. Мне о них на дисциплине по банковскому делу рассказывали. Тогда я и подумала о тебе. Только не могла найти способ открыть ячейку. Нам с Виртом нельзя в чужих банках появляться без причины, как детям своих родителей.