Поле боя – Земля
Шрифт:
– Тот чулан? Да… – неуверенно произнес Кер.
– Туда еще подается дыхательный газ? – спросил Джонни.
– Думаю, да.
– Только давай проедем мимо складов с электроникой и возьмем анализатор минералов.
На физиономии Кера видна была борьба чувств.
– Думаю, все же лучше бы начать с офиса, – произнес он.
– Сделаем, сделаем, – отмахнулся Джонни. – Но сначала небольшое дельце. Не волнуйся. Чтоб меня черти взяли, если я доставлю тебе неприятности. Расслабься и делай, что я говорю.
Кер развернулся и погнал машину по лабиринту проездов туда, куда указал Джонни. Со дня боя здесь ничего не было убрано, по-прежнему стояли самолеты, машины, бульдозеры и прочее – на все случаи жизни. Куча добра, накопленная за тысячу лет. Джонни оценивающе осмотрелся: все это будет нужно для
Они остановились перед каким-то чуланом, и Ангус затащил туда анализатор. Джонни возился с подачей дыхательного газа. Они надели маски, задраили дверь, а Керу предложили маску снять. Кер, малость напуганный происходящим, старался сохранять присутствие духа. Он достал какую-то черную тряпку и закрыл замочную скважину. Джонни и Ангус приступили к работе. Они уговорили Кера сунуть голову на стол под анализатор. Малыш подчинился безропотно, но глаза его при этом дико вращались. Он был уверен сейчас, что друзья его несколько не в себе. Он, как мог, втолковывал им принципы работы с этой машиной и убеждал, что ранений в голову у него никогда не было. Ангус научился отлично пользоваться установкой, виртуозно устанавливая переключатели на разные глубины и подстраивая фокус. Через некоторое время Кер пожаловался, что у него затекла шея. Но Джонни и Ангус не обращали на это внимания и поворачивали голову психлоса в разных направлениях. Лишь через полчаса Керу, наконец, разрешили встать. Он тер шею и пытался выпрямить спину. Джонни внимательно посмотрел на него:
– Расскажи, Кер, о себе, о своем рождении.
Тому подумалось, что Джонни окончательно сошел с ума. Он раскрыл рот, но, оглянувшись на дверь, вытащил из кармана небольшое устройство и прилепил напротив смотрового окна: световой датчик предупредил бы их о подслушивании. Ангус выключил внутреннюю связь.
– Хорошо, – согласился Кер, – слушай. Я сын богатых родителей…
– Слушай, только давай без вранья! – оборвал его Джонни.
Тот обиделся. Горестно вздохнул, достал фляжку с кербано и приложился. Потом присел на корточки у стены и начал снова.
– Я – отпрыск богатой психлосской семьи. Моего отца звали Ка. Очень гордая семейка. Его супруга разродилась целым выводком. Обычно у нас приносят четверых, иногда пятерых. А тут – шестеро. Часто в таких случаях один бывает коротышкой. Ему, наверное, не хватает места в утробе или чего-то еще… – Он помолчал. – Вот я и был этим шестым. И чтобы не позорил семью, меня просто выбросили на помойку. Обычное дело на Психло. – Кер вздохнул. – Меня спас и забрал к себе раб нашей семьи. У него были свои мотивы. Он состоял в подпольной революционной организации. Под столицей Империи целые мили заброшенных шахт, куда убегают рыбы. Их никто не может там поймать. Вот там оказался и я. Может быть, поэтому шахты для меня – родной дом. Рабы были балфанцы, раса голубых людей. Они чудные – могут дышать и смесью, и воздухом, и психлосским газом, масок не носят, их легко узнать в толпе. Они думали, что Психло нужна им и только им, чтобы делать бомбы или что-то в этом роде. Как бы там ни было, они вырастили меня и научили красть для них вещи. Я был маленький и мог везде пролезть. Когда мне было восемь лет, в организацию Имперским Бюро Расследований был внедрен агент по имени Джад. Он был провокатором и подбивал нас на крупные дела. После этого ИБР устроило облаву. Мне, маленькому, удалось улизнуть через вентиляционный канал. Шатался по улицам, голодал… В заднем дворе магазина нашел окошко, куда взрослый бы не пролез, забрался внутрь и включил систему сигнализации. Это побудило меня позже узнать все об этих штуках.
Кер примолк и отхлебнул еще кербано. Пауза была для него кстати: из-за маски глотнуть кербано очень сложно – не выплюнуть зернистый осадок. Кроме того, исповедь принесла облегчение, ведь прежде он никому не рассказывал о себе всего.
– Потом, – продолжил Кер, – меня разыскали,
– Спасибо, что ты доверился нам, – сказал Джонни. – У Терла есть власть над тобой?
– У этой обезьяны? Ну уж нет! Была, да, но не теперь… Нет, черт его возьми!
– Где ты научился считать?
Кер расхохотался:
– Скажешь тоже! Я в этом болван болваном. Я всего лишь технарь – институтов не кончал, только опыт. Ну и… тюрьма тоже.
– Тебе нравится жестокость, Кер?
Психлос опустил голову. В свете установки он выглядел пристыженным.
– Честно говоря, вам будет странно узнать, мне приходилось изображать, что мне это нравится, что я получаю удовольствие от этого. Иначе другие сочли бы меня ненормальным. Нет, мне это не нравится. Сказать стыдно… – Он одернул себя. – Слушай, Джонни, а к чему ты все это?
Ангус и Джонни переглянулись. У этого психлоса ничего инородного в голове не было. Но Джонни не собирался терять информацию. Кер, выходит, не знал об этих штуках. Да, наверное, мало кто знал.
– У тебя другое строение черепа, Кер. Ты совсем другой, понимаешь?
Кер даже подскочил.
– Правда? Вот здорово! Я ведь чувствовал… – Он погрустнел. – Психлосы не любят меня. Но, если честно, – я их тоже! Вот и причина нашлась.
Результаты испытания успокоили Джонни и Ангуса. Им совсем не хотелось, чтобы Кер напал на них или убил себя, поняв, что они выпытывают у него технологию телепортации. Они собирали аппаратуру, как вдруг вспыхнул сигнал: кто-то стоял за дверью.
8
Кер натянул свою дыхательную маску. На цыпочках подойдя к установке, включил ее и рывком распахнул дверь. Из комнаты вырвался поток дыхательного газа. Стоявший снаружи без маски Ларс замер. Он только собирался установить видеоклоп. Вероятно, он захлебнулся на вдохе и тотчас напрягся, вытягиваясь на цыпочки, как человек, которого душат. Он зажал руками рот, откинулся назад, дергая ногами. Лицо его посинело.
Секунда-другая – и он забился бы в конвульсиях. Джонни и Ангус схватили его за руки и выволокли на свежий воздух. Ангус обмахивал его куском жести. Постепенно к Ларсу возвращалась жизнь. Синева прошла, и он сердито изрек:
– Что вы тут делали?
– Спокойно, парнишка, спокойно, – примирительно произнес Ангус. – Мы тебе жизнь спасли! Тс-с-с…
Выражение лица Ларса, смотревшего на Джонни, было непередаваемо. Джонни подбежал к Керу, который громыхал чем-то в машине.
– Все в порядке, – сообщил психлос. – На кожухах ни трещин, ни других повреждений.
Они уехали, оставив Ларса лежать с тем же выражением лица.
– Почему он на меня так смотрел? – спросил Джонни.
– Осторожнее с ним, – отозвался Кер. – Это псих. Глаза и уши Совета. Любопытен не в меру. У него в башке одно: какой-то там Биттер или Гитлер был величайшим полководцем в истории человечества… И если ты хоть на минуту останешься с ним наедине, он станет втолковывать это и тебе тоже. Наверное, религия такая? Вообще я не против религии, но, по-моему, он что-то не то говорит. Терл ему мозги, видно, окончательно, вынул. Хотя там не особо много и было. Ха-ха!