Полёт
Шрифт:
Меня совершенно не волновало, что мы привлекаем общее внимание, меня волновал лишь парень, несущийся во весь опор, чтобы меня обнять.
Я больше не могла сдерживаться и побежала. Сумки хлопали по телу – я расталкивала людей и чувствовала, как в глазах закипают слезы. По тому, как мы неслись друг к другу, можно было подумать, что Джуд несколько лет нес службу на Ближнем Востоке.
Вот Джуд рядом. Вот он оторвал меня от земли и закружил. Я крепко держалась за него, удивляясь, что только так чувствую себя с ним единым
– Черт, так долго я больше не выдержу! – прошептал Джуд мне в волосы. Одной рукой он держал меня за затылок, другой – за талию.
Я тоже обняла его за талию.
Люди забирали багаж, становились в очередь за кофе, а мы с Джудом все стояли, словно забыв о времени. Сколько это длилось? Пять минут, десять минут, ноль минут? Я не знала и не хотела знать.
Пахнет Джуд так же – мылом, мужчиной, а вот кожа еще сильнее загорела под калифорнийским солнцем.
– Обещай мне прямо сейчас, что так надолго мы больше не расстанемся! – потребовал Джуд, утыкаясь мне в шею.
От его дыхания по коже побежали мурашки.
– Обещай! – повторил он, пристально глядя мне в глаза.
– Я обещаю лишь то, что безусловно смогу выполнить, – отозвалась я и, когда Джуд немного сник, вспомнила, что честность всегда напоминает обоюдоострый меч.
Большой палец Джуда скользнул мне за ворот рубашки.
– Обещай, что выйдешь за меня.
Я выдохнула. Это обещать легко.
– Обещаю.
Одно-единственное слово, а Джуд просиял.
– Обещай, что выйдешь за меня в ближайшие шесть месяцев.
Ну вот, опять опасная зона!
Вместо ответа я вскинула брови.
– Ой-ой! – усмехнулся Джуд. – Как же с тобой тяжело, Люси! – посетовал он и, обнимая меня за плечи, повернулся к багажному транспортеру – на нем кружился один-единственный чемодан.
Джуд схватил мой чемодан и сделал вид, что потрясен его размером. Или весом. Или и тем и другим.
– Господи, Люси! Если бы я не знал, то подумал бы, что ты планируешь остаться на целый год.
Возня Джуда с моим чемоданом привлекла внимание стоявших у соседнего транспортера. Особенно одного маленького мальчика.
– Для девушки пара ночей – это уже много, – отозвалась я, не в силах отвести взгляд от мальчишки, глазеющего на Джуда. Куда бы мы ни отправились, на Джуда постоянно глазели. Глазеющих мальчиков я считала забавными, а вот девушек терпела только потому, что не могла собственноручно уничтожить все женское население планеты. – Кроме того, я везу подарок, который занял почти полчемодана.
– Подарок? – У Джуда загорелись глаза. – Подарок без повода?
– А разве такие подарки не самые лучшие? – спросила я, схватила его за рукав и потащила к магазину на территории аэропорта. У меня появилась мысль.
– Я тоже приготовил
– Подарок без повода? – спросила я, увидев то, что искала. Я рванула к полке, увлекая Джуда за собой.
– А разве такие подарки не самые лучшие? – повторил за мной Джуд.
– Разумеется, лучшие, – заверила я, схватила бирюзово-желтый мяч – и скорее к кассе.
– Люси, я могу достать тебе мяч бесплатно, – недоуменно проговорил Джуд. – Официальный мяч команды. Если пожелаешь, с автографами всех ребят.
Кассирша провела мяч через кассу, но я не успела достать наличные – Джуд вручил ей блестящую черную кредитку.
– Я заплачу, – объявил он.
«Все в порядке. Ничего страшного, – успокаивала я себя, – Джуд просто покупает футбольный мяч».
Я поблагодарила кассиршу, отыскала в сумке ручку и протянула Джуду.
– Можно автограф? – спросила я, крепко держа мяч.
Он растянул губы в своей полуулыбке-полуухмылке, самой сексуальной на свете, и расписался справа от шва.
– Думаю, мой фанат номер один заслуживает большего, чем магазинный мяч, – проговорил Джуд, возвращаясь к багажному транспортеру.
– Уверяю тебя, сегодня вечером фанат номер один потребует от тебя большего, – успокоила его я.
– Я живу, чтобы служить тебе! – Смешок у Джуда получился бархатным.
Подавив трепет желания, я зашагала к мальчишке, который до сих пор, не моргая, глазел на Джуда.
Я опустилась на колени рядом с ним и протянула мяч.
– Чувствую, ты фанат Джуда Райдера, – начала я и улыбнулась: мальчишка увидел автограф, и глаза у него стали круглые-круглые.
– Я самый верный его фанат! – высоким от волнения голосом сказал он.
– Мы оба с тобой фанаты, – проговорила я и, сообразив, что мальчишка не решается его взять, кивнула на мяч.
Тогда он схватил мяч и просиял, как умеют только дети. Автограф моего парня сделал ребенка счастливым – ощущения головокружительно невероятные, я к ним еще не привыкла. Нет, Джуд и в Сиракьюсе считался знаменитостью, но НФЛ – это совсем другой масштаб.
Я подмигнула мальчишке, поднялась и зашагала туда, где стоял Джуд с моими сумками.
– Спасибо! – крикнул мне вслед мальчишка.
Я помахала ему, а он бросился к родителям показывать мяч.
– Знаю, пафос ты не любишь, но, Люси, ты самая милая девушка на свете, – объявил Джуд, источая нежность и глазами, и голосом.
Милая… Я скорчила гримасу.
– Ты же осчастливила пацана на целый год, – заверил Джуд, держа мою сумку в одной руке, а другой стискивая мне ладонь. – Прекрасная незнакомка подошла к нему, разглядев в толпе. Об этом он и через десять лет будет рассказывать друзьям.
– Кроме тебя и мяча, мальчишку ничего не волновало, – подначила я его, когда мы направились на крытую парковку.