Поколение S
Шрифт:
— ЧТО?! — Лика вновь подскакивает с места, но тут же усаживается обратно под воздействием чужой воли.
— Ты хочешь, чтобы мы стали какой-то дешевой пародией на «Мстителей»? — холодно произносит Мирон. — Ты для этого пытался свести нас?
— Я всего лишь указывал перспективные направления, — всё также вежливо отвечает мой рот.
— Почему я не вижу тебя в астрале? Как ты ей управляешь? — медиум смотрит на меня в упор.
— Вы слишком ограничены, чтобы понять простую истину, — моя голова покачивается из стороны в сторону, а на губах вместо вежливой появляется снисходительная улыбка.
— Какую? Что
— О! А наш медиум не так безнадёжен, как мне казалось, — поощрительно отзывается мой рот.
— На рисунке Сони отчетливо видно, что твоя кукла — не человек, а нечто другое. — Мирон складывает руки на груди.
А я вдруг понимаю — действительно! Это совсем не человек! И почему я не обратила на это внимание?!
— Почему ты пользуешься именно её телом?
То, как произносит эти слова Дан… он что, переживает за меня?..
— Потому что только её сила способна убить вас всех в любой момент, — улыбаются мои губы.
Лица ребят напрягаются. Вот только…
— Мы не будем объединяться в долбанную команду супергероев. В двадцать первом веке героям просто не с чем бороться. Ну, разве что с коррупцией, — презрительно усмехается Мирон.
Да, кажется, кому-то ночь в центре отнюдь не пошла на пользу…
— Можно ещё всех жадных миллиардеров покромсать, — пожимает плечом Лика, неожиданно продолжая игру блондина. — Ну, так, для примера и в назидание.
— Или банк ограбить, — протягивает Артём; на красноречивые взгляды отвечает спокойно, — не у всех присутствующих богатые предки.
— Суть тебе должна быть ясна: из нас не получится милой компашки одарённых с лозунгом «Спасём мир». Мы для этого слишком… — Лика переводит взгляд на Мирона, ожидая помощи.
— Циничные? — подняв бровь, отвечает тот.
— Современные, — предлагает свой вариант Лика.
— Какая прелесть, — растягиваются мои губы в широкой улыбке, — даже обладая сверхъестественной силой, вы не стремитесь… ни к чему.
— Почему, я стремлюсь, — замечает Лика, — хочу подтянуть учёбу и-таки поступить в институт. Не всё же родителей расстраивать.
— А я вернусь в свой город и продолжу помогать отцу расширять сферу его влияния, — презрительно усмехается Мирон.
— Ты привёл в этот город Соню, — вдруг произносит Дан, не отрывавший от меня взгляда, — зачем? Почему именно её?
— Да, и какого черта мы все связаны через Агату? Это ты подстроил? — тут же подключается Мирон.
— И зачем тебе так нужно было, чтобы я вышла в астрал? — спрашивает Лика. — Если ты в курсе моей проблемы!
— И какого хрена вообще происходит?! — в итоге не выдерживает Артём.
— Молчать.
Простое слово.
Простое слово, в котором даже не было нужды.
Потому что Кукловод работает иначе…
И тем не менее — все присутствующие вытягиваются и послушно кладут ладони перед собой на стол.
— Глупые, избалованные, испорченные дети, — сухо произносит мой рот, — то, что грядёт — сметёт вас с игральной доски первым же порывом ветра. Всё, что от вас требовалось — заранее разобраться во всех своих сложных взаимоотношениях: потому что ваши слабости — это первые мишени для врага. Вы должны были предупредить удар противника и сплотиться, но что вы сделали вместо этого?.. Ты, — моя голова поворачивается к Лике, — ты
Глаза Лики расширяются, а затем моментально заполняются слезами.
Но она не может пошевелиться. Никто из них не может…
— С твоим высокомерием тебе придётся сложнее всего, — напоследок произносит Кукловод моими губами и отворачивается от Мирона, поворачиваясь к Артёму. — Ты всё услышал и теперь знаешь расклад сторон. Можешь остаться с этими недоумками, а можешь взять свою прожорливую подружку и спокойно переехать в другой город — и вас не тронут. Но, оставаясь здесь, вы станете участниками того, с чем вам, совершенно очевидно, не справиться. Все вы связаны судьбой, все узоры ваших жизней ткались с определённой закономерностью, и лишь для одной цели. Но, кажется, мы с моим другом ошиблись в вас… — моё тело поднимается, а ладони опускаются на стол, — поздравляю, вы все умрёте. Можете начинать праздновать окончание своей жизни прямо сейчас, потому что ваше поколение — самая бездарная трата нашего времени. Счастливых поминок.
В следующую секунду я чувствую, как меня отпускает — и падаю на стул. Остальные напротив — вскакивают с мест.
— Какого хрена сейчас творилось? — рявкает Мирон.
Затем его лицо встречается с ладонью Лики, а гостевую заполняет звон пощёчины.
— Из-за твоих говно-родителей я стала… такой, — сквозь зубы произносит одноклассница, с ненавистью глядя на Мирона, — я надеюсь, что ты будешь вторым в очереди тех, кто сдохнет. Следом за мной.
И она стремительно выходит из помещения, хлопая дверью.
— А у вас здесь весело, — замечает Артём и тоже не спеша выходит в коридор.
— Вы думаете, он серьёзно? — через некоторое время произносит Мирон, не глядя на нас.
— Про то, что «что-то надвигается»? — Дан подходит и притягивает меня к себе. — Думаю, он абсолютно серьёзен.
— Мы все умрём? — глухим голосом спрашиваю, утыкаясь лицом в кофту парня.
— Необязательно, мышонок, — протягивает Мирон, подходя к столу и поднимая сэндвич, — может, этот странный перс и махнул на нас рукой, но это не значит, что мы полностью безнадежны.
— Как легко ты произносишь слово «Мы», — без особой злобы замечает Дан, наградив медиума равнодушным взглядом, — давно затесался в нашу компанию?
— После вчерашнего неудачного покушения на ваши жизни, — скалится Мирон, откусывая от бутерброда, — и на твоём месте я не сильно бы кичился, ворон. Со сломанным крылом ты противник — так себе.
— Пошёл ты, — спокойно бросает ему Дан.
Медиум усмехается и выходит из гостевой. А мы остаёмся одни.
— Ты как? — теплая рука появляется на моём затылке и осторожно поглаживает по волосам.