Подселенцы
Шрифт:
Кроме большого зала, где Бутч оставил гореть несколько тусклых ламп, в остальной части большого дома было совсем темно, так что Адель приходилось подсвечивать себе путь мобильным телефоном. Она заглядывала во все комнаты подряд, хотя в этом не было особого смысла. Тем не менее, вскоре она набрела на достаточно просторное помещение, которое раньше явно служило кому-то рабочим кабинетом. В отличие от прочих комнат мебель здесь была ничем не накрыта.
Не отдавая себе отчет в том, что делает, Адель вошла и начала с удивлением озираться вокруг. Судя по затхлому воздуху, тут давно никого не было. Однако странно, что, прежде чем забыть об этой комнате
Это была, похоже, единственная комната в доме, оставленная в таком виде. Для этого должна быть какая-то своя веская причина, ведь весь остальной дом был аккуратно убран. Возможно, дело было в человеке, которому когда-то принадлежал кабинет. Но, несмотря на мучительное любопытство, Адель все же не сочла возможным начать рыться в его или ее вещах. Она и так уже зашла непозволительно далеко.
Узор на дверном косяке она заметила абсолютно случайно, хотя в темноте могла спокойно пройти мимо. Подсвечивая себе экраном телефона, девушка внимательно рассмотрела вырезанные на дереве символы. Одна и та же комбинация, повторяясь, непрерывно шла по всему косяку и порогу. Покопавшись в памяти телефона, Адель нашла присланную Марком фотографию, чтобы лишний раз убедиться, что символы те же самые, что использовала бабушка Ройса для защиты от оборотней. Это наводило на интересный вопрос…
В стоявшей в доме тишине, Адель вдруг услышала, как ее кто-то зовет, и это прозвучало для нее как гром среди ясного неба. Она пулей вылетела навстречу спускающейся по лестнице Регине.
— Простите, я пыталась найти ванную комнату, — быстро пояснила она.
— Вода в доме отключена, — покачала головой женщина.
— А где Стефа? — с подозрением спросила Адель.
— Ей еще нужно немного передохнуть в одиночестве, но она тоже скоро спустится к нам, — проговорила Регина, легкой походкой довольного собой человека подходя к дивану и вальяжно опускаясь на него. — А я пока скажу тебе пару слов. Присаживайся.
Адель нехотя села рядом с ней.
— Надеюсь, ты на меня не сердишься. Иногда я веду себя как настоящая стерва, такой уж у меня характер. Меня только могила исправит. Но я действительно хочу вам добра. Я имею в виду, вам обеим. Конечно, тебе будет трудно поверить в то, что я скажу. Вы, со Стефанией лучшие подруги, с детства знакомы и все такое. Однако поверь моему опыту. Сейчас вам будет лучше порознь. Нет, не возражай мне пока! — сразу пресекла она возможное недовольство. — Дело не в том, что она может тебя покалечить одним случайным толчком. Не так важно, что она стала сильнее любого человека, что у нее появились проблемы, справиться с которыми сможет только она сама…и ты заведомо ничем ей не сможешь помочь. Не важно, что у нее неминуемо появятся новые друзья, которые не будут тебя воспринимать, новые интересы, которые ты не сможешь разделить, и в целом новая жизнь, в которой ты будешь только помехой. Важно совсем другое и это будет очень сложно понять! Здесь и сейчас в игру вступили силы, которые для нас, людей, непостижимы и поэтому безгранично опасны. Никто не знает, как они действуют и почему происходит то, что происходит, но люди, которые несмотря ни на что остаются с оборотнями, постепенно теряют все, что имеют.
— Да у меня и так ничего нет, — улыбнулась Адель.
— Как же ничего? А как насчет стремлений, надежд, таланта, самоуважения,
— Но ведь Стефа не станет постоянным оборотнем, она хочет вылечиться, — осторожно возразила Адель, внимательно глядя на Регину. — Ведь вы помогаете ей именно в этом, да? — Невинно уточнила она.
— Конечно, — подтвердила Регина, но на ее лице на одно краткое мгновение появилось выражение недовольства. — Но на это уйдет не меньше года. — Сказала она резко. — Неплохо было бы тебе на этот год уехать куда-нибудь, тем более учитывая все эти убийства, которые здесь происходят. Некоторые из горожан так и сделали. Или собираются. Кроме того вряд ли к кому-нибудь в такой тревожной обстановке придет желание учиться рисовать яблоки. Или чем ты там собралась заниматься?
— О, это было просто потрясающе! — на лестнице появилась довольно улыбающаяся Стефа. — Регина, вы волшебница!
— Действительно, — кивнула женщина, поднимаясь с дивана. — Мы сегодня прекрасно с тобой позанимались.
Глава 8
Марк вбежал по лестнице и набрал нужный номер квартиры. С некоторой задержкой домофон пиликнул и пропустил его в подъезд. Также бегом парень взобрался на третий этаж, где у открытой двери квартиры его уже ждала немного удивленная Пейдж, наскоро причесанная и в накинутом поверх ночнушки халате.
— Это тебе, — проскальзывая мимо женщины, Марк сунул ей в руки букет свеженарванных полевых цветов и коробку конфет из расположенного по соседству магазина. — Хм, — усмехнулся он, бесцеремонно проникнув в комнату. На столике стояла ваза с впечатляющим букетом красных роз — их там было не меньше дюжины. — Поклонник? Я не вовремя?
— Да просто вот прислал кто-то, — замялась Пейдж, едва заметно краснея.
Марк уже и так стоял неподалеку от приоткрытой двери в спальню, сделать еще несколько шагов в том направлении показалось ему вполне уместным.
— То есть курьер тебе их прямо в постель доставил? — Уточнил он, глядя на развороченную кровать. Если в ней только спали, то спали очень активно. — У них теперь есть такая услуга?
— Я была одна, — зачем-то сказала Пейдж. Плотно запахнув халат, она вцепилась в него так крепко, будто боялась, что он улетит.
— Нет, не одна, — Марк наклонился и поднял с пола разорванную упаковку от презерватива.
Пейдж охнула и вырвала ее у него из рук.
— Я… — пролепетала она растеряно, — я вообще не обязана перед тобой отчитываться! Выйди! — воскликнула женщина. — Я не разрешала тебе сюда входить!
Марк вздохнул и покорно вышел обратно в гостиную. Пейдж плотно закрыла дверь. Поджала губы, не зная как теперь выйти из неловкой ситуации.
— Босс больше не звонил? — сменил тему парень, присаживаясь на мягкий подлокотник дивана.
— Я сама звонила ему несколько раз. Телефон выключен. — Пейдж собралась с силами и наконец подняла взгляд от пола. — Может быть, пора уже беспокоиться?
— Скорее уже поздно беспокоиться, — жестко сказал Марк. Женщина беспомощно поглядела на него, она надеялась на более оптимистичный, хотя наверняка и лживый ответ.
— Это все из-за тех материалов? — спросила она, дрогнувшим голосом.
— Полагаю, да. Не думаю, что ты их действительно уничтожила.
— Но я же помню!
— Да? Расскажи пошагово, — предложил он.