Поле битвы (сборник)
Шрифт:
– Вот так новость… ясен пень. А мы, что крайние, если другие не хотят так нас под танк!? – Алексей от возмущения даже заскрипел зубами.
– Лех, я тебя прошу, выручи. Мне очень надо эту работу свалить. Понимаешь, я с ними в обход фирмы, напрямую договорился, и теперь объект на мне висит. Я вас очень прошу… А деньги, что заработаете все ваши, я даже свой процент брать не буду, – прораб вновь смотрел на Алексея умоляюще. – Выручите, на следующий сезон я обещаю вам лучшие объекты, никаких бань, только дома строить будете.
Прораб обычно высокомерно-вальяжный с рабочими сейчас смотрелся шавкой побитой
– Значит, говоришь, это левые клиенты, не от фирмы? – Алексей, не приходя к окончательному мнению, продолжал спрашивать, чтобы хоть еще что-то узнать про «выгодных клиентов».
– Да, фирма тут не при чем, это я… я им пообещал, а уж если пообещал от них так просто не отобьешься, они из под земли достанут. Выручите ребята, я вас прошу, век не забуду, клянусь все лучшие объекты теперь ваши будут, – вновь почти заскулил прораб.
– Ладно, поговорю с ребятами, а ты пока этого клиента уломай, чтобы акт поскорее подписал, – решил еще помучить прораба Алексей, хотя сам уже все решил – по тридцать три тысячи на брата за две недели работы, они еще никогда по стольку не «зашибали».
2
Прораб так гнал свой «Форд», стараясь как можно быстрее доставить бригаду на объект, как никогда не делал когда работал на фирму. Явно чувствовался какой-то его личный интерес, даже более того, то в чем прораб уже частично признался – он чего-то животно боялся. На объект прибыли уже к вечеру. Обычный подмосковный поселок средних размеров и рядом пустырь, видимо бывшее колхозное поле. Пустырь огорожен железным забором, а внутри четыре свежевыстроенных кирпичных двухэтажных коттеджа. Прораб остановил машину у въездных ворот с калиткой, вышел из машины, нажал кнопку звонка. Минуты через две из калитки вышел кавказец неопределенного возраста. Одет он был так, что внешне скорее походил на боевика, только что спустившегося с гор: на голове черная вязаная шапочка, на ногах берцы, лицо заросло щетиной. Вот только камуфляж на нем был такой, какой носят охранники ЧОПов.
– Передай Аслану, я рабочих привез, как обещал, – вновь необычным для себя заискивающим тоном сказал прораб.
Охранник ничего не ответив, подошел к вышедшим из машины ребятам и каждого, не спеша подозрительно-презрительно оглядел. Так и не проронив ни слова, он повернулся и ушел, затворив за собой калитку. Прораб нервно ходил туда-сюда возле ворот, потом трясущимися руками закурил. А ребята, ничего не понимая, стояли возле «форда». Им уже не хотелось идти за этот забор даже за сто тысяч. Они были не прочь вновь сесть в машину, и чтобы она отвезла их до ближайшей железнодорожной станции, где останавливались электрички.
Аслан появился еще минут через десять. Это был молодой кавказец, примерно ровесник ребят, одетый тоже в шапочку, камуфляж и берцы. Но лицо его было чисто выбритым. Прораб, будучи на десяток лет его старше, тем не менее, сразу как будто став ниже ростом, на полусогнутых побежал к нему будто слуга к господину:
– Вот, Аслан… бригада… лучшая в нашей фирме… как обещал, все исправят, все сделают. Аслан не здороваясь, прошел мимо прораба, как мимо пустого места. Подойдя к ребятам,
– Что-то они уж больно молоды… И это твои лучшие? Те, которых ты в первый раз привез, постарше были, и ничего не умели, а эти что умеют!?
– Извини Аслан, те… ну больше такого не повториться. А эти настоящие, они все умеют. Богом клянусь, они настоящие специалисты, – опять едва не скулил прораб.
– Не клянись своим Богом, что это за Бог, который возьмется помогать таким уродам как ты. Ладно, посмотрим на что эти годны… Резван, запусти их, да проверь все их шмотки, – с этими словами Аслан пошел к калитке, а вместо него вышел тот самый щетинистый охранник, которого он назвал Резваном.
– Ну, а мне то как Аслан… мне можно уезжать? – со страхом в голосе спросил вдогонку прораб.
Аслан даже не обернулся, будто не слышал и скрылся за калиткой. Прораб растерянно переминался с жалким видом.
– Выгружайте все свое барахло, инструменты, все что там у вас есть! – скомандовал Резван. Ребята растерянно переглянулись, но ни один не тронулся с места. Тут вновь «ожил» засуетился прораб:
– Давайте ребята в темпе, выгружайте свои вещи, сейчас их проверят, здесь пропускной режим строгий.
Он поспешил открыть багажник и сам стал доставать сумки с личными вещами ребят и их рабочий инструмент: электродрели, шуруповерты, бензопилу, топоры, молотки, ножевки… Резван залезал в каждую сумку, в каждый чемодан с инструментом. Осмотр продолжался минут десять-пятнадцать, вещи Резван просто выбрасывал на землю, не складывая назад. Алексей хотел было возмутиться, но Прораб пресек эту попытку:
– Лех, пожалуйста, молчи, пусть смотрит, я тебя прошу!
Постепенно животный страх Прораба в какой-то степени передался и ребятам, они молча смотрели на то, как бесцеремонно рылся в их вещах Резван. Инструмент он осматривал особо придирчиво. Взяв один из топоров, он покачал головой и угрожающе произнес:
– Если вы захочите нас убить… мы сначала вас тут всех на шашлык пустим, а потом к вашим родным поедем и их всех вырежем. Поняли?! – Увидев замешательство в глазах рабочих, Резван довольно рассмеялся. – Боитесь!?… Правильно делаете, боитесь, значит уважаете. А нас уважать надо. Понятно!? – Не дождавшись ответа, он бросил топор на землю и скомандовал:
– Собрали барахло, встали один за другим и за мной. Идти все время в затылок друг другу, шаг вправо, шаг влево… ха-ха… расстрел. Это у вас расстрел, а у нас хуже будет, яйца отрежем и сожрать заставим. Поняли… ха-ха!?
– Это он так шутит, – дрожащим голосом попытался разрядить обстановку Прораб. – Ну, ладно ребята, не подведите, я на вас надеюсь…
А ребята, трое здоровых, не робких молодых парня, послушно собрали вещи и гуськом зашли на территорию, огороженную железным забором. Здесь их уже поджидал Аслан и еще двое охранников. Эти охранники уже обыскали их самих. У Алексея единственного изо всех имевшего мобильный телефон… телефон у него отобрали.
– А как же общаться с Прорабом, с родными!? – все-таки не сдержался от подобного самоуправства Алексей.