Шрифт:
Евгений Акуленко
ПОГРЕМУШКА ДЛЯ РОБОТОВ
"Ничего не буду делать!" - решил Леха и украдкой зевнул.
Мало того, что ему выпало счастье неделю киснуть на Карьере, так его еще и заслали в командировку попутным танкером, не удосужившись потратиться даже на курьерский шлюп. И вместо шести часов комфортабельного перелета он вынужден был четверо суток болтаться в каюте с весьма условной гравитацией и делить с экипажем удобства.
Директор Топорков вел флай-платформу лично, попутно
– Равшаны!.. Узбекпром ваш папа!.. Нет, ты видел?
– последнее относилось уже к Лехе.
Посреди одного из рукавов ангара, раскинувшегося по планете многокилометровым пауком, высилась неслабая гора торциевой руды, почти достающая верхушкой до потолочных ферм.
– Такое бывает, - Леха с трудом подавил зевок, захлопал слезящимися глазами. За четверо суток организм выработал постоянную привычку спать, - если софт на диспетчере старой версии...
Топорков пробурчал что-то невразумительное. Добывающая компания экономила на всем, в первую очередь на программном обеспечении.
Платформа опустилась рядом с карьерным экскаватором. С высоты отчетливо просматривалась вмятина на верхней защитной плите, больше напоминающая воронку от взрыва. По искореженному металлу ползал техник, лично осматривая повреждения. В сторонке, подле отполированного до зеркального блеска ковша нервно подрагивали два ремонтных кибера.
– Петрович, ну что там?
– директор подпустил в голос фальшивой надежды.
– ..здец!
– развеял иллюзии техник.
– Упокой его душу...
– Это только за неделю третий!..
– Топорков потыкал в стальную махину пальцем.
– У меня все графики летят к чертям...
Леха скорбно покивал.
– Под гранитную плиту подкопался, бедолага, и...
– техник неслышно опустился позади на антигравах, хлюпнул носом.
Был он собой небольшого росточка, тщедушный, лет сорока пяти на вид. Эдакий хлипкий живчик.
– Вот, программиста к нам прислали, - кивнул директор.
– Знакомься...
– Петрович, - техник протянул пятерню, предварительно помусолив ее о штаны.
Дышать он старался в сторонку.
– Ле... Алексей, - представился Леха.
– Они ж для меня как дети все, - пояснил Петрович.
– Каждый, понимаешь, со своими делами, - техник покрутил пальцами у виска.
– Вот как объяснить? Два бульдозера, работают в одном месте. Один вечно вычухается - места живого не видно, второй сроду чистенький...
– Опять употреблял?
– Топорков нахмурился.
– Исключительно в медицинских целях, - Петрович не стал отпираться.
– Зуб больной заполаскивал...
– В медотсек сходить не судьба?
– Щщас, ага! Чтобы я свое здоровье автомату доверил с непредсказуемой натурой!.. С вахты сменюсь, схожу к доктору к нормальному, - Петрович бросил на Леху вороватый взгляд, деликатно увлек директора под локоток и принялся вполголоса что-то втолковывать.
– Отстань ты от меня со своими бреднями! Перед людьми хоть не позорь!
– вырвался Топорков.
– Вот специалист. Разберется!..
Лехе предоставили
Безжизненный мир с длинным кадастровым номером превратили в один сплошной рудник. Добывающая компания вытрясет из коры весь минерал и переберется на другую планету. От унылого однообразного процесса шахтеры дичают со скуки и начинают доставать поставщиков оборудования рекламациями. Вот, в чью-то нездоровую голову пришла мысль, будто бы частые поломки техники связаны со сбоями в программном обеспечении. Бред!
Леха ощущал себя новобранцем, которого кинули под танк. Мол, съезди, погляди. Пообщайся с клиентами. А чего тут глядеть? Этот софт стоит по всей галактике. Работает годами. Леха вздохнул и лениво пробежал глазами сводку происшествий. Упавшая глыба, термальный выброс, молния, неизолированный участок силовой магистрали, падение с высоты вследствие осыпавшегося склона... Сплошной форс-мажор, короче. Для очистки совести Леха погонял с полчасика тестировщик на центральном терминале и чувством выполненного долга запустил любимый "Декаданс", тыкнув по привычке в мультиплей. Здесь его ожидало еще одно разочарование. Субтрансферный канал с Рудника поднят не был и значит всем чатам и мультиплеям можно смело помахать хвостиком.
"Декаданс" в сингле не рулил. Угловатые диалоги и предсказуемое поведение ботов убивало неповторимое очарование игрушки напрочь. Ни тебе хитрости, ни коварства. Ни благородства. Ни флирта с девчонками. От скуки Леха пошарил в личных файлах Топоркова, но кроме десятка старых стереофильмов ничего выдающегося не нашел. На Карьере отсутствовала даже местная сеть. Как так можно жить?
"Фигня!" - хрустнул пальцами Леха.
И профессиональной своей рукой установил на центральном терминале сервер "Декаданса". Благо, мощности позволяли. Настроил свободный доступ и задумался над рекламным объявлением для местных: "Карьеряне!" Нет, не так... "Карьеристы! С сего числа начинает халявный фунциклеж новый игровой сервак. Всевозможный велкам и аву плезир!"
Да! Перед таким соблазном никто не устоит! Леха потянулся и отправился на предмет прогуляться.
В цеха переработки Леха соваться не стал. Там едко, пыльно и без скафандра делать нечего. Да и в скафандре нечего. Транспортники вываливают руду в печи. Челноки поднимают выплавленный торий на орбиту. Ничего интересного. Так и ползет себе паук добывающей станции по планете, оставляя позади горы шлака.
В технологических рукавах забавнее. Здесь ангар напоминает муравейник в жаркий день. Сотни механизмов обслуги копошатся в крайней своей занятости, ездят, летают, вышагивают на опорах. Ремонтники, уборщики, заправщики, упаковщики, многоцелевые универсалы - пехотинцы на полях сражения во имя человеческой ненасытности.