Похищенная
Шрифт:
– У нее случилась лихорадка. Это было еще зимой. Письма сюда идут долго.
Тэсс опустила голову. Если бы только пол перестал качаться у нее под ногами, только бы ей удалось сдержаться и не разрыдаться в голос.
– Я… я не верю вам, – сказала она. Но понимала уже, что дядя говорит правду.
– Можешь сама прочитать. Наверное, письмо еще до сих пор у твоей тети.
Рыдания сотрясали Тэсс, и она закрыла себе рот руками, качая головой и пятясь от Макэлби.
Значит, Абби давно уже была мертва. А Тэсс все время мысленно обращалась
– О Боже… – простонала Тэсс. – Почему?
Ведь именно ради Абби она должна была во что бы то ни стало вернуться сюда. Именно ради нее она отказывалась остаться с Вороном. Только ради нее она могла сделать такое.
Откуда-то издалека в ее сознание проник голос дяди. Он обращался к ней, что-то говорил, но она не слышала.
Макэлби налил себе стаканчик бренди. Ей он не предложил даже глотка воды.
Как сквозь туман до нее долетали обрывки его разглагольствований.
– Думай, что делать… Позор для семьи… Майрон не женится…
Слова Макэлби вернули ее к жизни. Тэсс направилась к двери. В тоне голоса дяди она явно слышала опасность.
Слушай свое сердце, учил ее Ворон.
– Я ухожу, – твердо сказала она. – Если я вам не нужна, я уйду. – Она помедлила. Она не знала, куда пойдет теперь, где будет жить. Только бы подальше отсюда.
К ее удивлению, дядя преградил ей путь.
– Ты никуда отсюда не выйдешь, – прошипел он. – Ты мертва! И мне не нужно, чтобы тебя здесь видели. Мы всем сказали, что тебя убили. Мы приняли от всех соболезнования. Мы заказали заупокойную мессу. Для всех ты мертва. Для нас, для всех знакомых, для всех жителей города. Я уже отправил письмо твоей матери!
Тэсс не верила своим ушам. Они похоронили ее!
Но ведь она жива! Несмотря на смерть Ворона, потерю Абби, она жива!
Тэсс вдруг почувствовала в себе какую-то необъяснимую яростную силу. Ей вспомнилось, как, собрав всю волю, не желая сдаваться судьбе, она размахнулась и, ударив могаука веслом, прыгнула в мутную воду реки. Она хотела жить. Жить во что бы то ни стало!
– Уйдите с дороги, дядя, – резко сказала она. – Дайте мне уйти, и я обещаю, что вы больше никогда в жизни меня не увидите.
Макэлби поднес стакан с бренди ко рту и отхлебнул глоток.
– Это уж точно. Я тебя больше не увижу, – процедил он и уперся в косяк двери рукой.
Тэсс кинулась к выходу. Ей удалось проскользнуть под рукой дяди. Выскочив из кабинета, Тэсс побежала через холл. Но ей не удалось сделать и нескольких шагов.
Сильный удар сзади по голове свалил ее с ног. Она потеряла сознание.
29
Когда Тэсс пришла в себя, она с трудом открыла глаза. Ее мучила боль в затылке. Она лежала на мокром и холодном деревянном полу в какой-то темной каморке. Платье было в грязи. Наверное, ее волокли по земле.
Очень болела голова. Тэсс пощупала затылок, там волосы слиплись от крови.
Она
Ею овладел смертельный страх.
Руки Тэсс не были связаны. Она попыталась подняться и не смогла – видно, слишком много потеряла крови.
Передохнув, Тэсс подползла к двери, которую наконец различила в темноте. Дверь была заперта.
– Нужно только сохранять спокойствие, – сказала она самой себе шепотом. – Ты смогла убежать от могауков, избежать смерти в бою с французами. Дядя Альберт – ерунда по сравнению с этим. Ты сможешь его победить. Ты должна.
Где-то жила сейчас другая маленькая девочка, пусть не ее сестра, но тоже одинокое и беспомощное создание. Тэсс знала, что она нужна ей. Сдаваться нельзя.
При воспоминании о сестре у Тэсс сжалось сердце. Ее Абби мертва. Сначала она потеряла Ворона, а теперь – сестру. Боль была так велика, что по лицу Тэсс полились слезы.
Пересилив себя, Тэсс вытерла мокрые щеки. Пока на земле есть человек, которому она нужна, ради этого стоит жить.
Здесь было так сыро и холодно, что Тэсс поняла: где-то рядом должен быть погреб с выходом наружу. Но где?
Глаза немного привыкли к темноте, и она разглядела, что одна из стен сарая выкрашена другой краской. Встать на ноги она еще боялась и стала ползком подвигаться к этой стене, пока не коснулась ее рукой.
Это дверь! Тэсс не верила своим глазам. Она провела ладонью по шершавым доскам, пытаясь нащупать ручку, но в палец впилась острая заноза.
Тэсс снова протянула руку, на этот раз осторожней.
Держась за стену, она медленно поднялась на ноги и тщательно ощупала всю дверь. Никакой ручки. Ее заперли снаружи.
В отчаянии Тэсс стала колотить кулаками в дверь.
– Помогите! – кричала она изо всех сил. – Кто-нибудь! Помогите мне!
Ее голос эхом отдавался в сарае, как в глубоком колодце.
«Это моя могила», – подумала Тэсс и, обессилев, сползла на пол.
Тэсс закрыла лицо руками.
«Не может быть. Я не верю, что это конец. Должен же быть какой-то выход! Хотя, наверное, перед смертью так думает каждый, попавший в беду, – рассуждала она уже почти обреченно. – Ворон, милый, подскажи! Что мне теперь делать?»
Ворон пробирался среди деревьев, окружавших поместье Макэлби.
«Иди туда, откуда все началось», – сказала Женщина Грез. Ворон так и сделал.
На окраине города Аннаполиса он встретил старую индианку. Она рубила хворост. Ворон угостил ее табаком, они сели у костра и разговорились.
Оказалось, что Мэри Кливотер слышала о рыжеволосой девушке, которую зовут Тэсс. Ей рассказывали, что ее украли индейцы. Она даже знала, где Тэсс жила раньше, и указала Ворону дорогу к плантации Макэлби. На прощание старуха благословила его и дала в дорогу тряпочный мешочек с лепешками.