Шрифт:
Александр Шохов
ПОХИТИТЕЛИ ПЛОТИ
Я изучаю нечисть. Такая у меня специальность. Вы можете перерыть все энциклопедии мира, а также алфавитные указатели профессий, а можете не тратить на это время и поверить мне на слово: такой специальности там нет. Но это только потому, что энциклопедии и указатели составляют люди, да еще к тому же далекие от всякой нечисти.
Я тоже был когда-то человеком. Самое забавное, что тогда я тоже изучал нечисть. Давно это было. Даже не берусь сказать, сколько лет назад. Меня, помнится,
центральная улица освещалась настоящими электрическими фонарями. По тем временам это была роскошь.
Я расположился в небольшой уютной гостинице. Было уже довольно поздно, поэтому, как ни мучило меня любопытство, а пришлось все дела отложить до пробуждения.
Внештатный кореспондент, житель этого города, написал нам о том, что в N-ске начали исчезать люди, купеческие лавки, экипажи и прочие более мелкие предметы. Началось это около месяца тому назад, и полиция сперва решила, что тут работает какая-то хорошо организованная шайка; однако скоро стало ясно, что разбойникам такие дела не под силу. Обратились к священникам: те помахали кадилами, помолились, приняли еще какие-то свои меры, но безуспешно: исчезновения продолжались.
"Жители, - писал далее кореспондент, - терпят все это с величайшим мужеством, и даже потеряв близких, не теряют надежды."
Письмо нас, помнится, крепко заинтересовало, и меня послали на место, пообещав увеличить гонорар "за риск". Впрочем, мне так и не представился случай узнать, во сколько была оценена моя персона - этого гонорара я не получил.
Безмятежно проведя ночь, утром я встал в самом веселом расположении духа и, приведя себя в порядок, направился в ресторацию завтракать.
Было уже одиннадцать, когда, вооружившись тростью, я направился к нашему внештатнику. День был солнечный, улицы пустовали: изредка проедет экипаж или пройдут несколько дам, скрывающихся под вуалями от солнца и мужчин. Я шел, насвистывая какую-то мелодию, и, наконец, остановился перед нужным домом.
Дверь открыл сам хозяин.
– Не ожидал, что вы приедете так скоро,- произнес он после взаимных приветствий.- Как прикажете величать?
– Аркадий Иванович Чепцов, - ответил я.
– А я Петр Петрович.
– Очень приятно.
– Не изволите ли пройти в кабинет? Там нам будет удобно.
Маша! Изготовь чаю, - крикнул он куда-то.
– Покорнейше благодарю, только позавтракал.
– Нет-нет, чашечку, я вас прошу. Да и потом пройдет ведь время, покамест мы будем беседовать. Садитесь.
Я сел в кресло, не успев хорошенько рассмотреть темный кабинет: окна были зашторены. Петр
почему-то провинциалы всегда смотрят на столичных журналистов как на полубогов.
– Мы прочли ваше сообщение - сказал я, чтобы как-то начать разговор - с тех пор, наверное,случилось много нового?
Я очень боялся в ту минуту, что Петр Петрович скажет: "Нет, ничего не случилось." Но он меня не разочаровал.
– Случилось, Аркадий Иванович. Он наклонился ко мне и продолжал театральным шепотом: - Говорят, сегодня ночью исчезнет дом Закудыкиных.
– Помилуйте, Петр Петрович, откуда же вам это известно?- изумился я.
– Простите, Аркадий Иванович?..
– Откуда вам это известно?
– повторил я, подумав, что собеседник чего-то не расслышал.
– Что именно?
– Что исчезнет дом Закудыкиных, - чувство досады разлилось во мне.
– Не дай Бог! Кто вам это сказал?
– Да Вы же, Петр Петрович, вы же, всего минуту назад!..
– Разыгрываете...- собеседник с надеждой искал улыбку на моем лице.
– Помилуйте, Петр Петрович. Может, мне и послышалось. Но есть ли в вашем городе Закудыкины?
– А как же? Кто не знает купцов Закудыкиных...Оне ведь мехами торгуют, и продуктовые магазины имеют-с... Кто же их не знает...- собеседник выглядел несколько настороженным, глазки его не могли ни на чем остановиться.
– А где их дом?
– Да вот напротив. Извольте взглянуть... Петр Петрович
встал и, подойдя к окну, дернул за шнурок. Открылась улица.
– Вон там... с коньком на крыше. Я посмотрел.
– А что,
исчезали уже дома?
– Помилуй вас Бог, Аркадий Иванович! С
тех пор, как на- писал вам репортаж, все стихло: никто не пропадал, а всех исчезнувших нашли недалеко от города, в близлежащих деревнях.
– А ларьки, экипажи?..
– Как ни допытовались у них - без толку. Ничего не помнят.
– А могу я поговорить с кем-нибудь из них?
– А как же! Нынче вечером могу некоторых пригласить на чай, тут и поговорите.
– Спасибо, Петр Петрович.
– Петр Петрович, чай поспел, - пробасила огромная краснолицая баба, заглядывая в дверь.
– Не изволите ли откушать чашечку ?
– спросил хозяин.
– Право, Петр Петрович, сердечно благодарен...
– Ну уважьте, Аркадий Иванович... Пришлось согласиться.
Ох уж это русское гостеприимство! Любого проходимца чаем напоят, будь то хоть сам Агасфер... Во
время чаепития напряжение несколько спало, Петр Пет- рович оживился, принялся рассказывать о местных жителях. Я спросил, много ли немцев в городе.
– Да почитай половина, - отвечал хозяин.- Народ мирный, трудолюбивый, не чета нам, русским. Русские они свиньи все.