Похитители бессмертия
Шрифт:
— Где ты там застрял, Бессон?
— В оружейной палате, на досмотре, Документ Жен уже выдвигался из щели под одобрительный зеленый сигнал:
— Благодарю вас, вы свободны. Добро пожаловать на планету,
Она прошла. Тут и ронин шагнул к стойке.
— Предъявите, пожалуйста, ваши документы. Он разжал ладонь, с силой щелкнул по шарику. И тот раскрылся, обратившись паучком со множеством подвижных лапок. Сунув «жучка» в приемную щель под щитком, подождал пару секунд и отправил следом личную карточку — получи и успокойся.
«Кроты» проходят этот контроль ежедневно
Ронин опустил глаза на пульт — есть, внедрился, родимый! Экран «игрушки» вспыхнул: на нем стали появляться схематичные фрагменты, постепенно складываясь в цельный рисунок. Тем временем вернулась его ксива.
— Благодарю вас, вы свободны… Ронин прошел следом за остальными, заговорив на ходу тихим ровным голосом:
— Сейчас быстро всем в машину. Как только выпустят — пройти шлюз санобработки и ждать в карантине. — И добавил на всякий случай: — Грабер, закрой рот — все вопросы потом.
Они вышли обратно в приемный отсек, где их ждал «Бычок» — тоже уже, разумеется, просканированный на предмет наличия в нем оружия.
Только зря все это, граждане контролеры…
Ронин нажал кнопку на «игрушке»: по здешним мониторам и прослушкам побежала рябь и пошли шумы — что-то вроде легкой магнитной бури. Одновременно вся контрольно-пропускная система корабля перешла в его распоряжение.
Теперь поиграем!
— В машину, быстро!
Жен и Рунге кинулись к одной дверце — без малого не столкнулись лбами. Грабер задержался:
— Бессон, что ты собираешься де…
Схватив Грабера свободной рукой за загривок, ронин швырнул его к машине — лишних полторы секунды! Сам кинулся ко входу в контрольный отсек, нажимая на ходу кнопки на пульте: щелк — дверь ушла, щелк-щелк — в коридоре откинулся ящик, и в него
грохотом посыпались стволы. Цапнул лучевик и выхватил карандаш со дна — оружие все сыпалось, и даже падало кое-что солидное, но брать сейчас что-то еще значило терять секунды. Теперь обратно в зал. Нужная дверь, судя по схеме, — в противоположной стене. Открыл, выскочил, закрыл, снял помехи.
Уф! Шестнадцать секунд. В недра прорвались. Теперь первое — операторская. По схеме она у нас по коридору направо. И кстати — что оттуда докладывают о происшествии?..
Ронин уже на ходу переключил пульт на контроль внутренней связи.
— …прошу разрешения на временную блокировку портала. Небольшие сбои аппаратуры.
— Черт возьми, Томас! Это так серьезно? Мы не укладываемся в график.
— Да нет, по показаниям ничего серьезного. Но подстройка не помешает. Запорется система — лишние ж сутки здесь проторчим!
— Ладно, займись. Но не больше чем на полчаса. Завтра в шесть утра мы должны взлететь — кровь из носа.
Ронин отключился — он уже находился у двери в операторскую. Вообще-то он собирался открыть ее сам, но теперь просто прислонился
"Так. Свидетель номер один. Видел наши физиономии, машину, все это может описать кому следует.
Вернее — кому не следует. Но убивать все равно не буду: пусть я и киллер, но, черт побери, не мясник, чтобы цдд. прокладывать себе путь к бессмертию по трупам очевидцев. Трупы, кстати, — тоже довольно отчетливый след.
Ладно. Вот и приборная панель, с которой за нами велось наблюдение. И что же у нас показывают приборы? Портал блокирован, это хорошо. Мои орлы сидят перед закрытыми воротами, ждут добро на выезд. Пусть пока посидят — выедем вместе. Так, дальше: запись с нашим участием мы затрем, начиная с момента торжественного прибытия… Есть, готово. Пропускная система уже за мной, плюс аварийка… Стало быть, здесь все чисто. Можно, наносить визит капитану. Вперед!
Народу в коридоре ни души, да оно и неудивительно: пока идет «выгрузка» проходчиков, большая часть команды наверняка отправилась по домам. Завтра к шести они, разумеется, будут на месте. Но до этого времени я уложусь с запасом.
Минуем тренажерную. Какие-то звуки изнутри доносятся. Дальше кухня, там наверняка тоже кто-то есть. Кают-компания, каюты… А запрем-ка мы вас, героические братья-космолетчики, на аварийную блокадку, под простенький трехзначный код. Всех. Кроме капитана. Зашебуршитесь в неволе, начнете ему звонить — он все спишет на Томаса, полезшего строить пропускную систему. А пока капитан будет дозваниваться на коминс Томасу, чтобы накрутить ему хвост, — я уже тут как тут, у него в номере.
Ближайшая каюта к рубке — капитанская. Так уж положено. Если же господин капитан — как там его, кстати? Кажется, О'Рейли. Так вот, если капитан О'Рейли коротает время на рабочем месте, то есть в самой рубке, то и оттуда ему теперь деваться некуда.
Открыв дверь в капитанскую каюту, ронин ступил внутрь.
Хозяин «Боливии» оказался «дома»: мужчина явно за пятьдесят стандартных, но моложавый, с шапкой седых волос, сидел за маленьким столиком, с тоской глядя в монитор, и щелкал кнопками. Реакция капитана на появление в дверях его каюты заматерелого старателя в потертой спецовке оказалась довольно необычной: на звук отъезжающей двери он сначала сухо, не поворачивая головы, осведомился:
— В чем дело? — После чего, осознав, что дверь его каюты открылась перед кем-то, кроме него, то есть что на корабле происходит нечто экстраординарное, оторвал глаза от монитора и смерил гостя изучающим взглядом. А потом спросил: — Ты как открыл дверь?
— Нелегко трудовому человеку добраться до сильных мира сего, — произнес ронин с пафосом, нажатием кнопки закрывая за собой дверь.
— Ну проходи, коли зашел, — сказал капитан. И кивнул на узкую койку, принайтованную к стене напротив: — Садись.