Похоть
Шрифт:
– Зачем «Элите» просить меня соблазнить тебя? – фыркнула она. Хороший вопрос. Просто это чертовски странно, что задание дано мне, а всю работу за меня решила сделать Лилиан. – Я думала, ты этого хочешь, – невесело рассмеялась она, надевая туфли и хватая сумочку. – Увидимся на консультации через неделю, – бросила мне Лилиан через плечо и вышла как ни в чем не бывало.
К черту все это, мне нужно поговорить с Гордыней.
Доехав до конца улицы,
– Привет, – нерешительно начал Бог.
– Что ты здесь делаешь?
– Ты сказал делать все, что потребуется, – напомнил он мне.
– Ах да, кто-то, похоже, понял это чересчур прямо. Машина моей мамы, Бог? После всего, через что она прошла со смерти Робби?
Стиснув зубы, он хлопнул ладонью по рулю.
– Это всего лишь машина. Теперь у нее есть новая. Я в «Элите» только ради тебя! – последнее слово Бог буквально прорычал. – А теперь я слышу, что ты сдал свою монету? И из всех возможных людей я узнаю это именно от Гордыни, черт бы тебя подрал?
У него проблемы с Гордыней?
– Я не попаду в «Элиту», – признал я. От осознания реальности произошедшего меня затошнило. Прямо сейчас я не знал, что делать с учебой, жизнью и всем остальным. Я не видел ничего дальше Честити.
Она – единственное, что имело значение. Но я знал, что Бог не поймет этого, пока однажды подобное не произойдет с ним.
Я чувствовал себя так, словно меня всю жизнь держали под водой, а теперь вытащили на поверхность и позволили вдохнуть воздух.
– Тебе ведь нужна была «Элита». Это была твоя идея. Твой план, – вскипел Бог.
Я согласно кивнул.
– Знаю, но они запросили то, что я никак не могу им дать. Я расскажу все Гордыне и остальным при нашей следующей встрече. Меня заменят.
После этих слов Бог поднял окно и с визгом рванул с места.
Глава 29
Жертва. Это когда вы любите кого-то и готовы отказаться от желаемого в пользу того, что было вам действительно необходимо – Честити. Я хотел сделать свою девочку счастливой, видеть улыбки, касаться ее и любить.
Передача монеты стала одним из самых трудных решений. Но таков был единственный выход. Я никак не мог выполнить задание. И новое тоже было призвано уничтожить Честити. А все ради того, чтобы добраться до ее отца? Почему было не попросить просто побить ублюдка?
Это было обидно, черт побери, но другого выхода нет.
Когда я приехал в кампус, на парковке стоял Гордыня, прислонившись к машине Алчности и скрестив на груди руки. Его лоб пересекала глубокая морщина.
Когда я припарковался на соседнем месте, Гордыня открыл мою дверь и сел на пассажирское кресло.
– Привет, – осторожно начал я.
– Знаю, что это, должно быть, очень сложный
Гордыня положил мне на ладонь монету и кивнул.
– Я проинформировал остальных о твоем статусе.
О чем он говорил, черт возьми?
Увидев мое замешательство, он удивился.
– Ну, видео? – сказал Гордыня так, будто от этого мне стало понятнее.
Достав телефон, он пару раз нажал на экран, и я услышал, как запиликал мой сотовый.
Внутренности скрутило в комок, а кровь в венах застыла.
На видео были мы с Честити, запись с карнавала позади тех волшебных зеркал или как они там назывались, черт возьми.
Я пожирал ее киску, а на лице Честити засиял восторг, когда она достигла оргазма. «Мать вашу».
Видео было снято на сотовый, который, похоже, держали у выхода из подсобки.
Стыд и чувство вины мгновенно затуманили разум. «Это убьет Честити».
– Это не ты послал? – спросил Гордыня.
– Что? Черт, нет, конечно. Откуда это взялось?
– Номер не высветился. Я решил, что ты послал его с телефона, на котором записывал. Значит, вы не знали, что вас снимают?
«Он что, совсем идиот?»
– Нет, – проскрежетал я, внутри вспыхнул гнев.
– Что ж... дерьмово.
– Ты это пересылал еще кому-нибудь?
«О Боже, а что если запись уже стала вирусной и передавалась от одного к другому, благодаря кому-то, кто хотел насолить мне или Честити? А может, нам обоим. Или же кто-то случайно увидел нас и повел себя, как придурок?»
– Я переслал это «Элите», Рэтт. Прости, брат. Я решил, что ты передумал.
– Черт. Черт. Черт, – рыкнул я, ударив руками по рулю.
– Может, есть какой-то способ вычислить отправителя? – хмыкнул Гордыня.
– Это уже не имеет значения, черт побери. Видео в сети, – выдохнул я и прикрыл глаза, пытаясь отогнать надвигавшуюся головную боль.
– Мне очень жаль, Рэтт.
С этими словами Гордыня открыл дверь и вышел.
Идти по коридору было пыткой. Я рассматривал всех, кто проходил мимо. Обычно я терялся в собственных мыслях, но не сегодня. Этим утром я изучал каждого, кого видел, мать вашу.
Они знали? Видели запись? Сами ее сделали?
Я избегал Честити, что стало моей личной формой пытки. Она была единственной, с кем мне хотелось разделить всю чудовищность ситуации. «Я потеряю ее? Поверит ли она, что это не я?»
Конечно, угол обзора это доказывал.
Я едва переставлял ноги, тащась на еженедельную встречу с Лилиан. Она чертовски странно себя вела, потому – я считал – не имела права требовать посещения ее консультаций. Я собирался сказать ей сегодня об этом. Наше время подошло к концу. А еще я хотел спросить, что она знала о мотивах «Элиты».