Покровители
Шрифт:
— Ты умеешь управлять своей эмо-магией? — задумчиво спросил Лорд.
— Учусь, — с достоинством ответила Тереза. — Отец, вы уверены, что здоровы?
— Тебе-то что, — с досадой сказал он.
— Может, я могу чем-то помочь? — она немного поправила плед, укутывающий его ноги.
— За кого ты меня принимаешь, за инвалида? — зло отдернулся Лорд. — А не пошла ты…
Старик вдруг махнул палочкой, и в воздухе появилась полупрозрачная картинка, напоминающая акварель: школьница с выпученными глазами делает в воздухе кульбит и перелетает через забор Малфой-Мэнора.
—
Лорд Марволо захохотал.
— Неплохо, — одобрил он. — Вижу, у тебя склонность к графике. Я сам больше живописью увлекаюсь, — самодовольно сказал он. — Как насчет изобразить отца красивым и молодым?
— Я так вижу, — тихо сказала Тереза.
— Ты мне вот что скажи, — он сдул рисунок с инвалидом, — ты дружишь с Гарри Поттером?
— Нет, — удивилась девушка. — А что?
— Если хочешь помочь отцу, тебе придется с ним подружиться, — сказал Лорд. В его глазах блеснули хитрые красные огоньки.
— Конечно, я хочу помочь, — улыбнулась Тереза.
*
Опоздал, с досадой подумал Петтигрю. Он втиснулся в щель между стеной и шкафом. Напрасно он наведался на кухню. Он был довольно крупным экземпляром крысы, а тут еще и поел… Но как можно было устоять перед запахом ветчины на школьной кухне… Он прислонился к плинтусу и вылизал лапки. Обидно, Поттер уже ушел. У камина Северус Снейп и Минерва Макгонагалл пили кофе. Макгонагалл Петтигрю не интересовала. Он не получал никаких распоряжений на ее счет. Можно было не спешить, там еще оставалась небольшая шкурка, ну и что, что слегка подсохла. На обратном пути надо будет проверить, вдруг домовики ее не…
— Красивая вещь, — услышал он голос Макгонагалл. — Только почему он черный? В легендах Кубок описывается как сияющее сердце.
— Они в вечной разлуке, Минерва.
— С каких пор вы стали таким сентиментальным, Северус, — Петтигрю услышал стук и понял, что что-то поставили на каминную полку. — Вы простите меня, но мне не верится, что это именно то, о чем вы говорите.
— Я не пытаюсь вас убедить, — холодно ответил Снейп. — Я сказал, что Кубку нет цены, он совершенно уникален и обладает сильнейшими магическими свойствами.
— Тогда спрячьте его от греха подальше, — сказала Макгонагалл. Петтигрю услышал, как она отставила свою чашку на блюдце.
— Я завтра отвезу его в Гринготтс. Там он будет в большей сохранности. Гарри тоже так считает.
— Кто-кто? — переспросила Минерва.
— Поттер, — поправился Снейп.
— Мне пора, Северус, — Петтигрю услышал скрип кресла.
— Может, вам нужна помощь? Можете располагать мною, — сказал Снейп.
— Спасибо, Северус, нет. Как ни странно, Альбус оставил все дела в идеальном порядке. Как будто знал, что… И его завещание. Оно датировано днем накануне смерти. Вы знали об этом, Северус? — их голоса звучали тише, и Петтигрю догадался, что Снейп и Макгонагалл уже стоят в дверях.
—
— Да, — вздохнула Макгонагалл. — Идемте, я покажу вам некоторые его распоряжения относительно дома Слизерина.
Он услышал негромкий стук закрывающейся двери. Немного переждав, он высунул голову из-за шкафа и пошевелил усиками. Никого. Он выбежал на середину комнаты и встал на задние лапки. Уникальный Кубок, обладающий магическими свойствами? Он задрал голову и посмотрел на каминную полку.
Ого, подумал он. Нелегко будет тащить. И в кухню уже несподручно будет с такой ношей… Зато будет, чем порадовать Хозяина.
*
— Скоро Рождество, — вздохнул Гарри.
Снейп ничего не ответил. До Рождества надо было дожить.
Под их ногами хрустел снег. По серому небу с тоскливым карканьем пролетела стая ворон. Гарри чувствовал, как тревога вонзается в его сердце тонкой острой иглой. Они прошли через антиаппарационный барьер и остановились.
— Гарри, — сказал Северус. На его иссиня-черных волосах блестели и не таяли снежинки. Лицо учителя казалось измученным, морщины обозначились резче, придавая ему жесткость и суровость, но его черные глаза горели огнем мрачного дьявольского вдохновения.
Гарри коснулся волос Северуса, чувствуя, как его под пальцами тают снежинки. Ему хотелось обнять учителя, повиснуть у него на шее, упасть в ноги и умолять никуда не идти, но он молчал.
В хмуром свете зимнего утра глаза юноши казались светло-зелеными.
— Твои глаза все время меняют цвет, — Северус прикоснулся к его лицу холодной ладонью.
— Что ты хотел сказать? — Гарри говорил почти сердито. Он не хотел выдавать своего волнения, но тревожное беспокойство сквозило в каждом его жесте и взгляде.
— Если что-то пойдет не так…
— Что может быть не так? — глухим голосом спросил мальчик.
— Да что угодно. Не всегда можно просчитать все варианты, — Северус поправил шарф Гарри.
— Я должен пойти с тобой!
— Нет, — Северус схватил его за плечи. — Не начинай все сначала.
— Северус… У меня дурное предчувствие, — жалобно сказал Гарри. — Что-то здесь неправильно. Я хотел победить его в честной битве. А ты собираешься просто обмануть. Зелье Леди Ровены…
— На войне все средства хороши, — сказал Снейп. — Я не страдаю гриффиндорской честностью. Я несу старому другу омолаживающее средство. А ты хочешь выскочить, размахивая красной тряпкой с надписью «честность», и получить в лоб Аваду.
Гарри покачал головой. Он тихонько провел пальцами по щеке Северуса.
— Ты мне очень… очень дорог, — едва слышно сказал он.
— Все будет хорошо, — Северус наклонился и нежно коснулся губами его губ. — А теперь — уходи.
Гарри мотнул головой. Он хотел броситься к учителю, сказать что-то важное, умное, успеть сделать что-то еще. Вместо этого он замер неподвижно, глядя на Северуса во все глаза. Он пытался взглядом отдать ему часть своей силы, своего везения. Он не знал, возможно ли это.