Поединок

Большой турнир, ежегодно проводимый в замке Сандер-тен-тронк в Вестфалии и известный самыми славными поединками, привлекал великих рыцарей со всей Европы. Однажды его посетил даже магистр Стефен из Виндзора, оставивший свой уютный домик близ Лондона, чтобы отправиться в дикую Германию.

Вы должны сразу же уяснить, что магистр Стефен прибыл в замок Сандер-тен-тронк вовсе не для того, чтобы самому ломать копья. Этому тучному, неповоротливому человеку было уже за пятьдесят. Стоит ли говорить о том, что он, подобно, увы, некоторым рыцарям, обычно ездил верхом на муле?

Самым

острым оружием магистра был его язык, который часто доводил его до беды в замке Сандер-тен-тронк, а точнее, в таверне, стоящей прямо у его стен. Вестфальцы разговаривали на еще более варварском наречии, чем его английский, а такому французскому, на котором говорил сам Стефен, можно было выучится скорее в Страдфорде-на-Боу, чем в Париже. Зато магистр говорил громко.

— Я? Да я плевать хотел на этих коняг-тяжеловозов и на высокомерных выскочек, закованных в железо, — заявлял он каждому, кто его слушал. Чтобы эти слова звучали выразительнее, он размахивал пивной кружкой. Пиво плескало через край, заливая стол. Магистр нимало не жалел о пролитом, ибо этот напиток, жидкий и горький, нравился ему гораздо меньше, чем мягкий английский эль.

— Коли вам не нравятся поединки, зачем вы сюда прибыли? — спросил купец-итальянец, чей французский был едва ли лучше Стефенова. Итальянец был заинтересован прежде всего в том, чтобы выручить побольше за свой перец, корицу и ароматный нард, но не мешало ему быть страстным почитателем доблестного рыцарства.

Магистр Стефен смерил его презрительным взглядом серых глаз.

— Геральдика, человече, вот что меня привлекает! note 1

— А, понятно, оружие! «Anna virumque cano», — сказал купец, показывая, что и ему не чуждо классическое образование. Он выразительно провел ребром ладони по горлу.

— О возлюбленный Боже, если Ты и впрямь столь премудр, зачем было производить на свет столько болванов! — пробормотал магистр Стефен, правда, по-английски. — Нет, не оружие. Я говорил о гербах, геральдических знаках — понимаете?

Итальянец хлопнул себя ладонью по лбу.

— Ай, ну и глуп же я! Право же, я освежеванная задница ослицы! Так вы, ваша честь, толкуете о геральдических знаках! А ведь у меня самого есть герб!

— У вас, сир?

Магистр Стефен взглянул на своего случайного знакомца с возросшим интересом. Он никоим образом не походил на выходца из рыцарского или хотя бы благородного семейства. Маленький, тощий, беспокойный человечек, одетый в плащ, тунику и штаны, еще более поношенные, чем у магистра. И все же он мог говорить правду. В Италии простым гражданам чаще жаловали гербы, чем в северных странах.

— Чистая правда, сир, — повторил купец, не обращая никакого внимания на испытующий взгляд магистра. — Меня зовут Никколо делло Боско — из леса то есть. На родине

меня можно найти в лесу неподалеку от Фиренцы. Знаете, где это?

— К сожалению, нет, — ответил магистр Стефен. На самом деле он нимало не сожалел об этом. Однажды он съездил в Милан, чтобы посмотреть на турнир, и вернулся домой с самым невысоким мнением об итальянских манерах и кухне.

— И что же изображено на вашем гербе, сир, смею спросить?

— Ах, ну конечно. Гордый щит, согласитесь: «три лягушки надлежащего цвета на алом поле, разделенном золотом».

Магистр Стефен извлек перо, чернильницу и маленькую книжечку для записей. Вместо того чтобы таскать с собой кучу разных красок, он обозначал цвета штриховкой. Так, вертикальными линиями он выделил красный цвет, а точками — широкую золотую полосу посреди герба. Лягушки получились довольно пузатыми. Магистр взглянул на делло Боско, который с восхищением наблюдал за его работой.

— А почему «надлежащего цвета»? — спросил магистр. — Почему не просто «зеленые»?

— Они должны изображаться в крапинку.

— А-а.

Магистр Стефен произвел необходимые изменения.

— Вот что интересно, мастер делло Боско. В Англии мне известно по меньшей мере одно семейство, на чьем гербе присутствовали бы лягушки или жабы. Это Ботре, у которых три черные жабы друг над другом на серебряном поле.

— Да они, верно, происходят от батраков. Недурной каламбур, правда?

— Н-да? Что ж, так и есть.

Магистр Стефен не обладал чувством юмора. Он хихикнул немного натянуто.

Приближающееся бряцание доспехов и стук тяжелых копыт возвестили о том, что еще один отряд рыцарей направляется в замок Сандер-тен-тронк. Горя желанием увидеть их гербы, магистр Стефен бросил на стол монету, нетерпеливо подпрыгивая в ожидании сдачи. Засунув в карман шестую часть медяка, он выскочил из таверны.

К своему удивлению, магистр узнал все гербы, кроме одного. Он уже заканчивал набросок, когда откуда-то из-под его локтя выскочил делло Боско и подтолкнул его.

— Вон зрелище, которое нечасто увидишь, — воскликнул итальянец, показывая на одну из лавок на противоположной стороне улицы. — Купец, который не может сбыть свой товар.

— О, да, это он.

Магистр Стефен заметил бородатого купца в долгополом халате еще накануне. Это был грек из Фессалоник, который привез в замок Сандер-тен-тронк целый воз ферментированного рыбного соуса. Северному обонянию, однако, это лакомство казалось давным-давно протухшим. Тогда грек унизился до того, что стал поливать своей бурдой ломти хлеба, предлагая прохожим попробовать его задаром. Большинство из них, нюхнув разок хорошенько, удирали прочь.

— «Timeo Danaos et donas ferentis».

Делло Боско засмеялся, глядя, как спасается бегством очередная жертва.

— Вы хорошо знаете Вергилия, — заметил магистр Стефен.

— Да, очень хорошо, — согласился делло Боско, а англичанин даже фыркнул от такого неприкрытого тщеславия.

Следующий отряд рыцарей, громыхая, приближался к замку.

— Сегодня поистине день сюрпризов, — заявил итальянец, указывая на щит одного из всадников. — Или вам уже приходилось видеть пантеона?