Поле боя
Шрифт:
Таг припустил следом, стараясь, чтобы камни были прямо за его спиной. Асура не давала мародерам высунуться, и с каждой секундой расстояние между ними и хибо увеличивалось. Ирган прикинул в уме. Двести пятьдесят метров, не меньше; пожалуй, это будет долгий забег, особенно под огнем. Войдя в ритм, Таг понемногу ускорялся. Выстрелов почти не было слышно. Преследователи решили не тратить боеприпасы понапрасну, пока беглец снова не окажется в пределах досягаемости.
Логотт теперь бежал по дороге, и Ирган плохо видел его из-за пыли. Тем не менее, ему показалось,
– Чулок! Доложи обстановку!
– Мародеры подбираются к нам, но пока ничего опасного. В вашу сторону идет группа в семьдесят-восемьдесят бойцов. Кто-то умный успел их организовать.
– Что там с грузовиком? Он стоит или я ошибаюсь?
– Да, он встал… Рядом люди. Пыль мешает обзору…
– Люди? Пленники?
– Вероятно. Таг, поспеши. Вы должны уйти через скальный проход раньше, чем мародеры дойдут до хутора, – сказала Асура.
Он знал, постоянно прокручивал это в голове. Бросив, наконец, взгляд назад, Ирган увидел погоню. Мародеры двигались колонной по двое маршевым темпом, точно никуда не спешили, а просто меняли место дислокации. Даже если взять численность по минимуму, исходя из оценок Асуры, получается семьдесят человек. Много. Ирган, Логотт и пятеро плохо вооруженных лесовиков. Сколько они продержатся в бою против такой силы? Лес, конечно, давал преимущества, но бандиты просто задавят их массой.
Старые добрые навязчивые мысли.
Таг побежал быстрее. Теперь он хорошо видел грузовик, замерший у обочины. Машину слегка перекосило, с виду он напоминал раненого зверя, чудом вырвавшегося с бойни. Раскрошенные борта покрывала кровь, повсюду следы попаданий. Но не это привлекло внимание штурмовика – зачем фиксировать внимание на незначительных деталях? – а люди. Они толпились возле машины. Окровавленные и грязные. В основном, женщины и дети разных возрастов. Таг не знал никого из них, они выглядели как большинство встреченных им когда-то беженцев. Они были испуганы, растеряны и ждали худшего. Появление наемника вызвало едва ли не панику. Кто-то подхватил ребенка и побежал за машину, кто-то закрыл свое чадо собственным телом. Какой-то пожилой мужчина с заплывшим от удара лицом шагнул Иргану навстречу.
Наемник показал разведенные в стороны руки, предварительно забросив винтовку за спину.
– Я свой! – Таг подбежал к машине, игнорируя удивленные и испуганные взгляды. Штурмовик подошел к Логотту, стоявшему на коленях перед Дандусом. – В чем дело? Что с ним?
– Ранен. В голову. В ногу. И в живот.
Дандус был в сознании. Лицо покрывала запекшаяся кровь, но глаза ярко блестели. Наемник присел возле раненого на корточки и бросил взгляд на кабину. Сиденье и пол под рулевой колонкой покрывали бурые пятна.
– Я… сначала думал, что просто нога… и царапина на лбу… пустяк, – проговорил Дандус, кривясь от боли. Его взгляд туманился, с каждой минутой теряя ясность. Из-под рук, лежащих на животе, беспрестанно сочилась кровь, она стекала на пыльную землю, смешиваясь с грязью. – Не было больно… Тогда…
Стало тихо, даже плачущие дети замолкли. Наемник стиснул зубы. Он лучше других знал, что Дандус умирает. Через пару минут внутреннее кровотечение сделает свое дело.
– Я их вытащил. – Фермер выгнулся, харкнув кровью. – Я сделал… да? Я…
– Вытащил. – Таг посмотрел Дандусу в глаза. – Ты спас. Ты солдат. Настоящий.
Лицо фермера скривилось от боли. Было видно, как смертельно бледна кожа под размазанной кровью.
– Да… теперь ты. Иди дальше. – Лесовик уже ничего не видел, уставившись в небо.
Дандус был мертв. Для него все закончилось. В тишине кто-то истерически всхлипнул.
– Где остальные бойцы? – спросил штурмовик, подняв голову к Логотту.
Фермер уставился на него блестящими от слез глазами.
– В кузове, – сказал мужчина с оплывшим лицом.
Таг медленно встал, с трудом заставляя себя двигаться. Он прошел мимо жмущихся к машине людей и приблизился к открытому заднему борту. В кузове лежали тела лесовиков. И не только. Две молодые женщины были убиты, очевидно, во время бегства. Таг долго смотрел на трупы, затем повернулся, напомнив себе, что еще ничего не закончилось.
– Сколько вас?
– Теперь семнадцать, – сказал мужчина. – Девять детей и подростков, двое мужчин.
Вторым оказался старик, сидящий на земле у колеса и безучастно смотревший перед собой. Ему ни до чего не было дела. Ветер шевелил его тонкие седые волосы, похожие на пух.
– Слушайте меня. За нами идут. Если не поторопимся, мародеры догонят нас, – сказал хибо нарочито громко и резко. Он хотел, чтобы беженцы перестали пялиться на мертвого Дандуса. – Проходите через расщелину и направляйтесь на восток. Как можно дальше. Не останавливайтесь ни на минуту. Идите! Только так у вас будет шанс уцелеть!
– А вы? – спросила самая старшая женщина, к бедру которой жался мальчик пяти лет. Он не отрывал взгляда от наемника, зачарованный, как все дети, чем-то никогда не виденным, необычным.
– Я и Логотт попытаемся задержать их сколько сможем.
Резким взмахом руки Ирган прервал готовый излить поток вопросов. Для разговоров времени не было. Он уже видел колонну мародеров, идущую по дороге; казалось, сюда движется целая армия.
– Вперед! Чего встали! – разозлился Таг. – Ваши люди погибли, чтобы вы оказались здесь! Вперед!
Наконец, они послушались. Некоторое время штурмовик смотрел, как люди бегут в сторону развалин хутора, и прикидывал, где лучше всего принять бой. Развалины могли бы служить неплохим укрытием, но фланги слишком оголены. Их даже не заминировать – нечем. У Иргана оставалось три плазменные гранаты, припасенные на черный день. Они не решат проблемы, но могут серьезно осложнить противнику жизнь, если он начнет ломиться напрямую. А скорее всего, так и будет.
– Идем. Посмотрим место, где лучше устроиться, – сказал Таг. Логотт медлил. Хибо остановился. – Слушай. Ты мне нужен. Двое лучше, чем один. Мы обязаны выиграть время.