Погружение
Шрифт:
Через несколько минут после того, как заканчиваю смотреть, получаю сообщение от Кайли с пожеланием удачи. Она спрашивает, собираюсь ли я все еще отправиться к Сиенне завтра вечером. Когда отвечаю ей, что я гребаный трус, Кайли желает мне удачи еще раз.
И потому не удивительно, что когда позже тем же вечером я иду в близлежащий бар, последнее хорошее воспоминание о Сиенне доминирует в моих мыслях. В этих воспоминаниях она выходит из ванной гостиничного номера в Атланте, одетая в
– Когда мы закончим сегодня вечером, – говорю я, притягивая ее к себе, – то порву эту чертову штуковину на части и привяжу тебя к четырем столбикам кровати, вон там.
Даже несмотря на то, что Сиенна уже знакома со всеми столбиками кровати, она все равно бросает на них взгляд.
– Ты ведь не по-настоящему хочешь разорвать мое платье, – выдыхает она напротив моего рта.
Я провожу языком вдоль ее мягких губ, прежде чем припасть своими губами к ее шее.
– А почему бы и нет?
– Мне нечего будет носить, если ты станешь рвать всю мою одежду.
Я рычу напротив центра ее горла.
– Тогда я куплю тебе другую одежду.
– И ее, вероятно, постигнет та же участь, – говорит Сиенна, ахая, когда я задираю ее платье и опускаюсь на колени перед ней. – Что ты делаешь? – спрашивает она, а ее дыхание перехватывает.
– Я хочу трахнуть тебя прямо сейчас, – нет, не совсем так. Мне нужно оказаться внутри нее прямо сейчас. Наша потребность стала уже чем-то большим. Мне нужен тот побег от реальности, который нахожу лишь с этой женщиной.
– Лукас, – начинает она, и я сжимаю ее попку, отчего девушка втягивает воздух сквозь зубы. – Вечеринка Силлы, – напоминает она мне.
Знаю, Сиенна волнуется о вечеринке Силлы больше чем я сам, но прямо сейчас меня это вообще не волнует. Ее длинные ноги уже неимоверно дрожат. Сиенна вонзает кончики пальцев в мои плечи, и я стягиваю с нее трусики. А она стонет моё имя еще до того, как я закидываю одну ее ногу себе на плечо так, чтобы суметь провести кончиком языка по ее киске.
Она
– Успокойся, – когда Сиенна дергает сильнее, моя рука шлепает по ее попке, отчего по комнате раздается резкий звук. Девушка дрожит и ослабляет свой захват. – Боже, ты так хороша на вкус.
– А что насчет тебя? – стонет она.
Я дую на ее клитор, лижу и повторяю все снова. – А что я?
– Я хочу доставить тебе удовольствие. Хочу... – но я перебиваю ее, опуская тело девушки на пол, ни на секунду не отрывая язык от ее влажности. Я жду, пока она начнет задыхаться, практически звенеть от удовольствия, а затем останавливаюсь. Прижимаясь к ее губам своими, заглушаю ее стоны, просовываю язык ей в рот и позволяю почувствовать мой собственный вкус, а тем временем я стягиваю свои брюки. Когда отстраняюсь – а это пиздец как непросто – она опускает взгляд своих голубых глаз на мой член.
– Я даже не осознала, когда ты надел это.
Я следую за ее взглядом к презервативу и усмехаюсь.
– У меня множество талантов, – она собирается ответить, но я качаю головой. – Стань на четвереньки, Си.
Однако девушка качает головой из стороны в сторону, прям как я сам. Ее движение быстро сменяются на дрожь, когда большим пальцем я начинаю тереть ее клитор.
– Пожалуйста, я-я хочу видеть тебя, – молит она.
На минуту я опускаю на нее взгляд и наблюдаю, как Сиенна стискивает зубы и бедра, и лишь затем киваю ей.
– Тогда иди сюда.
А потом я просыпаюсь в холодном поту, но знаю, как все закончилось. Знаю, как она ощущалась, какой была на вкус. И как она раз за разом говорила мне, что сильно любит меня, гребаного мужчину, который так обидел ее.
И конечно, пока пью Сэм Адамс, не взирая на то, что на часах три ночи, я вынуждаю себя вспомнить, как закончилась та ночь – как я трахнул Сиенну еще раз.
Потому к тому времени, когда на своей Audi, следующим вечером я приезжаю в Нэшвилл, то знаю, что есть большая вероятность, что все кончено.
Но я включаю плейлист, который сестра создала для меня, включив в него слишком много чертовых песен группы Chevelle, и продолжаю надеяться.