Поход
Шрифт:
– Труба посреди леса? – поднял бровь Вася, – даже интересно.
– Домик бабы Яги! – весело хохотнул Лёня, – го туда, кто со мной? – и тут же нырнул в кусты по направлению к странному сооружению. Четверо его спутников переглянулись и тоже направились вслед за товарищем.
Вскоре они вышли на изрядно заросшую, но, всe же, легко угадываемую под густым зеленым покровом лесную дорогу. Было видно, что наезженные колеи не видели транспорта уже не один десяток лет, местами прямо посреди дороги вальяжно раскинулись разлапистые заросли, упрямо шагающие своими побегами во все края, где-то пришлось переваливаться через полуистлевшие стволы поваленных деревьев. Наконец, из-за очередного заворота
– Это явно котельная, – авторитетно кивнул в его сторону Годзилла, – а это… – он нахмурился и огляделся по сторонам, – пилорама, что-ли? – предположил молодой человек, зацепившись взглядом за кучу потемневших от времени брёвен, уложенных вдоль накренившегося полусгнившего забора.
– Смотрите, какой раритет! – ахнула Марианна и тут же поспешила к огромному трактору, стоящему в дальней части территории, – чур я первая фоткаюсь!
Старый, накренeнный на бок раритет представлял собой частично разобранный гусеничный ДТ-75. Лишенный гусениц он сонно опирался на рыжие от коррозии катки, постепенно врастая в землю и утопая в обволакивающей его траве. Ярко-жёлтая кабина, точно ягуар, была побита рваными, неровными пятнами ржавчины, краска шелушилась и топорщилась тонкой чешуёй по краям ржавых проплешин. И только по странности уцелевшее лобовое стекло безразлично отражало лениво плывущие по синему небосводу облака. Марианна взобралась на подножку и дeрнула за ручку. Дверь на эту попытку никак не прореагировала и безразлично осталась на месте. Тогда она перекинула ногу через лишённый стекла проём и оказалась в кабине.
– Бли-и-и-н, – разочарованно наморщила носик девушка, – а где руль? Я что, без руля фоткаться буду?
– В гусеничном тракторе нет руля, – пояснил подошедший Стасик, – он рычагами управляется. Тебя сфоткать?
– Да, давай! – тут же, забыв о разочаровании, повеселела Марианна и, откинув со лба прядь волос, лучезарно улыбнулась, – потом покажешь, я лишнее удалю! Скинешь мне, когда интернет словим.
Стасик сделал несколько снимков с разных ракурсов и передал смартфон уже протягивающей в нетерпении руки девушке.
– Норм, – коротко резюмировала та и тут же вернула телефон владельцу, после чего вынула из кармана свой, весь в стразах и разноцветных блeстках, и, вытянув руку вперёд, слегка сощурила глаза, – а теперь – селфи! – торжественно произнесла она, и смартфон несколько раз щeлкнул, имитируя затвор фотоаппарата, и вернулся в задний карман джинсов. Марианна стала выбираться из кабины так же – через окно. На полпути её вязаная кофточка зацепилась за скол в проeме, и материя угрожающе затрещала, – ой, застряла! – с виноватой улыбкой выдавила из себя девушка, а потом умоляющим голосом заканючила: – Стасик, помоги!
Парень тут же вскочил на подножку и осмотрел застывшую в неудобной позе подругу.
– Не, тут тебе сначала назад нужно, – определил он с ходу масштаб трагедии, – так не отцеплю, слишком длинная штуковина зацепилась.
Марианна послушно подалась назад и снова оказалась в кабине, а Стасик дёрнул на себя ручку и за несколько рывков, сопровождаемых истошным жалобным стоном ржавых петель, открыл дверцу.
– Ну вот, – улыбнулся он и подал руку девушке, – так удобнее вылазить.
–
Остальные, тем временем, разбрелись по территории лесопилки. Юля отправилась изучать содержимое помещений, а Лёня с Васей стояли у подножия трубы и о чём-то переговаривались.
– Здесь интерьер как из фильма ужасов! – послышался гулкий, помноженный эхом голос из котельной, – фу! Вся в паутине теперь! А из печки как из ада гудит! – после из узкой щели, образованной дверным проeмом и перекошенной, намертво застрявшей в земле дверью, выбралась перепачканная Юля и тут же принялась отряхиваться и с гадливым выражением снимать с лица налипшую паутину, – смотри, Маришка, какие фотки наснимала!
Марианна взяла у подруги телефон и с азартом принялась листать фотографии.
– Что ваши трактора да котельные! – надменно улыбнулся Лёня, – вот сейчас будет царь-селфи! Годзилла, давай!
Вася послушно согнулся и подставил другу сомкнутые в замок ладони лодочкой. Лёня положил ему руки на плечи и поставил ногу в приготовленную подставку. Годзилла резко разогнулся, подкинув худощавого Лёню вверх. Этого хватило, чтобы парень ухватился одной рукой за нижнюю скобу лестницы, уходящей вверх по гладкой поверхности трубы.
– Ты что задумал!? – тут же вспыхнула Юля, – Лёня! Даже не думай!
– Что, завидно? – осклабился новоиспечённый скалолаз, болтаясь, будто обезьяна, на одной руке.
– Ты дурак совсем?! – присоединилась Марианна, – этой трубе больше, чем нам всем вместе взятым! Здесь высота с десятиэтажку!
– Короче, ловите, если что, – усмехнулся Лёня и, схватившись за перекладину второй рукой, ловко подтянулся и переставил руку на следующую скобу.
– Идиот… – подвела итог поведению товарища Юля, и все четверо напряжённо уставились на поднимающуюся вверх по трубе фигурку. Где-то на середине парень остановился и застыл на месте, взяв скобу в захват согнутым локтем.
– Хватит уже! Делай селфи и слезай! – сложив ладони рупором прокричала Юля.
– Я никогда не останавливаюсь на полпути! – запыхавшимся голосом ответил Лёня, – сейчас, минуту передохну и дальше полезу. Всe норм!
Даже внизу было слышно, как угрожающе и недовольно гудят скобы, когда парень по очереди перебирает по ним руками. Но вот совсем маленькая уже фигурка человека достигла-таки самой вершины трубы и влезла на небольшую, состоящую из тонких прутьев, площадку.
– Я король мира! – донеслось до скованных напряжением зрителей из-под самых облаков, – вот это вид! Закачаетесь! – было видно, как Лёня достал из кармана телефон и, вытянув его в ладони, снимает себя, вращаясь во все стороны, – там дальше остров какой-то есть с усадьбой и ветрогенератором! – снова прокричал он, – но далеко отсюда!
– Спускайся уже! – крикнула а ответ Юля, – сейчас без тебя уйдём!
– Ладно! Ещё пару снимков и ползу вниз!
Спустя ещё одну бесконечную минуту он всё-таки покинул площадку и начал спускаться. Всe это время в компании друзей, стоящих у подножия трубы и задравших вверх головы, царила полная тишина, слегка гудящая от висевшего напряжения. Разбил эту тишину хруст кирпича, а следом за ним металлический звон. Одна из скоб, раскрошив кирпич, выскочила из кладки под ногой наступившего на неё человека и с дробным звяканьем поскакала вниз. Девушки, как по команде, взвизгнули и закрыли лица ладонями, Стасик заполошенно ахнул, открыв рот в немом возгласе, а Вася ринулся к подножию трубы. Сухое крошево ветхого кирпича глухо пробарабанило по траве, а следом стукнулась о землю кривая перекладина. Лёня повис на одной руке, судорожно суча ногами по вдруг ставшей гладкой трубе.