Подземье

Михайлов Николай Александрович

Мой взгляд хищно остановился на насыщающемся неподалеку крупном представителе членистоногих, который уже успокоился и продолжал дальше рвать останки подводного монстра.

Сначала еда, — поправил я себя, а затем мрачно усмехнулся, — Это я удачно на крабий праздник зашел!

Не медля больше ни секунды, я потянулся к Силе, широкие потоки энергии с охотой устремились ко мне, заворачиваясь в водоворот на духовном плане. Большой краб опять отвлекся от своей добычи, застыл, всматриваясь в мою сторону.

Хм, что-то почувствовал.

Значит не простой зверь, а уже ступивший на путь Возвышения, — отметил я отстраненно, сконцентрировавшись на технике плетения.

— Не важно, — выдохнул я еле слышно, и на берегу с грохотом полыхнул Громовой удар.

Красная волна энергии разошлась концентрическими кругами по берегу, где в центре был я и костяной шип поверженного мной монстра, который надежно приковывал меня к серому песку. Мелкие крабики прожаренными тушками посыпались с останков гигантского подводного монстра.

Но применительно к большому крабу это не возымело ожидаемого эффекта. Он успешно пережил удар моей техники и лишь ненадолго замер, попав под действие парализующего эффекта. Спустя непродолжительное время, главный краб неожиданно отмер и опрометью бросился к плещущейся рядом воде.

Я удивленно вскинулся, не ожидай такой прыти от казавшегося неповоротливым завра и рефлекторно потянул к себе нити Силы, чтобы окончательно успокоить шустрого членистоногого. Но в следующим миг отпустил и развеял остатки плетения:

Зачем? — мыслено пожал я плечами, — Мне его жизнь не нужна. Тут жаренного мяса на неделю хватит! — я обвел берег усеянный сейчас дымящимися тушками крабов, — Зачем мне лишнее? Пусть живет дальше в озере Силы и развивается. Посмотрим, что из этого получится. Может цапнет кого из непрошенных гостей — например, шеэвов.

Против воли в душе вскипела черная пелена злобы, и я скрипнул зубами:

— Зря вы меня оставили в живых, зеленомордые ублюдки! Придется призвать вас к ответу! — забывшись, я дернулся, чтобы вскочить на ноги и тут же охнул от пронзившей плечо боли. Почувствовал, как из раны хлынула горячая кровь.

— Светочи! — со злостью прорычал я в пустоту.

Схватился здоровой рукой за костяное острие выше раны, на сколько хватило длины рук, и медленно, но непреклонно, преодолевая боль, тут же начавшую вгрызаться в меня с новой силой, стал медленно поднимать себя по костяному шипу вверх.

Закусив от боли губу, еле сдерживаясь, чтобы не заорать в полный голос, я наконец вытянул себя достаточно, чтобы получилось крепко упереться ногами в землю. На мгновение остановился. Все тело била крупная дрожь, пот заливал лицо.

Так, нужно настроиться, — сделал пару глубоких вдохов, направляя ток силы по меридианам, напитывая мышцы для резкого рывка.

В следующий миг решился, и на выдохе, толкнулся ногами и одновременно резко выдернул засевшее острие из свое плеча. Шип вышел из раны, взлетел, откинутый, в воздух, я рухнул в противоположную сторону и на голом упрямстве

откатился дальше от останков монстра.

Взлетевший в воздух шип замер на мгновение, затем устремился вниз, с гудением разрезая воздух, и, хрупнув песком, до середины вошел в сыпучую поверхность рядом со мной. Я обессилено откинулся на спину.

Ох, — резкое усилие практически полностью выпило мои силы, — Светочи!

Затем мой взгляд наткнулся на оброненные в самом начале пробуждения флаконы. Яркий зеленый свет шел от зелья исцеления, а мягкий золотистый — от зелья восстановления.

Я с благодарностью вспомнил Сшеса, и это немного сгладило мою злость на шеэвов в целом. Затем сделал еще одно усилие и перевернулся, шлепнувшись на живот. Плечо стрельнуло болью, я не удержался от мучительного стона, повалился вперед, уткнувшись лицом в серый песок, из которого была образована полоска берега.

Спустя пару гулких ударов сердца, я приподнялся, опираясь на здоровую руку и отплевываясь от набившегося в рот песка. Встал на одно колено, потряс головой, прочищая сознание и отгоняя мельтешащих перед глазами чернух мушек.

Светочи! Непонятым образом исцелиться от серьезной раны, а затем умереть в шаге от исцеления! — с отчаянием подумалось мне.

Несколько вдохов, и я взял себя в руки, отбросив малодушные мысли. Затем контролируя себя, чтобы не завалиться обратно в коварно мягкий песок и окончательно не отрубиться, осторожно потянулся к зелью исцеления. Есть!

Поднес маленький прозрачный флакончик ко рту, аккуратно вцепился зубами и выдернул пробку. Сплюнул деревяшку в песок и вылил содержимое флакона на раненное плечо.

Жуткую кровоточащую рану тут же охватило зеленоватое свечение, кровь остановилась, рванная дыра в плече стала зарастать на глазах, и всего через мгновение там была уж ровная белая кожа, просвечивающая сквозь очередную прореху в одежде.

Трясущейся рукой я подхватил следующий флакон с золотистым зельем восстановления, так же зубами вырвал пробку и залил в себя алхимический состав. По пищеводу пронесся приятный жар и стал расходиться дальше по всему телу. С чувством выполненного долга я повалился спиной обратно на песчаный берег. Все, теперь точно выживу!

Бездумно лежал и смотрел вверх во тьму. Волны озера с шелестом облизывали песчаный берег. Фосфоресцирующие пятна скудной подземной растительности, наполняли пещеру зеленоватым светом. Мысли постепенно вернулись к последним событиям и предательству ящеров.

Треклятые союзники! — опять заворочалось внутри темное и вязкое чувство, которое требовало выхода, — Всех под корень вырезать! — бурлила во мне ненависть.

Я вскочил на ноги и от избытка чувств, что есть силы, сжал кулаки. Ногти впились в ладони, на коже выступили капельки крови. Я не обращал на это внимания, раз за разом прокручивая недавние события — слова царя шеэвов и его подпевалы Скриза.