Похищение в Сингапуре
Шрифт:
Квартира номер восемнадцать находилась в конце коридора. Малко нажал кнопку звонка. По словам Джуронга Сантори, Сакра Убин говорила по-английски. В противном случае разговор будет краток, ибо Малко лишь едва владел малайским. В это время хозяйка квартиры должна была уже вернуться с работы.
Он был приятно поражен, когда дверь открыла молодая смуглая женщина. Сари, завязанное под самой грудью, облегало пышные формы. У нее были припухлые, почти фиолетовые губы, чуть вздернутый нос, продолговатые глаза с огромными чернильно-черными зрачками. Они
– Кто вы? – спросила женщина по-английски.
– Друг Джуронга Сантори, – сказал Малко. – Вы Сакра Убин? Он дал мне ваш адрес.
– А, хорошо.
Вцепившись в дверь, она, видимо, не решалась его впустить. Внезапно позади Малко прошел китаец со складным стульчиком в руке и биноклем.
– Что он делает? – спросил Малко. – Подсчитывает птиц?
Легкая улыбка осветила лицо Сакры Убин.
– О, нет, он смотрит за жильцами! Ловит тех, кто выбрасывает бумагу из окна или готовит обед на лестничной площадке. Они еще не привыкли жить в таких домах. В китайском квартале все делали на улице. А здесь штрафуют на 500 долларов за клочок бумаги, выброшенный в окно. Это очень много!
Воистину, Ли Куан Ю пользовался эффективными методами, чтобы создать у людей новые привычки. Снова наступило молчание. Сакра Убин настороженно рассматривала Малко. Он адресовал ей одну из своих самых обворожительных улыбок.
– Могу я войти на несколько минут? Я журналист и хотел бы поговорить о вашем муже.
– О моем муже?
Она, казалось, еще больше встревожилась, но нехотя посторонилась и пропустила Малко.
– У меня мало времени, – сказала она. – Я должна сходить за продуктами.
Проходя мимо, он слегка коснулся ее мягкого бедра, и она сразу же отодвинулась, словно от огня. Ноги ее были босы. Небольшая квартира была скудно обставлена: коврики, китайский буфет и плетеная мебель. Малко сел на затрещавший под ним крошечный диванчик. Вдова появилась из кухни с неизбежной чашкой чая и села напротив, обхватив колени руками. Широкие круги под глазами подчеркивали черноту ее больших глаз. Малко заметил, что ее руки были не слишком ухожены. Она машинально подтянула свое сари еще выше и казалась олицетворением стыдливости.
– Что вы хотите узнать? – спросила она. – Извините, я только что вернулась домой.
Приход Малко, по всей видимости, интриговал ее и беспокоил. Тот выпил глоток чая, прежде чем перейти к делу.
– Я журналист и готовлю статью о господине Тонге Лиме. Я полагаю, ваш муж вел расследование относительно его деятельности, когда...
Сакра Убин вдруг напряглась и помрачнела. Она резко прервала его:
– Я не в курсе всех этих дел. Вам нужно обратиться к нему на работу.
– Я там был, – солгал Малко. – Они ничего не могли мне сказать. Я думал, что ваш муж говорил вам о том, чем он занимается.
Большие черные глаза словно окаменели.
– Он никогда не говорил мне о своей работе.
Было видно, что она лишь искала предлог, чтобы выставить его за дверь.
– Во
– Ваш муж его знал.
Она покачала головой.
– Не думаю. Но я не знаю.
Подтянув снова свое сари к горлу, она приняла чопорный вид, так не шедший к ее полному лицу. Из-под сари показались круглые матовые колени, которые она поспешила прикрыть. Словно Малко был окружен ореолом греха. Она быстро допила свою чашечку чая.
– Не понимаю, что вам нужно, – сказала она нервно. – Я хочу, чтобы меня оставили в покое. Я... Это было таким ужасным ударом.
Малко кивнул, соглашаясь.
– Я думаю. Но изучая обстоятельства гибели вашего мужа, я задался вопросом, не связана ли она с его расследованием...
Сакра Убин снова напряглась.
– Я не понимаю, что вы хотите сказать.
– Это лишь предположение, – признался Малко. – Не могли бы вы разъяснить некоторые обстоятельства, при которых произошел этот несчастный случай с вашим мужем?
Сакра Убин покачала головой.
– Я не знаю... Я не хочу говорить обо всем этом.
Она покусывала пухлую нижнюю губу, показывая ослепительно-белые зубы.
– С кем он должен был встретиться?
– Он мне не говорил. Он ничего не говорил и на работе.
– Как это произошло?
Она помолчала. Очевидно, ей трудно было овладеть собой.
– Его тело нашли утром, на другой день, в болоте возле поселка Пунгол... Его загрыз крокодил...
Она замолчала. Было трудно настаивать на продолжении. Малко видел, что она разговаривает с ним принужденно и нехотя. Ее рассказ в точности совпадал с тем, что сообщил Джуронг Сантори и что было написано в докладе ЦРУ. Он сделал еще одну попытку.
– В Сингапуре много крокодилов?
Она покачала головой.
– О, нет. Они встречаются очень редко. Я так думаю.
Ее голос дрогнул.
– Прошу вас, не заставляйте меня больше говорить обо всем этом.
Но Малко продолжал задавать вопросы.
– Что он делал в этом болоте? Это все-таки странно...
– Я не знаю, не знаю ничего, – почти выкрикнула Сакра. – Спросите в полиции.
Она разрыдалась, и Малко замолчал. Больше из нее ничего нельзя было вытянуть. Впрочем, Сакра уже поднялась, да так резко, что едва не распахнула свое сари.
– Уходите, – сказала она. – Уходите. Я не хочу говорить обо всем этом.
Она почти толкала его к двери, сдерживая всхлипывания, с глазами, полными слез. Дверь захлопнулась за ним, и он вновь оказался в коридоре с серыми бетонными стенами. Ему показалось, что горе Сакры Убин было не вполне искренним. Он спустился на один этаж и вошел в лифт. Оставалось предпринять еще одну попытку и потом довольствоваться ролью простого туриста. Отель «Гудвуд» был по дороге в «Шангри». Когда он вышел на улицу, запах гнили, поднимавшийся от речки Сингапур, ударил ему в нос. Вода была так грязна, что казалась твердой.