Подвал

Смирнов Алексей Константинович

* * *

Назад! Любой ценой - назад! Если погибнуть - то только в порыве, в прыжке назад! Для этого - перенести центр тяжести на правую ногу... если бы перила! . . скорее...

От неловкого движения ступенька подается, слышится треск. Откидываясь назад, больно ударяясь спиной обо что-то, он летит вниз,

круша все на своем пути выброшенными вперед ногами...

* * *

– Вы в подвале!

* * *

... Нога, неловко вытянутая, в поисках опоры упирается во что-то мягкое. И это мягкое внезапно разражается свирепым визгом и дергается в сторону... и ощущение этой мягкой податливости неожиданно живого чего-то, оказавшегося на месте предполагаемой тверди, ломает все представления о привычной почве под ногами... мир с воем, извиваясь, улепетывает из-под детских пяток... что-то глубинное, спрятанное в мозгу, электрической дугой связывается с удравшим предметом... И пусть крыса, сама не живая, не мертвая от страха, дрожит где-то в углу, - он находится уже вне этого мира, вне этого подвала; место, в которое он попал, настолько жутко и враждебно, что никаким криком, которым он заходится, не удается вернуть себя в прежнюю вселенную... и не слышно проворачивания ключа в замке... не видно перепуганного лица щербатого, которого скоро будут пороть... не видно взволнованных людей, на руках несущих что-то, бьющееся в судорогах, к книжке с бородатыми великанами.

* * *

Пациент, явившийся по поводу пустячного нервного расстройства, часто дышал, его глаза были закрыты, пульс бесновался. Погруженный в гипнотический сон, он был заперт в подвале наедине с потемками забытых душевных глубин.

Доктор молчал и, прищурившись, рассматривал напряженную, терзаемую ужасом фигуру на кушетке. В памяти доктора всплывали разные интересные вещи.

В

частности, вспоминался ему некий щербатый сорвиголова, вспоминался сырой подвал с насмерть перепуганной крысой. Доктор живо помнил, как он сам, придя в сознание, обнаружил, что его перенесли на веранду и он сделался заикой. Его в дальнейшем затаскали по врачам, но без толку, заикание не исчезало. Оно прошло лишь много лет спустя, когда он сделался гипнотизером и психотерапевтом, вследствие чего обрел известную власть над людьми. А до того была школа, где его дразнили с утроенной силой - уже не за рейтузы, и в результате у него развился сильнейший комплекс неполноценности... и комплекс имел следствием то, что в первый раз у его носителя не встал, и рыжая разбитная девка оборжала его и обломала на веки вечные.

Доктор сказал:

– Теперь вы можете проснуться! Раз, два, три!

И ударил в ладоши.

Лежавший на кушетке человек разлепил веки и испуганно огляделся.

– Как вы себя чувствуете?
– осведомился доктор.

– Н-не знаю, - произнес пациент, лязгая зубами и затравленно оглядываясь.
– Мне что-то не по себе... какой-то омерзительный, липкий кошмар...

Доктор качнул головой.

– Плохо дело, почтеннейший. Боюсь, наши упражнения ни к чему не привели. Вам будет лучше сменить врача. Да-с! Можете встать!

Пациент, шалея, таращился, не узнавая, на свою давнюю жертву. Он тупо мотнул челкой и направился к двери. Доктор шепнул:

– Посиди, щербатый... посиди...

Тот, дрожа, остановился:

– Вы что-то сказали, доктор?

Доктор предупредительно выставил ладонь.

– Нет-нет, ничего особенного. Что? Ах, оставьте, вы мне ничего не должны.

апрель 1992