Полет бумеранга
Шрифт:
В холле было полно людей. Эвелин, даже не видя, ощущала их присутствие.
Не обращая внимания на гостей, ее спаситель помчался вверх по лестнице, унося свою ношу подальше от сочувственных и любопытных взглядов. Как сквозь сон она слышала испуганные возгласы, голос Вивиан, звенящий от тревоги. Но эти звуки доносились откуда-то издалека и казались нереальными.
— В какую комнату? — прорвался сквозь туман голос Эндрю. Эвелин попыталась сосредоточиться и вспомнить, но не смогла. Она толком не понимала, где находится. Он негромко выругался и стал открывать
И снова повисло напряженное молчание.
С минуту Эндрю стоял, глядя на склоненную голову Эвелин, затем подошел к кровати и сорвал с девушки кружевную свадебную фату.
— Прости, — пробормотал он. — Я просто не мог… — Судорожно вздохнув, мужчина отвернулся, засунув в карманы сжатые в кулаки руки.
Когда он дернул за воздушную ткань, голову Эвелин обожгла боль, но она восприняла это как добрый знак: значит, хоть какая-то часть ее существа по-прежнему жива. Она вдруг поняла, почему Эндрю это сделал: слишком жалкой выглядела в свадебном наряде невеста, жених которой сбежал из-под венца.
При этой мысли девушку словно ударило током. Охваченная непреодолимым отвращением к себе, она с трудом поднялась на ноги, уронив при этом злополучное письмо, и стала лихорадочно расстегивать крохотные жемчужные пуговки, стягивавшие корсаж платья.
— Помоги мне! — задыхаясь, попросила она. Пальцы ее дрожали, безжалостно разрывая тонкий шелк. Больше всего на свете ей хотелось поскорее избавиться от этого платья, сбросить его с себя вместе с воспоминаниями о пережитом унижении. — Да помоги же мне, ради Бога! — яростно выкрикнула девушка.
— Лин, я не могу! — Голос Эндрю дрогнул, и она невольно вскинула на него глаза.
— Отчего же? Ты ведь сделал все, чтобы расстроить мою свадьбу. Так почему бы тебе не помочь мне испортить и платье?
Услышав эту гневную отповедь, мужчина невольно отступил на шаг. Щека его непроизвольно дернулась, серые глаза потемнели. Эндрю уже открыл рот, чтобы возразить, но тут Эвелин дерзко вздернула подбородок.
Неужели он посмеет отрицать свою неблаговидную роль в этой истории? Впрочем, судя по всему, сказать ему было нечего.
Охваченная новым порывом ярости, Эвелин рванула корсаж. Тонкая ткань лопнула, пуговки посыпались в разные стороны — на кровать, на пол, на стулья… Одна из них отлетела прямо к ногам Эндрю.
Он тупо уставился на крошечный жемчужный шарик, а покинутая невеста продолжала терзать немыслимо дорогое платье, испытывая нечто вроде свирепой радости, когда ей удавалось оторвать очередной лоскут. Наконец она осталась в одном нижнем белье и шелковых чулках, утопая ногами в груде шелка и кружев.
— Это еще хуже, чем изнасилование, — прошептала девушка и обхватила себя руками.
— Пожалуйста, Лин… Не надо, — взмолился Эндрю и, протягивая руку, сделал шаг по направлению к ней. Она отшатнулась, и рука мужчины беспомощно повисла вдоль
— Нет! — выкрикнула Эвелин. Он замер на полпути и обернулся. — Нет! Можешь идти, если хочешь, но я не желаю, чтобы кто бы то ни было приближался к моей комнате.
Она еще могла пережить то, что свидетелем ее унижения оказался Эндрю — ведь он сам немало потрудился для того, чтобы этого добиться. Но остальные — нет! Эвелин никого не хотела видеть: ни свою лучшую подругу Вивиан, ни тетю, ни дядю. Никого!
До Эндрю ей не было никакого дела, ее не смущало даже то, что она стояла перед ним полураздетая. Ведь он держался с ней высокомерно с того самого дня, как Вине представил ее как свою…
При мысли о женихе девушка ощутила новый приступ тошноты, и ей пришлось сделать несколько судорожных вдохов. Чтобы справиться с собой, Эвелин до боли впилась ногтями в свои плечи.
Неожиданно ощутив прикосновение к коже чего-то прохладного, девушка вспомнила о подаренном к помолвке кольце. Медленно оторвав левую руку от плеча, она вытянула перед собой длинные пальцы. Огромный бриллиант, сверкая, словно насмешливо подмигивал ей. Эвелин яростно сорвала кольцо с пальца и резко повернулась к настороженно следившему за ней Эндрю.
— Забирай! — Она бросила кольцо к его ногам. — Можешь отдать своему братцу. Мне его подарок не нужен.
Он медленно наклонился, чтобы поднять кольцо, а девушка поспешно проскользнула в ванную и, закрыв дверь, прислонилась к стене. Она ощущала какую-то странную тяжесть, словно все внутренние органы сбились в тугой комок, не давая ей ни двигаться, ни дышать. Приступы тошноты сменялись головокружением, и Эвелин, пошатываясь, направилась к душевой кабинке, чтобы смыть с себя липкую грязь, в которой вываляли ее братья Левендеры.
Сняв кружевное белье, девушка увидела голубую подвязку, кокетливо прилаженную над шелковым чулком. Испокон веков невесты добавляли к свадебному наряду голубую деталь — на счастье. Бескровные губы Эвелин тронула невеселая улыбка. Она вдруг сообразила, какой нелепой должна была показаться Эндрю эта фривольная штучка.
На глаза девушки навернулись слезы. Сколько ей еще предстоит пролить их! Эвелин провела по лицу тыльной стороной ладони и шагнула в кабинку. Нашарив кран дрожащими пальцами, она пустила воду и встала под горячие струи душа.
Сколько времени она простояла неподвижно, подставив лицо под потоки воды, девушка не знала. Она не желала ни о чем думать и лишь надеялась, что обжигающая вода смоет воспоминания о счастливой невесте, которой она была всего несколько часов назад.
Отдаленным уголком сознания Эвелин улавливала шум внешнего мира: стук в дверь, голоса: тревожно-пронзительный — ее тети, резкий и требовательный — Вивиан. Их перебивал баритон Эндрю. Что он говорил, одному Богу известно. Для Эвелин было важно одно: чтобы он никого не пускал в комнату. Наконец все стихло и воцарилась тишина, пролившая бальзам на истерзанное сердце девушки.