Пока стоит лес
Шрифт:
Дан вздохнул: непросто быть бесстрастным. И это – свобода?
Сумерки сгущались, предвещая скорую и непроглядную тьму, – только громадноглазые диланы умели ориентироваться в Лесу ночью. Обычно Дан ночевал прямо на траве, укрывшись для страховки первым подвернувшимся одеялом-«лекарем», но сегодняшний день выдался урожайным на смерти, и о ночлеге приходилось думать загодя: кошмары никак Дана не прельщали.
Высмотрев поблизости дерево-«узел», Дан взобрался по его шипастому стволу наверх и отыскал в раскидистой кроне «гнездо». С максимальной предупредительностью, ласково увещевая (не дай бог обидеть!), извлёк оттуда ворчащего
Всё произошло, как и раньше. Сначала Дан перестал ощущать своё тело, будто границы его безмерно раздвинулись. Потом мозг захлестнул шквал информации, и опять в первые мгновения Дан растерялся, потрясённый невообразимым обилием. Пока он плохо владел искусством отбора, и выудить из потоков сведений что-либо удобоваримое было непросто, но по крайней мере здесь Дан мог отдохнуть без риска подвергнуться психообработке. Кто бы ни был инициатором этого сомнительного благодеяния, Дан предпочитал оставаться собой.
5
Комфорта в хижине хватало, но она ничем не выделялась среди прочих, и чтобы исправить этот недостаток, её меблировали креслами, снятыми с вросших в землю вездеходов. Да и традиции следовало блюсти, по мере возможности. Хоть что-то должно же оставаться неизменным в этом суматошном мире?
Повернув голову, Рэй окинул насмешливым взглядом вытянувшегося перед ним Турга. Главный Вожак Псов был угрюм, как всегда, и озлоблен, что бывало с ним часто. А кроме того, он боялся. В других обстоятельствах такой букет показался бы Рэю забавным, но сейчас это могло стать опасным.
– Итак? – спросил Рэй, предвкушая ответ.
– Он опять ускользнул, солнцеликий, – пробасил Тург, не поднимая глаз. – Не вернулся ни один.
На лице Рэя не шевельнулся ни мускул, но он ощутил удовлетворение: есть ещё люди в этом бедламе!
– И это ты называешь – «ускользнуть»? – Рэй одарил Пса леденящей улыбкой. – Впредь будь точней в формулировках.
Он поглядел в окно: кажется, охранник не пренебрегал службой и сторожил с должным усердием.
– Мне нужна голова Герда, – сказал Рэй. – Его известность становится скандальной. Ни один отступник не должен избежать кары, а Герд уходит – раз за разом. Или я плохо вас навожу?
– Ваша проницательность поражает, солнцеликий, – пробормотал Тург. – Но взамен головы изменника вы вольны взять мою, потому что Псам он не по зубам.
А если и в самом деле? – спросил себя Рэй. Нельзя позволять одноклеточным привыкать к власти: слишком быстро нагуливают они аппетит.
– Предлагаешь послать Вепрей? – спросил он.
– Не знаю, солнцеликий. Конечно, это было бы…
– Это было бы чревато, Тург! Вепри… м-м… непредсказуемы. Они полезны, но обращаться с ними следует осторожно.
Рэй помолчал, прикидывая, как Герду воевалось бы с Вепрями. Вариант заманчив, но действительно рискован. Боевое братство и всё такое… Может быть, позже.
– Хорошо, иди, – сказал Рэй. – В конце концов,
Склонившись, Тург попятился к выходу. Нет, решил Рэй, рано его убирать. Туповат, прямодушен, хватка бульдожья. Где сейчас найдёшь ему замену?
Рэй легко поднялся и закружил по комнате, разминая затёкшие мышцы.
А не попробовать ли самому? – весело подумал он, с удовольствием ощущая свою силу. А, Герд, что скажешь?.. Нет! – Рэй с сожалением качнул головой. Риск необязательный и, следовательно, глупый. Не будем опускаться до бравады, Верховному Правителю это не к лицу.
Рей звучно хлопнул в ладоши, и в хижине стало темней: дверной проём заслонила громадная туша Кебрика. Пригнув небольшую, поросшую густой шерстью голову, он выжидательно смотрел на Рэя, от усердия сморщив законченное в своём уродстве лицо. Эта чудовищная груда мышц была единственным существом, в преданности которого Рэй не сомневался, ибо гигант был слишком примитивен для предательства.
– Охрану мне! – приказал Рэй.
Кебрик мигнул, развернулся, и лагерь огласил трубный рёв. Пригнув голову, Рэй шагнул из хижины, и сейчас же вокруг него сомкнулся плотный строй безмолвных и насторожённых телохранителей. Стремительной поступью, возвышаясь над всеми, Рэй зашагал через лагерь, бросая по сторонам быстрые взгляды, подмечая всё.
В армии многое изменилось после Крушения. Как случалось в истории не однажды, катастрофа показала, кто чего стоит, расставила всех по местам, их достойным. В дни, когда всё казалось потерянным, Рэй сумел сохранить трезвую голову, уцелеть и даже извлечь из ситуации выгоду, прорвавшись на самый верх и под шумок устранив прочих претендентов на пост Верховного. И во многом благодаря Рэю разрозненные банды Псов смогли организоваться в единую Стаю, заменившую прежние, чересчур самостоятельные батальоны. И теперь у огров снова появилась надежда на победу.
Возле одной из стай Рэй ненадолго задержался, чтобы полюбоваться на своего тайного любимца – младшего вожака Род-дона. Этот бешеный Пёс, буян и задира, по самые ноздри был заряжен бурлящей энергией. Она не давала его мышцам ни минуты покоя, постоянно толкая на авантюры, иногда бессмысленные, но чаще приносящие Род-дону выгоду: надо признать, голова у парня была, хотя использовал он её не лучшим образом. Несмотря на молодость, именно Род-дон стал одним из первых центров конденсации рассыпавшихся по всему Лесу осколков огрской армии. Правда, чуть позже, когда напряжение пошло на спад, Род-дона сумели обскакать более опытные, поднаторевшие в интригах Псы, и в большие начальники он не попал, закрепившись во главе неполной сотни отборных верзил. Повиновались они Род-дону слепо, хотя его стая была едва ли не единственной в новой армии, где воинская муштра продолжалась без скидок. Род-дон не позволял своим парням лениться и жиреть, но гонял их со смыслом, и заботился о них, как о себе.
Впрочем, Рэй ценил его за другое.
Обойдя лагерь, Рэй вернулся к центру и вошёл в одну из хижин, оставив охрану у входа. Окна были заколочены наглухо, но от стен исходило мягкое свечение, достаточное для ориентации.
Как всегда, Кэролл встрепенулась при его появлении, заулыбалась испуганно и радостно.
Остановившись на пороге, Рэй внимательно оглядел комнату, но под разбросанными на полу шкурами не смог бы укрыться и карлик, а всё остальное было на виду. Задвинув дверь, Рэй тщательно запер замок.