Пограничник
Шрифт:
— Опасная игра, — покачал сеньор головой. — Но почему-то я в вас верю, юный сеньор. Наверное потому, что я ещё не встречал сеньоров в таком юном возрасте, ставящих такие амбициозные задачи. И главное, правильно понимающих суть ситуации, а не просто ограничивающихся посылами «пограбить» и «показать удаль и заработать славу».
— Тогда давайте вернёмся к сути моего предложения? — заулыбался я.
— Конечно. Сеньор прокашлялся, пригубил вина. — Я вас слушаю.
— Первое — никаких кандальников! — строго отрезал я. — Никаких насильно удерживаемых прикованных к шахте крепостных. Шахта будет разрабатываться…
— Та-ак! — Сеньор отложил ложку и задумался. — Прошу, продолжайте, сеньор Пуэбло. Я о своём думаю, о реализации.
— Шахта заключает договор с артелью копателей, — продолжал я. — Часть добытой руды артельщики отдают сразу, наша доля за аренду, часть мы можем выкупать по фиксированной цене. Обязательное условие — использование колёс. Тут есть ручьи, можно сделать их маленьких, но несколько. Колёса отводят воду, а ещё посредством мехов мы обеспечиваем приток в шахту свежего воздуха, или наоборот, вытягиваем оттуда пыль и газы.
Кивок, сеньор мысль понял.
— Всё это входит в комплектацию шахты, то есть создаём это мы. Но обслуживают они, за свой счёт. Также нужно прописать, что высота штолен и проходов должна быть больше, чтобы человек…
— Они сами это сделают, — улыбнулся сеньор инженер. — Высоту. Для удобства. Поверьте, граф, на шахтах Валенсии, где используется труд вольных артельщиков, рабочие сами приводят штольни и штреки в нужный им порядок. Но вот колёса и водоотводы за счёт владельцев… — Покачал головой. — У нас артели на этом экономят.
— А мы экономить не будем. — Я подленько усмехнулся. — Пусть лучше меньше получим прибыли, зато мощности шахты будут работать на полную, без недостатка рабочих рук. Да и собственно рабочие руки благодаря колёсам освободятся, и вновь мы получим увеличение выработки при том же количестве работников.
А ещё есть мысли использовать рельсы для тележек для глубоких штолен. Пока я таких не видел, но это вторая шахта, а их тут около десятка.
— Ох, хитёр, сеньор граф! Вы очень хитры! Истинно, Дьявол! — Инженер вздохнул. — Я верю вам. Вы сможете получить шахты. А потому учту все замечания и сделаю подготовительную работу. Также у меня есть контакты гильдий артельщиков Валенсии — дам им знать, что к Декабрю, возможно, тут будет работа. Но что если работы не будет? — пронзил он меня вопрошающим взглядом.
— Я оплачу их переезд сюда, а также отсюда, кто решит уехать, и питание здесь, пока будут ждать. Можете приглашать рабочих. Если, конечно, выживу.
— На всё воля господа! — Сеньор перекрестился. — Я буду молиться за вас.
Гражданские все вышли, за столом управления виа остались только бароны, несколько ключевых десятников и дядюшка. Ну и Ингрид, её сложно отнести к какой-либо категории, но девчуля собралась драться, искать себе мужа, и настрой серьёзный — пусть вникает. Не стану держать её в тылах, она уже показала, что способна на такое, на что не каждый мужчина решится.
— Мы шли со всей возможной скоростью, — начал Алькатрас, как глава осаждающего войска. — И успели. Кто-то, конечно, голубями предупредил, но в Феррейросе к предупреждениям отнеслись скептически.
— Не поверили, — подсказал более простое слово Ковильяна.
— Возможно потому, граф, что ты пошёл в сторону Овьедо, — подсказал
— Но вы взяли и с марша, не успев развернуть лагерь, отсекли их ворота, — ухмыльнулся я.
— Нет, вначале прошлись по окрестностям и согнали в одну сторону весь пасущийся скот. — Алькатрас довольно улыбнулся. И только после стали расставлять лагерь.
— Лагерь устроили около Западных ворот. Хотя посёлок виа ближе к Северо-Западным. Почему так? — недоумённо нахмурился я. — С точки зрения защиты посёлка от вылазки я бы у северо-западных поставил.
— Тут место лучше, — ответил Ковильяна. — Ручей. Холм. Я настоял, Рикардо.
— А я согласился, — уверенно кивнул Алькатрас. — Но после мы, по примеру Магдалены, разнесли остроги по всему периметру города. Правда без соколов, но ты такую задачу и не ставил.
Под словом «острог» попаданческая память перевела небольшое земляной укрепление, ров с выкопанным валом, ромбовидный, внутри которого несёт службу дежурный десяток. Палатки для солдат, шалаш из подручных средств для лошадей. Поверху вала — ёж, бревно с приколоченными поперёк острыми палками. Для чего? А чтоб перехватывать пеших лазутчиков, перебирающихся через стены. Как мне потом сказали, четверых или пятерых в первый день поймали. Но горожане стали посылать лазутчиков в дневное время, а ночью видно плохо. Так что город не был всё это время в полной изоляции. В посёлке некоторые наглые рожи постоянно мелькали, но Ковильяна, заведовавший контрразведкой, приказал не трогать, если только они не несут домой мешки с зерном или мукой. Этих его люди перехватывали — человек с мешком ощутим издалека даже ночью. Правда, забрав зерно, лазутчиков отпускали, они исчезали, но вскоре появлялись в посёлке вновь. Посёлок даже с беглого взгляда представляет собой тот ещё Вавилон — фигова туча что-то делающего и куда-то снующего народа, затеряться можно.
— Через пару часов, как городские пришли в себя, — продолжил Алькатрас, — к нам послали городскую рать. — Под этим словом память попаданца имела в виду рыцарей на службе города. Фактически это наёмники, получающие из казны бурга деньги на содержание. Вооружены как рыцари-тяжи, и по сути таковыми являются. Но рыцаря кормят крестьяне, приписанные к выделенной ему земле, рыцарь живёт за счёт этой земли, получаемой за службу, а этих за свой счёт содержит город. Но более никаких различий меду ними нет. Ах да, как правило, рать состоит из самих горожан, на семьдесят-восемьдесят процентов. Предки Клавдия, например, считались потомственными генералами городской рати Магдалены. А потому, что житуха — не бей лежачего; это бароны у нас по арьербану каждый год на фронтиры ездят, да на войну в случае чего. А рать — только если король большую войну объявит. Город-то королевский!
— Почти сотня, все в доспехах, как на парад. — Алькатрас насупился, сжал кулаки. — Пришлось их стрелами учить. Первый залп — с недолётом. Второй — по ним.
— Попали? — весело хмыкнул я.
— А то! Людям вроде ничего, у них у всех отличные доспехи. А коней немного посекло. Но главное, подъехали люди Ричи, — кивок на Ковильяну, и мы в боевой строй встали. Они эдак от нас охренели, но кровь лить не стали. Развернулись и назад в город поехали.
— После чего прибыл глава города…