Подвох
Шрифт:
– Ладно. Так вот, мы эти чипы горстями потом из-под прилавков вытаскивали!
– Прикольно!
– Ни фига не прикольно, Сереж! – она подожгла сигарету и с удовольствием затянулась. – Меня из-за этого с бонусом годовым прокатили. И ты представляешь, это несмотря на то, что я сразу была против этих меток!
– Несправедливо!
– Еще как! Суки!
С работы разговор перешел на политику, а затем на общих знакомых. Дарья обожала перемывать косточки своим друзьям и коллегам, язвительно высмеивая их недостатки и слабости. Хотя Чигринский и не
– Слушай, Дашка, ты замечаешь в других лишь их недостатки, – усмехаясь подметил он, – как будто у них нет никаких достоинств! Это несправедливо!
– Ой, а ты у нас прям поборник справедливости! – наигранно возмутилась она.
– Что-то имеешь против справедливости? – зацепился за слово Чигринский, теперь вкладывая в него гораздо больше надежд и смыслов. – Не лыбься, это серьезный вопрос.
– Да это ж туфта полная! – звонко рассмеялась Дарья.
К тому моменту она опустошила уже три банки, однако голос ее не давал и намека на опьянение. Алкоголь всегда доходил до нее медленно.
– Да почему туфта-то? – улыбнулся Сергей; ему очень нравился ее искренний смех. – Разве это плохо, поступать по справедливости?
– Сейчас я покурю и все расскажу тебе о твоей справедливости! – она направилась к балконной двери, на ходу доставая сигарету.
– Давай на улицу, а то провоняет все. Сейчас принесу тебе куртку.
– И себе захвати, одной мне скучно!
Они вышли, сели за уличный столик. Сладострастно затянувшись, Дарья выпустила в небо несколько колец дыма.
– Так вот, про справедливость! – начала она, от предвкушения не в силах сдержать улыбку.
– Ну, что у тебя на нее?
– Вот представь, кораблекрушение, необитаемый остров, двое спасшихся. Все как обычно, значит. Большой такой сильный мужчинка и хрупкая девушка… Им голодно, целый день они ищут еду, и под конец дня ей удается поймать мелкую зверушку.
– Зверушку? Допустим.
– Да! Вот такусенькую всего! – она отделила пальцами сантиметров двадцать.
– Ладно, что дальше?
– А дальше ты, дорогой, скажи! Как им поделить добычу? По справедливости если? – Дарья широко улыбнулась и спешно затушила тоненькую сигарету, рассчитанную всего на две затяжки.
– Как? Так, как они договорились изначально.
– Они никак не договаривались! Ну! Чего молчишь?
Чигринский быстро догадался, что вопрос ее был с подвохом.
– Что бы я ни ответил, ты скажешь, что я не прав, – он ухмыльнулся.
– Да бли-и-н, чего ты, как маленький?! Говори уже!
– Поровну?
– Это самый банальный ответ! И самый неправильный, как ты понимаешь! – довольная собой, она рассмеялась.
– Почему же? – после выпитого мозг Чигринского сохранял ясность, но все же уже был не столь остер, чтобы решать сложные задачки.
– Потому, что девушка весит каких-нибудь пятьдесят килограмм, а мужчинка – девяносто. И чтобы им одинаково насытиться… ведь это же справедливо, да? Для этого им надо поделить зверушку в пропорции
– Не ошиблась, – улыбнулся Чигринский. – Это и есть правильный ответ?
– Ты меня спрашиваешь?! – картинно возмутилась Дарья. – Это ж ты у нас за справедливость радеешь!
– Так что, это правда все?
– Нет конечно! – вскрикнула она и, завидев неподалеку соседку, шкодливо прикрыла рукой рот. – Кстати, может, сюда пива притащим? – прошептала она. – У вас тут славненько!
– Жди…
Через пару минут Сергей вернулся с пивом и чипсами. Впервые за последний месяц он чувствовал себя дома комфортно, удовлетворенно. С Дарьей ему было легко и весело.
– Ты помнишь, кто поймал зверька?! – тут же спросила она.
– Конечно помню, девчонка.
– Верно! – словно ребенок обрадовалась Дарья. – А значит, надо дать больше тому, кто больше сделал! Это ведь тоже справедливо, так?
– Ну да, прикольно! – согласился Чигринский.
Такой дележ добычи в понимании банковского служащего, привыкшего к системе бонусов, был гораздо более справедливым, чем равный раздел и тем более раздел, исходя из нуждаемости.
– А еще прикольней то, что сильный мужчина может и должен брать на себя больше тягостей, чем слабенькая девушка, – она подмигнула. – И даже если бы зверушку поймал он сам, то по гребаной справедливости даме надо было отдать большую часть! Ну, как тебе?!
– Забавный пример. Сама придумала?
– Это еще не все, мон шер! – высокомерно объявила Дарья, делая пару новых глотков. – Теперь подумай – сила мужчины нужна им обоим. Шалаш какой-нибудь построить, от зверей отбиться. И по такой справедливости выйдет, что его-то им надо накормить в первую очередь! Если он будет есть мало, то заболеет, ослабнет и сделать этого уже не сможет. Понял, сколько их, твоих справедливостей?! – победоносно заключила она.
– Дашка, неужели ты такая умная?! – подколол ее Чигринский.
– Да блин, Сережа! Хорош держать меня за пипетку тупую! Я же и обидеться могу!
– У-тю-тю, какие мы нежные! Прикольно сочинила. Складно. Я бы не смог так!
– Ладно, не комплексуй, – снисходительно махнула она ладонью, – это я в женском журнале прочитала!
Сменившееся недоумением лицо Чигринского вызвало у нее безудержный смех.
– Лучше бы ты сама придумала, – морщась, ответил на ее смех Сергей. – Ненавижу женское чтиво.
– Да ты, выходит, сноб! – Дарья уже несколько раз порывалась отхлебнуть пива, но новый приступ хохота всякий раз мешал ей. – Зри в суть, забей на… в общем, забей на журнал!
Чигринский делал вид, что все еще ошарашен, Дарья продолжала смеяться.
– Будь по-твоему, забьем на «Космо», – сделался серьезным он.
– Я не говорила, что это был «Космо»!
– Пох! Смотри, в этой истории описывается пять принципов. Первый – «поровну», второй, когда они делят по весу, – «по потребностям», – Сергей зажал два пальца. – Третий, получается, «по заслугам», да же?