Поезд смерти
Шрифт:
Джо устроился на своем сиденье с правой стороны кабины. Настроение у него было прекрасное. Стояла лунная ночь, впереди лежали многие мили прямого и ровного пути. Он управлял самым быстрым и мощным локомотивом, когда-либо сделанным человеком. Пилоты реактивных самолетов, гонщики спортивных автомобилей – они не знают, что такое настоящая мощность. Три локомотива весом более миллиона фунтов, мчащиеся со скоростью семьдесят девять миль в час и тянущие за собой пятьдесят груженых товарных вагонов, – вот это энергия! Вот это мощность! Всю жизнь проработав машинистом, Джо все еще не
Итак, все показатели приборов в норме, нет только инструмента для оценки его “второго пилота”. Такой измерительный прибор застрял бы на показателе “ненормальный” или “тупица”. Полчаса назад Томми Тальбот спустился на три ступеньки вниз в передней части кабины и до сих пор сидел на толчке, открыв дверь и спустив штаны к щиколоткам. Он весело разговаривал сам с собой о том, какая у него тонкая психика. Всю жизнь его преследуют совпадения и предчувствия – если хотите, можете назвать это интуицией.
– Вот, например, прошлой ночью, – говорил он, размахивая руками и задевая стенки кабинки, – мне приснился сон, что во время этой поездки в Сан-Франциско мы вдруг взвились в воздух. Знаете, как? Мы развили такую скорость, что взлетели на небо и двигались по воздуху, как Мэри Поппинс или всадник-призрак. Люди задирали головы вверх и смотрели, как мы летим на фоне луны. Думали, наверно, что это Санта-Клаус на своих оленях.
Джо дал гудок в надежде вытурить Томми из кабинки. Напрасно. Тот пустился в воспоминания о своем детстве.
– Когда я был мальчишкой, я любил смотреть на товарные поезда. Больше всего нравился выступ на передней части локомотива. Я думал, что там находится пульт управления или атомная станция. Таинственный нервный центр, гигантский мозг. Понимаете, о чем я? И вот, помню, я в первый раз попал в кабину локомотива и открыл дверь в это секретное отделение. Что же там оказалось – туалет! Я был жутко разочарован! Машинисты представлялись мне богами, которым не нужны уборные.
Джо должен был признать, что рассказ смешной, и он, против своей воли, рассмеялся.
Из громкоговорителя послышался треск.
– Окленд – 7661-му. Вы слышите меня? – Голос был очень слабый. Предполагалось, что диспетчер из Сакраменто будет вести поезд до Фэрфилда, затем наступит очередь Окленда. Никогда Джо не слышал, чтобы Окленд объявлялся так рано.
– 7661-й – Окленду. Слышно плохо, но работать можно. Как делишки у нашей малышки? Прием. – Джо знал, что все переговоры с диспетчерами записываются на пленку и высказываться следует серьезно и по существу, но это противоречило его натуре. Когда-то начальство пыталось уговорить его бросить свои шуточки, но уже давно отказалось от этой затеи.
– Окленд – 7661-му. Что-то случилось с диспетчерской в Сакраменто. Не можем связаться с ними ни по телефону, ни по радио. Похоже, перебой с подачей энергии. Прием.
– Правда? Проезжал там несколько минут назад и разговаривал с ними. Прием.
– Окленд – 7661-му. Мы тоже, но они неожиданно отключились. Поэтому вести вас будем мы. Где вы находитесь?
– 7661-й – Окленду. До Фэрфилда десять минут хода. Только что прошли отметку пятьдесят девятая миля.
– Окленд – 7661-му.
– Подождите минутку, мы идем в режиме “зеленая улица”... У нас право первоочередного продвижения. Прием.
– Окленд – 7661-му. У нас есть приказ провести вас в Окленд как можно быстрее. Вы первые подходите к запасной ветке. Это Джо Дори? Не спорьте. Сворачивайте на запасный путь. Подтвердите. Прием.
Джо устало вздохнул.
– Хорошо, Окленд. Приближаюсь к предупредительному сигналу. Конец связи.
На следующих двух милях Джо сбросил скорость до пятнадцати миль в час. Состав полз так медленно, что, когда Джо высунул голову в боковое окно, ветер дул ему не в лицо, а в затылок. Он попытался соединиться с Сакраменто по радио; Окленд был прав – Сакраменто не отвечал. Вот тебе раз: диспетчерская, с которой нельзя связаться! Если вышла из строя их главная радиоустановка, почему они не пользуются запасной? Перебой с энергией тоже не причина – у них есть аварийные генераторы. Покачав головой, Джо тихо присвистнул. Кто-то в Сакраменто сидит по уши в дерьме.
Свернув направо, “Сабля-1” очутилась на двухмильном запасном пути Фэрфилда. Сейчас же из громкоговорителя раздался голос проводника служебного вагона.
– В чем дело, Джо? Остановился купить сигарет?
– Приказ из штаба. Должны пропустить встречный. Надеюсь, это не помешает партии в покер.
– Да что ты! Мы можем с рельсов сойти, а эти ребята будут сдавать карты.
Глядя из окна, Джо наблюдал, как последние вагоны сворачивали на запасный путь. В туалете Томми Тальбот распевал популярные песни прошлых лет, переделывая слова по-своему.
– Эй, закрой дверь или заткнись! – закричал Джо. – Я люблю оперу.
– Тысяча извинений!
К тому времени, когда “Сабля-1” доползла до западного конца запасного пути, встречный уже прошел, и, связавшись с Оклендом, Джо получил разрешение следовать дальше. Вернувшись на главный путь, он передвинул рукоятку с третьего деления на восьмое. В шуме двигателей прицепных локомотивов Джо услышал какие-то изменения и нахмурился. Что-то не в порядке с ускорением. Он окликнул Томми:
– Ты закончил? Я иду проверить прицепы. Нагнувшись в сторону и посмотрев вниз, он увидел, как тот вытирает свою задницу.
– Сию минуту, шеф.
Не стоит его дожидаться, решил Джо. Он уже придумал, как обезвредить рукоятку бдительности. Целый час он экспериментировал, подвешивая к ней различные предметы, пока не нашел подходящий. Часы с цепочкой и брелоком оказались слишком тяжелы; они опускали рычаг вниз и не давали ему вернуться на место. Зато кольцо с ключами, если снять ножик швейцарской армии, подходило идеально. Он повесил на пояс фонарик и, улыбнувшись, подумал, как легко можно провести этих умников-инженеров. От дураков защиты не бывает!