Пока дышу

Шимохин Дмитрий

— Казимир, накормишь, потом травами напоишь. И пусть отдыхает, а ты не забудь лекарства и мази приготовить для братьев.

— Хорошо, Весемир, — откликнулся парень, но мужчина не дожидался его ответа, торопливо направившись к дверям.

— Вот видишь Рин, я же говорил все будет хорошо, — обратился ко мне названый Казимиром парнишка и улыбнулся.

— Пить, — только и смог прошептать я спекшимися губами. Во рту было сухо как на утро первого января.

— Сейчас, — спохватился он и спешно покинул комнату.

Я не знаю, сколько прошло времени. Кажется потерял сознание, а может

попросту уснул крепким сном вымотанного и измученного человека. Очнулся от того, что Казимир легко тряс меня за плечо и протягивал деревянную кружку, в которой весело плескалась жидкость. Попробовав немного, я понял, что это вино, разбавленное водой. Выпил все двумя жадными глотками и пробормотал слова благодарности, на большее был уже не способен, в ответ мне лишь улыбнулись.

— Сейчас я тебя накормлю, там еще утренняя каша осталась, выпьешь настой и будешь отдыхать.

Я кивнул и откинулся на подушку, набитую сеном, прикрыв глаза всего на мгновение. Но вот уже кто-то снова тряс меня за плечо. Распахнув глаза, не сразу понял где нахожусь. Рядом стоял Казимир с тарелкой гречневой каши и двумя кружками.

— Так, это тебе поесть, это запить, а это настойка, выпьешь ее потом, — указывал он на миски. — Вон там посудина стоит нужды справлять, — ткнул пальцем на стоявший в метре от моего топчана большой глиняный кувшин.

Втянув аромат каши, я почувствовал зверский голод, словно не ел несколько дней, и накинулся на еду, даже не обратив внимание на то, что Казимир ушел. Сытость и блаженство растеклось по телу. Я принюхался к настойке, она отдавала травами, скорее всего лекарство, а лекарства вкусными не бывают и осушил кружку. Чутье не подвело, настойка оказалась на редкость мерзопакостной на вкус. Запив ее разбавленным вином завалился спать.

Просыпался тяжело, голова гудела и по телу разлилась слабость, но все же чувствовал я себя лучше, чем вчера. В помещении раздавался какой-то шум, разговоры. А также ощущалось амбре немытых тел и нечто, напоминающее запах мази вишневского.

Три топчана были пусты, их обитатели сидели на лавке возле стены и о чем-то шептались. Рядом с четвертым так и не пришедшим в себя, возился мужчина, занимаясь перевязкой и промывая раны. Одет он был в какую-то странноватую куртку красного оттенка, а на его шее висел такой же медальон в форме головы волка, как и у вчерашнего спасителя.

— О Рингольд, как себя чувствуешь? — обратился ко мне мужчина, заметив, что я проснулся. Голоса беседующих стихли, взоры устремились в мою сторону.

— Лучше чем вчера, — промедлив, ответил я, мужчина лишь усмехнулся.

— Ты ешь давай тогда, — он кивнул на тарелку, которая стояла рядом с моим топчаном, — с тобой Весимир хотел поговорить.

— Угу, — я кивнул, глазея на кувшин. Уж очень хотелось в него облегчиться, но присутствие людей меня смущало. Потихоньку попытался подняться на ноги и удивительно у меня получилось. Хоть и шатало, и ноги дрожали, но уже не подгибались. Сделав свое грязное дело, вернулся к топчану. На завтрак была перловая каша на жиру, какой-то травяной чай и та же отвратительная настойка.

М-да, времени подумать нет, скорей всего, этому Весемиру следует сказать, что у меня проблемы с памятью.

Уж очень сильно отличаюсь от местных. Я украдкой посмотрел на мужчину, занимающегося перевязкой. Приглядевшись к его лицу, осознал, что у него другие глаза, нечеловеческие. Мурашки пробежали по спине, когда я вспомнил, что у моих вчерашних знакомцев, Весемира и Казимира, точно такие же — со странной формой зрачков. Почему я не обратил внимания на это?!

Вчера меня назвали Рин, судя по всему, здесь я известен именно под этим именем и не чужой этим людям, но людям ли? Эх, сколько ни думай, а идти сдаваться надо.

Из одежды на мне были лишь трусы, идти серьезные разговоры разговаривать в таком виде не комильфо. Хотел уже окликнуть мужчину, но за кувшином увидел стопку одежды, белую рубаху и штаны из грубой ткани. Слева от топчана стояли ботинки и кроме как чоботами, я их назвать никак мог. Костюмчик оказался великоват, но выбирать не приходилось. Одевшись, я подошел к двери и остановился в замешательстве.

— Э-э-э, а где мне Весемира-то найти?

— Он в библиотеке должен быть, — не отрываясь от своего занятия, ответил мужчина.

Пытаясь не заржать, я как можно быстрее выкатился за дверь и как только она захлопнулась, не сдержавшись засмеялся. Ха-ха-ха, а как мне пройти в библиотеку, ха-ха. Нервы по ходу у меня ни к черту.

Аккуратно спустившись по винтовой лестнице, я оказался в большом зале, который видел вчера. Камин был разожжен, над ним висел котелок на треноге, в котором весело булькало нечто, источающее аппетитный запах. Рядом стоял какой-то парень в такой же одежде, что была на вчерашних спасителях, это их форма? Он даже не обернулся, словно меня вовсе не существовало. Неплохо так, сначала бросили полуголым в подвале, затем вроде как спасли, теперь посылают черт знает куда на допрос, да еще и делают вид, что меня тут нет.

Не много постояв рядом и поняв, что меня целиком и полностью игнорируют, я все-таки решился задать животрепещущий вопрос, еле сдерживаясь, чтобы вновь не заржать.

— Кхм, уважаемый, а как пройти в библиотеку?

Парень повернулся, я слегка растерялся. Он выглядел настоящим арабом, смуглая кожа, черные волосы, немного крупноватый нос и такие же нечеловеческие глаза, как и у других обитателей замка. Эти самые глаза смотрели на меня с нескрываемым недовольством. Я буквально прочел в них фразу «ходют тут всякие, а потом ложки пропадают».

— Вон та дверь, — махнул рукой араб, указывая направление и вернулся к своему котелку.

Глава 2

Стоя перед простой деревянной дверью, я все-таки не мог решиться зайти в библиотеку. Обычно нерешительность мне не свойственна, а тут стою ломаюсь как девка на выданье.

Эх, все же надо идти, этот разговор мне больше нужен, интересно Весемир знал, что я захочу с ним поговорить, думаю догадаться не трудно. Но тогда он бы ждал, пока я сам приду, а не звал на разговор уже на следующий день, когда я даже до конца не пришел в себя. Значит, есть что-то еще, м-м, как интересно-то и решившись толкнув дверь попал в библиотеку.